Элирм VII (СИ)

Второй этап испытания — это не соревнование на силу и скорость. Это проверка на выдержку, интеллект, способность грамотно расставлять приоритеты и избегать ненужной опасности. Только так мы сможем дойти до финала. Не устилая дорогу сотнями трупов, а старательно просчитывая риски.
Размышляя об этом, я вдруг весело рассмеялся, ибо наконец-таки понял, каким именно образом Диедарнис подставил Амона Гёта. Да, он сделал подонка сильнее всех остальных. Фактически установил ему под капот мощный двигатель с широчайшим спектром примочек. Но при этом не стоит забывать, что могучее тело крайне прожорливое. Базовый энергообмен, пищевой и факультативный термогенез, гомеостаз, регенерация тканей — все это требует целую прорву калорий. Как и беготня по всей карте в поисках хотя бы половины членов Вергилия. Следовательно, если ублюдок не раздобудет себе еду в ближайшее время, то либо сожжет себя изнутри и подохнет от голода, либо будет вынужден стать каннибалом. В чем лично мне виделась своеобразная метафора. Эдакий урок от «Мегалодона и Ко», где если раньше Стас на протяжении всей свой жизни пожирал людей фигурально, то теперь будет вынужден это делать по-настоящему. Ну или довольствоваться падалью.
  
Что ж, и поделом. Хотя странно, конечно. Чем дольше я размышлял о поступках титана, тем чаще начинал смотреть на них под неожиданным для себя углом. Видел не только безумие и злобу, но и… справедливость? Желание, чтобы каждый из нас взглянул правде в глаза и исправил ошибки? И еще эта фраза, которая почему-то крепко-накрепко засела у меня в подсознании: «Я просто сражался не на той стороне». Что он имел в виду? Хотел, чтобы мы поняли, что он не настолько плохой, как всем кажется? А даже если и так, то зачем ему это? Тому, кто не желает мириться с клеймом проигравшего?
Впрочем, не важно. О подобных вещах у меня еще будет время подумать.
Аккуратно подобрав экипировку и прочие вещи, я отнес их в комнату с печью. Следом заглянул в помещение с гидропоникой. Вытряхнул все имеющиеся семена в общую кучу с землей. Присыпал сверху удобрениями и применил заклинание, искренне понадеявшись, что хотя бы что-нибудь из всего этого да прорастет. Увы, но до стандартов «Хранилища судного дня» данная комната никак не дотягивала.
Спустя минуту и сотню единиц маны, которая, к слову, не восстанавливалась, процесс пошел. Несколько семян все-таки уцелели и, жадно впитывая свет «Руны Ингуз», дали побеги. Показались из-под земли и начали медленно тянуться вверх, будто бы поприветствовав меня свежей зеленью.
Хорошо. Очень хорошо. Понятия не имею, что в итоге получится, но, думаю, минут через пятнадцать я повторно сюда загляну. Ну а пока стоило бы все-таки прокипятить шмотки солдата и постирать. Потому как апокалипсис апокалипсисом, но надевать на себя одежду, бог знает сколько лет провисевшую на трупе, я не хотел. Особенно если учесть факт того, что рано или поздно я обязательно вспотею и вот тогда моя экипировка начнет поистине чертовски вонять.
Я увидел их, когда вышел на улицу за водой. Шестерку мрачных силуэтов, шагающих по залитому лунным светом берегу в мою сторону.
«Ясно. Услышали все-таки», — недовольно поморщившись, я отложил тазик в сторону.
— Стало быть, настало время надирать врагам задницы, — произнес я уже вслух, параллельно прикидывая расстояние до цели — около километра. Если не ускорятся, то минут за десять дойдут. А это значит, что можно смело выделить себе на подготовку в два раза меньше.
В целом, нормально. Я бы даже сказал — более чем.
* * *
— Будь так любезен, прекрати уползать. Мне еще допросить тебя надо… — проворчал я. Осторожно прошелся по залитому кровью берегу моря и, схватив стонущего бандита за шкирку, поволок его обратно к бункеру.
Удивительно. Весь мой бой с шестеркой «рейдеров» продлился максимум секунд десять и, по сути, завершился, толком и не начавшись. Причиной тому послужила моя хитрая, но в то же время чертовски примитивная ловушка.
Так, предвосхищая подобное развитие событий, я бросил у входа свернутый матрас, войлочное одеяло и кое-какое бесполезное барахло. Затем положил рядом «подарочек» Диедарниса, поставил на него сверху банку с перловкой и оставил слегка приоткрытой железную дверь. После чего спрятался на обратной стороне «холма», буквально распластавшись на мокрой траве.
По моим расчетам бандиты должны были подумать, что я копаюсь внутри и отношу полезные вещи наверх. Двое из них встали бы справа и слева от входа с оружием наготове, а кто-нибудь третий обязательно бы заметил приманку. Схватил консервированную кашу и, не справившись с искушением, решил быстренько заглянуть внутрь сундука. Мало ли, вдруг тот под завязку забит патронами и тушенкой?
Так и случилось. После активации магическая печать уничтожила сразу троих, всего за мгновение превратив их в окровавленные рыхлые кучи. Далее, воспользовавшись всеобщим замешательством, я бросился на оставшихся из темноты. Двумя точными взмахами топора снес головы четвертому и пятому и метнул нож в спину последнего, вздумавшего убегать. Вот только пятнадцать сантиметров стали между лопаток его почему-то не остановили. Выронив мачете и кубарем скатившись вниз, бандит поднялся на ноги и, подстегиваемый адреналином, рванул в сторону городка. Пробежал метров сорок вдоль пляжа, пока не напоролся брюхом на торчащее из песка поломанное весло.
На этом, собственно, наше сражение и закончилось. Даже немного разочаровывающе, ибо единственным полученным мною «ранением» по-прежнему оставался здоровенный синяк на левом боку — результат падения на «мину-лягушку».
Полагаю, именно так ощущал себя Гундахар, когда вступал в бой со всякими слабаками. Хотя конечно, грех жаловаться.
— Приехали, — выдернув нож из спины «рейдера», я усадил его вплотную к стене.
Свалившись на задницу, мужик сморщился от боли и зашипел. Следом увидел зажатый в моей руке нож и, испуганно вздрогнув, прислонил ладонь к области сердца. Так, будто бы попытался его защитить.
— Погоди! Не вырезай! Дай умереть спокойно, — прозвучала неожиданная просьба.
— Не вырежу, если ответишь на пару вопросов.
— Хорошо.
Чуть успокоившись, бандит согласно кивнул. Достал из кармана помятую пачку сигарет и, с опаской поглядывая в мою сторону, закурил.
— Что вы хотели? Когда ко мне сунулись? — спросил я.
— Понятно что… — сплюнул кровью тот. — Ограбить тебя. Забрать все самое ценное и съесть.
— Съесть? Вы — каннибалы?
— Мы — те, кто остался в этом проклятом мире.
— И это дает вам право поедать людей?
— А судьи кто? — безэмоционально хмыкнул «рейдер». — Все судьи давно мертвы. Даже бог, и тот умер.
— Ясно, — выдержав паузу, я кивнул в сторону трупов. — Сколько из ваших еще бродят по округе?
— Конкретно здесь — никого. Ты всех убил. Остальные попрыгали в тачки и уехали в соседний городок. К вечеру должны вернуться.
— Уехали? И откуда, интересно, у вас бензин? Особенно если учесть, что долго он не хранится.
— Дизель, а не бензин, — ответил мужик. — В сотне километров на запад есть старая нефтяная вышка. На окраине пустошей. Местные черти сколхозили себе там мини-завод. Давят соляру и меняют ее на «маслята» и «бациллы». Также не брезгуют «хмурым», как, впрочем, и любой другой паленой синтетикой. Главное, чтобы вставляло. Ну и девчатами, само собой, тоже балуются. Особенно если те с габаритами.
— Продолжай.
— Несколько часов назад, аккурат перед бурей, Ловелас как раз заприметил одну в телескоп. Эффектную черноволосую кобылицу, в одиночку бредущую через поле. После чего уговорил Бурмистра сгонять на гастроли. Хотя каждый из нас понимает, что Ловелас — тот еще глиномес. Просто западло признаваться.
— Так, — я резко напрягся. — А цвет кожи у этой «кобылицы» какой?
— Цвет кожи? Ты что привередливый? — хрипло усмехнулся бандит, потушив бычок о лужицу вытекшей из него крови. — Про цвет кожи не знаю, но дойки, говорит, были зачетные.