Дом в ноябре

– Пап, думаю, что я поняла: это одна из твоих фантазий, вроде захватчиков с Марса или того, что мама жива. Тебе нужно место, куда можно сбежать – вот ты и вообразил себе дом. Но, пап, нет никакого дома! Некуда идти! Полковник Стрэнг даёт нам единственную надежду когда-нибудь вернуть всё как было…
– Я не буду препираться с тобой, Лори. Мы уходим. Немедленно.
Мэллори схватил её за руку. Он вырвалась.
– Ты не можешь уйти. Я не позволю!
Она попятилась.
– Лори, ради Бога…
– Нет, ради тебя, папа. Уверена, ты ненавидишь меня, но может быть потом ты поймёшь, что я сделала это для твоего же блага…
Не успела Лори поднести к губам латунный свисток, как Салли внезапно прыгнула на неё, выбив свисток из рук. В следующую секунду Мэллори схватил её за запястья.
– Господи, Лори, тебе Стрэнг все мозги прокомпостировал?
– Полковник Стрэнг – замечательный человек, настоящий лидер! Только он понимает, что нужно сделать и у него есть для этого достаточно сил! Я не предам его – и тебе не позволю!
Со стороны ворот раздался крик:
– Капрал караула номер три, ко мне, бегом марш!
Как только Мэллори сделал шаг, Лори бросилась на него, схватив руками за шею. Кто-то с шумом вбежал в ворота.
– Эй! Вон там! – завопил грубый голос.
Мэллори сгрёб Лори в охапку и со всех ног бросился в проход между палатками вдоль тёмного забора, направляясь к косматой стене кустарника, ограничивавший комплекс. Сзади грохнул выстрел.
– Папа, они тебя убьют! – завопила Лори. Раздался второй выстрел, громко вскрикнула Салли.
Мэллори затормозил. Салли упала на колени, держась за левую руку.
– Беги, Джефф! – выдохнула она. – Не жди меня!
Лори пыталась вырваться.
– Сдавайся, папа! Дезертиров расстреливают!
– Если поймают, – огрызнулся Мэллори. – Тебе решать, Лори.
Поблизости грохнул ещё один выстрел.
– Позаботься о ней, – быстро сказал Мэллори. – И о себе.
Он развернулся и бросился в темноту. Он слышал, как Лори позади кричала:
– Туда! Туда!
Когда он нырнул в кусты, то оглянулся и мельком увидел Салли, сидевшую на корточках в луче бледного света и Лори, показывающую в сторону, противоположную той, куда он убежал.
  
Глава 5
 
1
За последующие три часа Мэллори преодолел три мили, в основном – на животе. Начал моросить дождик, к нему добавился и туман. Позади него машины вслепую пробирались по дорогам, свет их фар тонул в тумане, люди перекликались и искали его, но ни один не подобрался ближе чем на пятьдесят ярдов.
К тому моменту как он выбрался на дорогу с твёрдым покрытием, огни лагеря Стрэнга превратились с розовое зарево на горизонте. Звёзд не было видно. Дождь прекратился, но усилился ветер. Раненая рука Мэллори казалось раздулась вдесятеро.
«Надо найти укрытие, – твердил он себе. – Надо найти транспорт, миновать патрули Стрэнга. Какая-то власть должна быть в Омахе. Военный штаб. Но, возможно, это лишь первая цель…»
Он перестал прилагать усилия для раздумья о чём-либо, кроме ближайшего будущего. Сначала укрытие, отдых, еда по возможности, перевязать руку. Пока достаточно. Может даже более чем достаточно.
Раньше ветер дул с востока. Он рискнул предположить, что ничего не поменялось. Оставив восток справа, он двинулся по дороге. Он узнал путь, по которому его и Салли сопровождал Брожный менее полусуток назад. Казалось, что прошли многие дни. Он подумал о Салли, пули в её плоти, о Лори, разрываемой надвое силами, с которыми ей невозможно совладать. Он думал о Джилл, о Рэнди, о Марле.
– Не думай, – приказал он себе. – Просто иди.
– Как далеко? – поинтересовалась другая часть его разума.
– Пока не придёшь куда-нибудь, – ответил он сам себе.
2
Это была группа крупных строений, высоких, с плоскими фасадами и мансардными крышами, раскинувшаяся на возвышенности среди вековых деревьев. В них горели огни, едва-едва, сквозь шелест ветра, он слышал звуки: голоса, хлопок дверью, мягкое пыхтение генератора.
 
Мэллори сошёл с дороги, пробрался через вспаханное поле к месту, где земля начинала подниматься. Там росли деревья, впереди виднелись беспорядочные заросли. Он миновал их и упёрся в высокую кирпичную стену. Из-за больной руки ему понадобилась четверть часа, чтобы взобраться на нижние ветви бука, за которые все ещё цеплялись мёртвые осенние листья, пробраться по ним вперёд, спуститься на стену сверху и спрыгнуть внутрь.
Земля была мягкая и пахла засохшей лужайкой. Он обнаружил тропинку и двинулся по ней извилистым маршрутом, пролегавшим среди дикорастущего кустарника. Тропинка упёрлась в узкую дорожку, которая расширялась, миновав главное здание. В сумерках Мэллори разобрал силуэт припаркованного автомобиля, розовый свет отразился от катафота.
Прямо перед ним, в двадцати пяти ярдах, виднелось освещённое окно. Высокий человек с медно-рыжими волосами сидел за столом и что-то писал. Эта мирная сцена обнадёживала: позвать кого-нибудь на помощь рано или поздно придётся. Учёный в тиши кабинета – наилучший вариант из тех, что ему могли попасться.
Он прошёл по сухой траве и вышел на дорожку. Два шага по асфальту – в лицо ударил свет.
Мэллори стоял не шевелясь, разведя руки в стороны. Из-за высокой нестриженной можжевеловой изгороди выскочили двое. Один был тощий, длиннорукий, криворотый, с нечёсаной бородой и в пластиковой бейсболке. Помимо кепки, костюм его состоял из почерневшего от влаги пальто, узких джинсов, дюйма на три короче, чем следовало бы, и высоких ботинок. Его сотоварищ – пониже, постарше и завёрнутый в блестящий чёрный плащ – тащил с собой малогабаритный арбалет со стрелой на ложе, палец он держал на спусковом крючке. Оба глядели на Мэллори с опаской.
– Ты откуда? – рявкнул худой. – Какого хрена тут шатаешься?
Мэллори обозначил направление, откуда он появился, кивком головы.
– Я искал места, чтобы укрыться от непогоды.
– Из стрэнговской шайки, да? Что случилось? Устал от зла и порока?
– От зла я устал, это точно, – ответил Мэллори. – Но своей доли порока не получал давненько.
Худой быстро шагнул вперёд и ударил наотмашь. Мэллори, застигнутый врасплох, наклонился назад, боль от резкого движения ударила его словно ледоруб. Толстяк отступил на шаг, поднимая арбалет. Поле зрения начала заливать чернота. Мэллори затряс головой, пытаясь отогнать наваждение.
– Эй, он ранен, Уисс. – Голос арбалетчика проник сквозь высокочастотный гул, наполнивший голову Мэллори. – Он на ногах не стоит.
– Он ещё и посильнее поранится, прежде чем с ним будет покончено, – откуда-то издалека произнёс Уисс. – Давай-ка обыщем этого болтуна, посмотрим, что он с собой притащил.
Толстяк держал оружие наготове, пока его товарищ хлопал Мэллори по карманам, каждые несколько секунд исподтишка поглядывая тому в лицо.
– Ничего, – сообщил он и отошёл. – Валяй, Диббс, – произнёс напряжённо. – Чего ты ждёшь?
– Господи, Уисс – ты хочешь, чтобы я, не моргнув глазом, застрелил человека?
– Имя Господа всуе ты поминать можешь! Дай сюда, я всё сделаю…
Уисс замер, когда Диббс повернулся, чтобы взять его на мушку.
– Отойди, Уисс! Я тебя предупреждал!
Уисс наполовину поднял руки.
– Всё нормально, всё нормально. Не дёргайся.
Диббс попятился, держа на прицеле и Мэллори, и тощего.
– Отведём его в дом. Иди ты первый, Уисс, чтобы я мог тебя видеть.
 
3
Свет, горевший в доме, был крайне ярок. Плечо Мэллори терзала пульсирующая боль. Голова была словно набита ватой, в глаза будто насыпали песку. В воздухе висел слабый запах нашатыря.