Дом в ноябре

– Не очень-то умён, – подытожил Чабб. – Почему так поступил?
– У меня другие планы.
Чабб хмыкнул.
– Лучше забудь о них и делай, что положено. Он всё продумал. Надо отдать ему должное, дело он двигает. Хорошо двигает. Если б не он – никто бы ни черта не делал. Он увидел, что надо сделать, собрал людей, начал работать. Мы уже кой-чего достигли. Мы ещё не продули, Богом клянусь!
– И чего же мы достигли? – переспросил Мэллори.
– Достигли того, что готовы им врезать. Хорошенько врезать.
– Чем врезать-то? Луками и стрелами?
– Он всё продумал, – повторил Чабб. – Он знает.
– Капрал, сказал он, – я хочу поговорить с девушкой. Обсудить буквально пару моментов. Можешь это организовать?
– У тебя крыша поехала? Я ж тебе говорил…
– Она – мой старый друг.
– Стрэнгу расскажи.
– Всё, что тебе надо сделать, это…
– Заткнись, – рявкнул Чабб. – Не доводи до греха. Видать сержант был прав насчёт тебя.
Как только они вернулись в казарму, сержант Гонт вскочил со стула и подбежал к ним.
– Как работал салажонок? – спросил он у Чабба. – Творил какую-нибудь херню?
Чабб мельком взглянул на Мэллори.
– Никакой херни, – отрапортовал он.
– Неплохо. Эй, ты, – сказал Гонт, когда Мэллори собрался уйти, – Я тебя не отпускал, мальчик. Этой ночью – ты в наряде по кухне. Кастрюли и сковороды. Приятная чистая работа. Не вздумай присесть. Ты уже опаздываешь. Столовский сержант этому не порадуется.
Чабб открыл было рот, чтобы что-то сказать.
– Не говори ни слова, Чабб, – проскрежетал Гонт. – Я решу, когда новичку можно будет сделать перерыв.
Чабб захлопнул пасть и коротко кивнул.
– Чего ты ждёшь? – рявкнул Гонт на Мэллори.
– Отмены приказа, – сказал Мэллори.
– Не доводи меня, мальчик, – сказал Гонт и поднял большой палец. – Кастрюли и сковороды, бегом-марш!
Три часа Мэллори отскребал жир от кухонных кастрюль по локоть в еле тёплой воде с пеной. Сержант, заведовавший столовой, круглолицый пузатый мужчина с пучками седых волос за ушами, поглядывал на него искоса. Когда запас кастрюль иссяк, он поручил ему соскребать сажу из топок дровяных печей. Мэллори упорно трудился в тишине. В полночь сержант грубо приказал прерваться и жестом указал на стол, где стояла тарелка с отбивной, яйцами, тостом и кофе.
– Благодарю, – сказал Мэллори. – Где здесь туалет?
Сержант показал. Мэллори покинул столовую, прошёл через грязный двор к окружённому колючей проволокой участку, про который Чабб сказал, что это женские казармы. Часовой, вооружённый М-16, стоял в проёме единственных ворот, освещаемый двухсотваттной лампочкой. Мэллори направился прямо к этому человеку совершенно не пытаясь таиться. Тот смотрел на приближающегося Мэллори со скукой, когда он оказался в десяти футах, часовой переложил автомат и открыл рот, чтобы что-то сказать.
Мэллори очень быстро покрыл оставшиеся два шага и впечатал правый кулак в живот караульному. Тот резко крякнул и сложился пополам, Мэллори тут же ударил по затылку. Человек упал ничком и затих. Мэллори схватил его за ремень и затащил в ворота, спрятав за поленницу. Захлопнув ворота он пошёл к ближайшей палатке. В этот момент изнутри выбралась пухлая женщина в юбке, сшитой из разномастных кусков и расстёгнутой камуфляжной куртке. Увидев его, она остановилась и запахнула куртку.
– Кто вы такой… – начала она.
– Мне нужна рядовая Лори Мэллори, сержант, – бодро отрапортовал он. – В какой она палатке?
Женщина замялась, заправляя прядь рыжеватых волос.
– А кто вы такой? Я вас раньше никогда не видела.
– Майор Дизэстер. Я только что прибыл в лагерь. Закроем эту тему, сержант. Какая палатка?
Женщина указала нужную толстым пальцем:
– Номер три, сэр.
– Благодарю.
– Но вам туда нельзя, – быстро добавила женщина. – Сэр.
– Конечно нельзя. Поэтому я прошу вас привести её ко мне, – моментально отреагировал Мэллори.
– Ну… Я погляжу, сможет ли она с вами поговорить.
Женщина вразвалочку двинулась по мосткам и засунула голову внутрь палатки. Секунду спустя она вылезла и вернулась к Мэллори, не произнеся ни слова. Из палатки выбралась Лори, выглядела она встревоженной. Увидев Мэллори, она бросилась к нему, улыбаясь сквозь слёзы.
 
– Папа! Как здорово тебя увидеть! – она прижалась к нему, и обняла что есть сил. – Папа, это было ужасно, я думала, что осталась совсем одна…
– Ты не одна, солнышко. – Мэллори потрепал её по спине. Взяв её за плечи, он внимательно посмотрел ей в лицо. – Лори, у меня для тебя новости. Самые лучшие в мире. Твоя мама жива, и дети…
– Папа. – Лори судорожно вцепилась ему в руку. – Ты уверен?
– Я был с ними два дня назад.
– Но где же?
– Дома, в Биатрисе.
Выражение лица Лори менялось как отражение в потревоженной воде.
– Папа, не может быть, – прошептала она. – Китайцы…
– В Биатрисе нет китайцев, – сказал Мэллори. – Я вообще сомневаюсь, что они есть хоть где-нибудь по эту сторону Тихого океана. Это бредовая идея Стрэнга…
– Папа, полковник Стрэнг – прекрасный человек! Он навёл порядок в этом хаосе…
– Стрэнг – опасный безумец, – возразил Мэллори. – Он собирается уничтожить Биатрис. Его план слишком безумен для того чтобы сработать. Если у него получится, он убьёт Джилл и детей, а также ещё несколько тысяч человек.
– В Биатрисе никого не осталось в живых, – сказала Лори. – Китайцы перебили всех. И поэтому мы должны…
– Так думает Стрэнг, но он ошибается. В Биатрисе нет китайцев. Мы подверглись нападению, Лори, но не человеческого врага. Это пришельцы – нечто с другой планеты, я уверен. У них невероятные способности к гипнозу. Люди в городе ведут себя как лунатики. Они порабощены и даже не подозревают об этом. Там есть Башня – колоссальная штука, где они работают каждый день над каким-то непостижимым проектом.
Лори смотрела на него с выражением ужаса на лице.
– Папа, что ты такое говоришь?
– Я знаю – мне уже доводилось слышать, что это фантазии, которые я выдумал, чтобы защитить себя от того факта, что Джилл и дети – мертвы. Но они не мертвы, Лори! Поверь хоть в это, если не веришь в остальное.
Лори покачала головой.
– Не могу, папа, – прошептала она. – Прости. Они ушли от нас. Я знаю, что ушли, я привыкла к мысли…
– Ты думала, что я тоже мёртв, – оборвал её Мэллори. – Однако же это не так.
– Это другое дело… – начала она, но прервала сама себя. – Как ты выбрался? Ты же был дома, когда они напали.
– Не думай об этом. Боюсь, ты мне не поверишь. И времени нет. Сначала нам надо отсюда выбраться. Поговорим потом.
– Ты о чём? Пап, ты не можешь…
– В какой палатке Салли? – прервал её протесты Мэллори.
– В моей, третий номер. Но папа, если ты говоришь о…
– Кто-то заговорил обо мне? – раздался позади них голос Салли. – Когда Лори позвали наружу, я знала, что это ты, Джефф.
Она покровительственно положила руку Мэллори на плечо.
– Мы сваливаем?
– Папа, ты не можешь так говорить! – ахнула Лори. – Ты собираешься дезертировать?
– Это слишком грубое слово, Лори. Сбежать – будет больше похоже на истину.
– Ты не можешь так поступить! – заявила Лори. – Полковник рассчитывает на тебя! На всех нас!
– Не глупи, Лори! – возразила Салли. – Если Джефф считает, что нам надо бежать, у него есть на это причины!
– Какие ещё причины? Куда мы пойдём?
– К Дому, естественно. Это чуть севернее нас.
– Пап, ты же не думаешь вернуться в Биатрис?
– Нет. Пока нет. До тех пока мы не сможем помочь. Я имею в виду Старый Дом, Лори. Мы сможем там остановиться…
– Папа, пожалуйста, говори по делу! Какой ещё старый дом?
Внезапно Мэллори почувствовал себя дезориентированным. Он потряс головой. Он что, путает сон и явь? На секунду ему показалось…
 
– Забудь, Лори.
Он оборвал поток мыслей.
– Нельзя терять ни секунды. Часовой без сознания валяется в нескольких футах от ворот, на него в любой момент могут наткнуться.