Возвращение Безумного Бога 11 (СИ)

Он почти танцевал, размахивая мечами, а по его доспехам пробегали кровавые сполохи.
— В горниле войны выкуем новых людей! Настоящих воинов, прошедших суровый отбор! Они построят новые государства, установят новые порядки… Поведут человечество вперед!
Карнакс остановился, его глаза горели маниакальным огнем, на губах играла жуткая ухмылка:
— Взгляните на историю — все великие открытия сделаны ради войны! Магия, технологии — все создавалось для битвы, и лишь потом находило мирное применение. Без войны нет развития! Если ничего не сделать… люди просто вымрут или деградируют до уровня животных!
  
— Ты говоришь так, как будто люди — тупое стадо, от которого одни проблемы. А может, просто отправим их всех в Мир Мертвых и дело с концом? — насмешливо перебил его Ноктус, потягиваясь в кресле, — Будет ещё быстрее, чем Великая Война или Великий Потоп.
Карнакс резко развернулся к нему, его механический глаз угрожающе защелкал. Но Ноктус лишь насмешливо ухмылялся.
— Ноктус прав. И сколько ты предлагаешь убить? — лениво поинтересовался Аймос, неожиданно поддержав бога Ночи. Кажется, Повелителя загробного мира идея Ноктуса заинтересовала всерьез. Его темные глаза смотрели на Карнакса с холодным интересом патологоанатома, — Половину населения? Три четверти?
— Сколько потребуется! — Карнакс снова облизнул лезвие меча, и на этот раз у многих младших богов по спине пробежал холодок, — Лучше убить большую часть, чем позволить всем выродиться! В огне войны выживут сильнейшие! А слабые… слабым не место в новом мире.
— Война хотя бы дает шанс, — добавил он, бросив насмешливый взгляд на Марибора, — В отличие от Великого Потопа. Куда милосерднее, не находишь?
— Милосерднее? — Аймос наконец перестал вертеть двузубец, — Ты говоришь о милосердии, Карнакс? Ты?
В его голосе звучала неприкрытая ирония. Бог подземного мира медленно поднялся, и тени в зале стали гуще.
— Я принимаю души погибших, — произнес он тихо, но его слова эхом разнеслись по залу, — Я вижу их страдания, их боль, их отчаяние. И знаешь что, Карнакс? Души жертв войны кричат громче всех. Они искалечены войной и страдают… Какой такой светлый мир выжившие страдальцы смогут построить? Мир страха?
— Пусть кричат! — бог войны оскалился, — Их крики разбудят остальных от спячки! Встряхнут от пресыщенности и лени!
— А может, — Аймос шагнул к нему, — Тебе просто нужна новая порция криков? Сколько душ тебе нужно, Карнакс, чтобы заглушить голоса в твоей голове?
По залу прокатился испуганный шепот — все знали о безумии бога войны, но никто не осмеливался говорить об этом вслух. Карнакс застыл, его механический глаз с бешеной скоростью вращался в глазнице.
— Осторожнее, дядюшка, — процедил он, — Как бы твой Мир Мертвых не переполнился раньше времени…
— Довольно! — громовой голос Громовержца заставил всех вздрогнуть. Молнии между его пальцами превратились в настоящие разряды, — Мы здесь не для того, чтобы угрожать друг другу.
Оба бога отступили, сели обратно на свои места, но продолжали сверлить друг друга взглядами. В воздухе повисло напряжение — казалось, еще немного, и между ними вспыхнет настоящая битва.
Громовержец медленно обвел взглядом притихший зал. Его взгляд, мрачный, как грозовые облака, задержался, казалось, на каждом из присутствующих. От этого взгляда младшие боги невольно съеживались.
— Кто-нибудь хочет что-то добавить? — его голос прокатился подобно далекому грому. В воздухе запахло озоном.
Боги хмурились, отводили взгляды, но молчали. Предложение бога войны многим пришлось не по душе, но возражать… Кому хочется навлечь на себя гнев Карнакса? Даже самые смелые предпочли промолчать. Лишь изредка между ними пробегали тревожные взгляды.
— Я… — тихо начала богиня плодородия и урожая, её венок из колосьев слегка поблек от волнения, — Я считаю это слишком радикальным решением. Уничтожить половину человечества… Это же…
— А как иначе? — мгновенно парировал бог войны, грохнув бронированным кулаком по подлокотнику своего кресла. Клинки, из которых оно было составлено, тревожно зазвенели, — Ты разве не слышала, что я сказал? Смертные истощают ресурсы, оскверняют священные места, забывают древние традиции! Они уподобились животным, но возомнили себя равными нам!
— Но есть же другие способы… Может быть, стоит дать им еще один шанс?
— Шанс? — бог войны презрительно усмехнулся, его шрам, пересекавший левую щеку, побелел от напряжения, — Сколько шансов мы уже давали? Будем и дальше смотреть, как они уничтожают наш мир? Как извращают все, до чего дотягиваются? Как забывают нас, своих создателей?
Он поднялся во весь свой исполинский рост. В доспехах, украшенных черепами древних чудовищ, с развевающимся алым плащом, он внушал трепет даже героям и чудовищам.
— Да, люди начали забывать, для чего они были созданы… Они отказались от своей Судьбы ради сиюминутных удовольствий, — проскрипела старая богиня судьбы, перебирая нити жизней в своих морщинистых пальцах, — Их нити путаются, мешают друг другу. Это нарушает… всю гармонию… Кхе-кхе…
Она зашлась в сухом кашле, не в состоянии продолжать.
— Вот! — торжествующе воскликнул бог войны, — Даже хранительница судеб согласна со мной! Нужно проредить их ряды, чтобы снова начали чтить древние законы и уважать богов!
И тут в наступившей тишине раздался спокойный, чуть насмешливый голос:
— А что, если есть другое решение?
Все взгляды обратились к высокой фигуре, поднявшейся со своего места. Эстро, Старший бог, покровительствующий Искусствам, в черных доспехах тонкой работы, украшенных золотой вязью. Вместо плаща за его спиной развевалась дымка, похожая на чернила, растворенные в воде — она принимала очертания то крыльев, то струн невидимой арфы.
Его длинные темные волосы были собраны в сложную прическу, удерживаемую заколками в виде золотых перьев для письма. На поясе висел изящный меч, больше похожий на произведение искусства, чем на оружие. Впрочем, никто не сомневался в смертоносности этого оружия.
— Карнакс во многом прав, — произнес он, и его голос, глубокий и мелодичный, эхом разнесся по залу, — Но есть один нюанс, который стоит принять во внимание.
Он небрежно взмахнул рукой, и в воздухе соткалось облако-видение, настолько четкое и яркое, что казалось, можно шагнуть внутрь. В нем отразился остров, окруженный лазурным морем. Процветающие города с белоснежными зданиями, широкие мощеные улицы, по которым гуляют счастливые семьи с детьми. Величественные храмы, где толпятся верующие. Школы, полные учеников, склонившихся над древними фолиантами.
Бог войны нахмурился, вглядываясь в картину:
— Это ведь… — начал было он.
— Ларинское царство, — кивнул Эстро, — Позвольте привести немного статистики.
Рядом с ним в воздухе появились светящиеся цифры и графики, складывающиеся в изящные узоры.
— Сто лет назад ситуация там была даже хуже среднемировой, — продолжил он, указывая на нисходящую кривую, — Упадок, деградация, извращения, все те же проблемы, о которых говорил уважаемый бог войны. А теперь…
Он сделал изящный жест, и цифры перестроились.
— Рождаемость — три ребенка на женщину. Переоткрыты двенадцать древних магических техник, считавшихся утраченными. Открыт паровой двигатель. Экономический рост — пятнадцать процентов в год. Активная экспансия на соседние острова, зачистка их от монстров и заселение людьми. И что особенно важно — храмы полны верующих, древние ритуалы соблюдаются неукоснительно.
Боги с интересом разглядывали цифры. Даже бог войны нахмурился — такие результаты не могли не впечатлять. Многие боги привстали с мест и подались вперед, внимательно изучая графики.
— Это ведь твоих рук дело, Эстро? — вкрадчиво поинтересовался Аймос, бог подземного мира. Его глаза, похожие на черные алмазы, буравили собрата, — Ты часто бывал там в последнее столетие. Что-то советовал смертным?
— Меня радует осведомленность уважаемого правителя Подземного царства о моих делах, — Эстро чуть улыбнулся уголком рта, — Да, я давал правящей династии некоторые советы. И продолжал наставлять их в дальнейшем.