Sin (СИ)

— Ты такая горячая… Заболела?
Хриплый голос сочится неподдельным сарказмом. Он издевается! Я цежу сквозь зубы короткое «Нет», подавляя желание врезать ему и вылить горячий напиток на голову.
Слышу глумливый смешок, тихо выдыхаю и вытираю столешницу, которая пострадала от моих трясущихся рук. «Ничего, это только начало, Эванс».
Дорога к школе проходит в молчании. Син включил на всю музыку, из колонок орет Pain «Same Old Song» так, что пухнет голова. Уже хочу сказать, чтобы он убавил громкость, но сдерживаю порыв и сжимаю губы, глядя в окно, по которому скатываются капли дождя: он льет, не переставая.
Как только мы появляемся в здании школы, сразу подмечаю изменившуюся обстановку: на нас все смотрят и кидают оценивающие взгляды. Кто-то завистливые или ненавидящие — девушки, кто-то любопытные и заинтересованные — парни. Когда проходим мимо, школьники замолкают, а затем переговариваются и шепчутся за спиной. Даже не знаю, нравится ли такое пристальное внимание к моей скромной персоне или нет. Раньше я была невидимкой, «белой вороной» и никто не знал, кто такая Джи Браун. Теперь я горячая сплетня, в центре обсуждений, как и Син.
Возле шкафчиков, когда достаю нужные учебники, подходят девчонки из группы болельщиц и восхищаются субботним выступлением. Выслушиваю их восторженное «Ты такая классная», благодарю и ретируюсь в класс математики. Но даже там нет покоя. Ко мне подходит одноклассник Майк Ландерст, невысокий кареглазый шатен, и улыбается. Черт. Да ладно? Этот напыщенный богач, который кидается родительскими деньгами направо и налево, считающий себя «элитой», обратил на меня внимание?
— Привет, Джи.
Ух ты. Вау. Он даже знает, как меня зовут. П — популярность.
— Привет.
— Я знал, что Эванс найдет крутую вокалистку, но чтобы насто-о-о-лько, — протягивает парень, играя широкими бровями, и наклоняется. — Ты теперь очень занята или на одно свидание найдется время, например… — он делает паузу, пока мои глаза ползут на лоб, — на этих выходных?
— С-свидание? — недоверчиво бормочу и хмурюсь. Он серьезно? Что за дешевый подкат?
— Да, — Майк облокачивается о парту и растягивает пухлые губы в обаятельной улыбке. — Не спеши, можешь дать ответ завтра. Или написать. Вот мой номер.
Он кладет небольшой клочок бумаги. Поднимаю рассерженно глаза, с желанием высказаться, что времени на свидания с такими придурками с завышенной самооценкой у меня нет.
— Ландерст, — от пронизывающего холодного голоса Эванса бросает в дрожь. — Джи теперь очень занята. Очень. Понимаешь? — выделяет каждое слово брюнет, но я перебиваю его и расплываюсь в «радостной» улыбке, говоря озадаченному парню:
— На этих выходных?
— Э-э-э… да, ты… — он испугано бегает глазами с одного на другого, но преимущество все-таки на стороне угрожающего Сина, — слушай, если времени нет, не буду настаивать, — идет на попятную одноклассник под ледяным взглядом Эванса.
— Правильное решение.
Злобно смотрю на возвышающегося рядом Сина. Он хватает меня настойчиво за руку и под всеобщие переглядывания вытаскивает из класса, запихивая в пустующую аудиторию. Возмущению нет предела. Какого черта вообще?
— Что…
— Ты в своем уме? — шипит Эванс, обжигая своим недовольством. — Какое на хрен свидание? У тебя школа и репетиции! И… Майк Ландерст? Этот богатенький чмошник, клеящий всех красивых девушек подряд?
«… всех красивых девушек?». Хлопаю ошалело глазами, наблюдая, как Эванс ходит из стороны в сторону. Он запускает пальцы в волосы и взлохмачивает их. Звенит первый звонок, приводя в чувство. Вздрагиваю и бросаю на него гневный взгляд.
— Какая тебе разница? Помимо школы и репетиций у меня есть личная жизнь. И нам пора на урок, — хочу развернуться и выйти, но Эванс не позволяет этого сделать, заслоняя дверь телом со скрещенными на груди руками.
— Мне нравится твой новый настрой, Джи, — говорит он, суживая хищно глаза, — но не стоит прыгать на первого попавшегося парня и делать глупости.
— Прыгать на первого попавшегося парня? — выдыхаю, а ярость заполняет каждую клеточку.
 
— Именно. Никому не было до тебя дела, не так ли? Отличница, тихоня, хорошая девочка, не привлекающая внимания. Теперь ты вокалистка рок-группы и, возможно, даже девушка гитариста, — добавляет Син, поднимая хищно уголки губ. — Пустить пыль в глаза особого труда не составит.
— Что?
Второй звонок оглушает нас. Глаза вываливаются из орбит от такого абсурдного заявления. Да что с этим парнем!? Эванс победно оглядывает меня, задерживая взгляд на пурпурных губах, и выходит. Нет слов. Впереди уроки, но Син Эванс, умеет делать так, чтобы я думала не о математике, а о нем!
Половина дня проходит под пристальным наблюдением учеников школы Альберты, отчего чувствую себя не в своей тарелке. Со мной заговаривают те, кто и понятия не имел, как меня даже зовут. На большой перемене скрываюсь в библиотеке и натыкаюсь на сидящего за столом Тинки. Тепло разливается в груди, глядя на обложившегося учебниками, словно в окопе, друга — как я по нему скучала. Не хватало его шуток и разговоров по душам. Подкрадываюсь и заглядываю через плечо, хмыкая: физика, химия, биология.
— Теперь на обед естественные науки?
Чемптон разворачивается, и на губах появляется кривая усмешка.
— На этой неделе конференция, — он откладывает ручку, любопытно рассматривая меня. — Ты стала ходячей новостью.
— Ходячей новостью? — переспрашиваю, усаживаясь рядом.
— Одноклассницы все занятия только о тебе говорят. И об Эвансе, конечно, — фыркает друг, не убирая поддразнивающей улыбки. — Как выступление? Судя по разговорам, ты новая звезда «Потерянного поколения», затмившая даже Холл.
Качаю головой, разглядывая покрытые черным лаком ногти — теперь они ухоженные, благодаря заботливой Черелин.
— Все было круто, — пожимаю плечами, слабо улыбаясь.
— Всего лишь? — ухмыляется друг. — А звездуля? Ты такая бледная, он тебя конкретно загонял, как скаковую лошадь. После школы все время репетиции с группой?
— Да… — вздыхаю и смотрю в голубые глаза. Как хорошо, что Тинки простой, веселый и с ним легко, словно не было неприятного разговора и ссоры. — Сходим после уроков в нашу кафешку?
— Угощаешь с первого гонорара? — поддевает Чемптон и открыто смеется.
Я подхватываю, а настроение, которое испортил КОЕ-КТО своим дурацким поведением, немного возвращается.
— Значит, ты снова блондинка и делаешь макияж? — насмехается друг. — Дальше короткие платья и ни к чему не обязывающий секс?
— Ох, заткнись, Чемптон, — бью его кулаком в плечо и тихо смеюсь, косясь на тучную библиотекаршу, которая строго поглядывает в нашу сторону.
После уроков, пока я жду Тинки на одном из лестничных пролетов, ко мне подходит Джанис Холл. Стараюсь скрыть свое удивление и поднимаю вопросительно на девушку глаза. Она как всегда идеальна снаружи, но вот внутри — нет.
— Привет, — расплывается в «милой» улыбочке девушка, облокачиваясь о перила.
— Привет.
— Поздравляю, — хлопает длинными ресницами Холл. — Даже новость о беременности Ханны Шоу не так популярна, как ты.
Не понимаю, что ей надо, поэтому оставляю без комментария явный подкол. Наверное, кое-кому не очень приятно слушать, что новая вокалистка стала более популярной, чем она.
— Я хотела с тобой поговорить, — продолжает Джанис, разглядывая меня, словно я какая-то вещь в бутике, в которые она ходит.
— Ты со мной уже разговариваешь.
— Да-а-а… я хотела поговорить о Сине, — уточняет девушка, и фальшивая улыбка вмиг исчезает с красивого лица. — Не понимаю, что он в тебе увидел.
Замираю и сглатываю ком в горле — разговор будет не самым приятным, чего и следовало ожидать.
— Возможно то, чего нет в тебе? — уверено смотрю в миндалевидные золотистые глаза, которые сужаются.
— Осторожней, мои ногти острее, чем твои, — произносит тихо девушка, наклоняясь вперед, а синие волосы водопадом падают на правое плечо.