Проданная невеста. Наследник корпорации (СИ)

Мужчины чокнулись бокалами.
— За вас, — Зверь сладко улыбнулся, глядя на меня, как на ценный приз. — За тебя, моя милая принцесса. За нашу победу.
Мы с сестрой переглянулись, а они выпили до дна. Бросили друг на друга оценивающие взгляды, от которых стало не по себе. Они победили Маре, но главный бой еще впереди. Чьей женой я стану и еще неизвестно, какие у них планы на Коринну, когда она подрастет.
Руслан игрок и стратег. Если он потеряет меня, может переключиться на Коринну. Через пару лет пустит пулю в голову Вике, а своего приемного сына отправит в Лондон для знакомства. Вариантов много. Она может стать такой же пешкой, как и я.
Я ничего не ответила Зверю.
Они оба хотели наследства. Даже не имущества, а влияния, которое даровало бы им имя Девин. Хотели покорить его империю. И я была даже готова отдать ненужное наследство. Только теперь, повзрослев и хлебнув лиха, я иначе на это смотрела. Нет, класть жизнь на алтарь ради корпорации отца я не стану.
Я только хочу знать: сколько в их стремлении быть со мной настоящего желания, а сколько от того, что я принадлежу к этому проклятому роду.
— Я хочу поговорить наедине с сестрой, — тихо попросила я.
  
Глава 28
 
— О чем? — поинтересовался Руслан.
Теперь я и об этом должна отчитываться? Я промолчала. Зверь прищурился, но я не дрогнула. Это вполне невинное желание.
— Хорошо, — мягко сказал он. — Поговорите, девочки.
Когда все вышли из помещения, я погладила Голди и улыбнулась сестре.
Не знала, что так будет.
Что с Коринной мы будем сидеть рядом, улыбаться, не быть врагами.
— Спасибо, — поблагодарила Коринна. — Ты не обязана была меня вытаскивать.
— Я же обещала.
— Обещала, но… — она отвела глаза. — Знаешь, я думала, мы с тобой не поладим. Мне рассказывали, что ты выросла в нищете, трущобах… Как дикарка. Извини.
— Не извиняйся, так и было.
— В этом был виноват отец. Я думала, ты считаешь нас врагами. И я рада, что это не так.
Я невесело улыбнулась, вспоминая прошлое. Мое появление в «Авалоне», братьев, первое откровение о моем происхождении, фото отца и сестры, когда я смотрю и не верю, что отношусь к семье Девин. Я ведь так же думала: они казались мне чужими и врагами, а не семьей.
— И я рада. Я должна тебе кое-что сказать. Я поэтому попросила всех выйти, это наше семейное дело.
Коринна вопросительно нахмурилась, не переставая улыбаться.
— О чем ты?
— Я хочу уступить наследство тебе. Отдать тебе корпорацию Девина.
— Ты шутишь?
Я покачала головой.
— Серьезна, как никогда. На самом деле я не хотела этого наследство, не видела себя в руководстве концерном, да и подобающего образования или даже представления, как управляются такие организации, у меня нет. И в Лондоне, как ты, я не училась.
— Тебе помогут…
— Вот этого я и хочу избежать. Знаешь, не хочу ломать голову, любят меня за наследство отца или саму по себе. Я не готова к такой ответственности. У меня всегда были другие мечты.
— Какие?
Я отвернулась, глядя в пустоту.
— Я хотела шить. Открыть модный дом.
Любить, быть любимой, обрести семью. У меня много было мечтаний. Корпорация Девин не только в них не числилась, она заставила усомниться и в остальном. Кто меня любит на самом деле? Просто так, не за деньги, влияние или месть, а за то, что я есть и я вот такая.
— Все равно не понимаю, — покачала она головой. — Ты добровольно отказываешься от всего?
— Да. Мои дети тоже не должны ничего наследовать. Я не хочу, чтобы этим кто-то воспользовался в своих интересах.
Она, наверное, не поймет. Ей восемнадцати нет, Коринна — ребенок. У нее представления о любви — книжные, в них живут настоящие чувства и чистая романтика. А мне, волчонку из трущоб, пришлось на своей шкуре вкусить плоды любви сильных этого города. Теперь я хочу узнать, была ли их любовь настоящей.
Я постараюсь объяснить сестре, чем реальность отличается от сказки.
— Если ты так хочешь, — неожиданно согласилась она.
 
— Завтра поедем к нотариусу в город. Никому не говори об этом. А чтобы после оформления никому не приходило в голову дурных мыслей… Составим завещание, согласно которому корпорация Девин перейдет твоим детям или в благотворительный фонд защиты диких животных, если детей у тебя не будет. Но не мне и не твоим племянникам.
Коринна кивала каждому слову. Мне кажется, она понимала, почему я так поступаю. Что хочу ее защитить.
— Я согласна. Но место в правлении всегда будет тебя ждать, если ты передумаешь. И я буду тебе выплачивать ежемесячную компенсацию из доходов компаний. На твои мечты. Модный дом и все такое. Ты правда умеешь шить?
— Не доучилась, но умею.
Коринна грустно улыбнулась.
— Ты хочешь проверить своих мужчин?
Нет, она все-таки намного умнее меня, пусть у нее был только тепличный и книжный жизненный опыт, но мозги получше варят. Интеллектуалка.
Я сглотнула, ощущая боль в горле.
— Я хочу знать, нужна ли я вообще кому-то, — призналась я.
Меня похитили из-за того, что я дочка Девина. Сначала это касалось и Зверя, и Руслана. Пока они не увидели меня, то были едины в своих стремлениях. Это позже пришел раскол. И обоим было нужно это сраное наследство.
А я хочу, чтобы меня любили.
Меня.
Хочу знать, что важна та девочка, которая ела апельсины вместе с кожурой. С пола собирала сладкую посыпку. На самом деле влюблялась. Не за то, сколько у них денег, влияния и власти, а за то, что они есть и за то, какие они. Я хочу всего лишь взаимности.
Но сначала — откровенности.
И моя любовь не имеет никакого значения. Правда прежде всего. Если мои надежды разобьются, пусть мне будет больно, зато я не буду жить в иллюзиях и обмане. И если я ошибусь в обоих, то предпочту улететь с Коринной в Лондон и начать там новую жизнь.
Если я ошибусь, они меня отпустят.
Они меня сами бросят, если им нужно только наследство. Выгонят из «Авалона» так же, как когда-то сюда привезли. И между ними снова воцарится мир.
А если нет…
Если нет, я останусь с тем, кто меня полюбил. Потому что… мне кажется, я люблю их обоих, только по-разному — совсем по-разному. Зверь моя первая любовь, моя мечта, мое счастье. С Русланом нас связывает много горя. Но иногда душевно общее горе скрепляет сильнее радости, особенно, если испытания пройдены достойно. Это тоже любовь. И я не знаю, какая из них правильная, хотя знаю, какая сильнее.
Так что я хочу посмотреть в глаза правде. Даже если она на меня оскалится.
Я лучше обожгусь, чем буду верить в ложь.
— Я тебя поняла, — ответила Корина. — Едем завтра. Есть идеи, как сделать это незаметно, а затем поставить их перед свершившимся фактом?
Нет, ну она точно умнее.
— Скажу, что едем смотреть наши владения. А в офисе отца подпишем документы с нотариусом. И еще, хочу тебя предупредить…
Я отвела глаза.
— Продолжай, Лили.
— Ты можешь стать следующей целью.
— Не беспокойся, я знаю, что существуют охотники за сокровищами, которые спят и видят, как на мне жениться. До двадцати пяти я точно не вступлю в брак. Так говорил наш отец, и я склоняюсь к тому же. Будет лучше, если я вернусь в Лондон сразу после подписания на папином джете. Через полгода у меня день рождения, я стану совершеннолетней. Но если кто-то захочет на мне жениться, сначала я обсужу это с тобой.
— Со мной?
— Ты моя старшая сестра, — она невесело улыбнулась. — И пример.
Да, всем нам невеселый пример. Мы пожали друг другу руки.
Представляю их гнев, когда они узнают. Но именно это мне и нужно — их настоящие чувства. Искренность. Любовь или ненависть, но от всего сердца.
В дверь постучали. Все ясно, пора сворачиваться.
— Что-то вы долго, девочки, — сказал Зверь, взгляд скользнул по нетронутым пирожным и чаю. — Все нормально?
Разговор был серьезный, я ни глотка ни сделала, а про пирожные вообще забыла. Он даже бровь от удивления поднял.