Наследница мороза (ЛП)

— Скажи мне, что ты помнишь. — Это дало бы Эйре отправную точку, чтобы ввести их в курс дела.
— Немного, — сказала Ноэль. — Мы добрались до лодки. Ты пошла за Дюко… потом все погрузилось во тьму.
— Кажется, я услышала шум позади себя? — Элис поджала губы, явно недовольная собой из-за того, что воспоминания не были более четкими. — Я не могу… — Она издала звук отвращения. — Я ничего не могу вспомнить после этого. Я предполагаю, что мы сели не на ту лодку и владелец напал на нас?
— Не совсем… — Эйра потерла затылок, пытаясь сообразить, что им сказать и как. Рано или поздно они все равно все узнают.
— Это тоже ничего не объясняет. — Ноэль подняла запястье. На нем были такие же странные кандалы, как и у Эйры.
— У меня тоже есть такие. — Элис протянула кулак.
Это какое-то пиратское клеймо? Эйра пока держала эту мысль при себе. Ей нужно было спокойно разобраться в ситуации, чтобы избежать паники.
— Где Дюко? — спросила Ноэль. После разговора Эйры с Дюко и всего, что она увидела на турнире, она прекрасно понимала, откуда проистекало беспокойство Ноэль за морфи.
— Он… в порядке. — Эйра колебалась.
— Почему его здесь нет? Что случилось? — Ноэль схватила ее за руку.
Эйра без колебаний хотела рассказать им правду, но не была уверена, с чего начать. Как раз в тот момент, когда она подумала, что подобрала хороший набор слов, подсели Лаветт и Варрен.
— У меня раскалывается голова. — Варрен потер виски. — Кажется, у меня шишка.
— Ты сильно ударился о палубу, — мрачно сказала Лаветт.
— Ты видела, что произошло? — спросила Элис.
Лаветт покачала головой.
— Я уловила лишь мимолетное движение, возможно, «Световорот»… — Она посмотрела на свое запястье. Конечно же, множество сложенных браслетов с рунами, которые жители Квинта использовали для призыва магии, исчезли. На их месте были железные кандалы, идентичные браслетам Эйры и Ноэль. Тон Лаветт стал горьким. — Что ж, просто изумительно.
— Они схватили меня. — Варрен сгорбился, уставившись на свое запястье. — Его рыжеватые волосы упали на лицо, скрывая большую часть выражения лица. Но Эйра заметила, как его рот скривился от ужаса. Он прижал руки к груди, одной держа железные кандалы, обернутые вокруг другой, и начал слегка раскачиваться. — Они схватили меня. Они нашли меня. Они забирают меня обратно. Они…
— Варрен… Варрен, посмотри на меня. — Лаветт опустила голову и подняла его лицо, заставляя его встретиться с ней взглядом. — Что ты видишь?
— Тебя. Дерево. Корабль, который везет меня обратно…
— Что ты слышишь? — Лаветт прервала его, когда его дыхание участилось.
— Тебя. Скрип корабля, который…
— Чем пахнет? — на этот раз она перебила быстрее.
Грудь Варрена продолжала вздыматься, но его слова стали медленнее.
— Сыростью. Гниющим деревом. Старой мешковиной… потом, прямо как на шахте…
Лаветт кивнула и протянула руку.
— Что ты чувствуешь?
Варрен взял ее протянутые пальцы. Теперь его дыхание выровнялось. Даже слова.
— Дерево подо мной. Моя влажная одежда прилипла к телу. Ты… держишь меня за руку. — Его взгляд медленно переместился на ее лицо. Эйра поняла, что он успокоился, эмоции вернулись под контроль. Как будто он мог дышать при одном виде на нее.
— Да. Ты здесь. Со мной. Ты не вернулся в Карсовию. Ты не с ними и никогда больше не будешь с ними.
Он зажмурился и довольно поспешно кивнул.
— Прости, за это… Я вроде бы делал все правильно…
— Все в порядке, тебе не за что извиняться. За прошедший день тебе о многом напомнили. — Лаветт отпустила его с грустной улыбкой.
— Карсовию? — деликатно поинтересовалась Элис.
Лаветт не ответила, вместо этого она продолжала смотреть на Варрена. Они повисли в тишине, когда он пошевелился, явно собираясь с духом. Если бы он был другом Эйры, она бы вмешалась и избавила его от необходимости объяснять, что именно причиняло ему такой огромный дискомфорт.
Но у Лаветт, очевидно, были другие представления о том, что ему нужно. И, поскольку она знала его намного лучше, Эйра воздержалась от каких-либо действий или вынесения суждений.
  
Варрен, наконец, обрел дар речи.
— Я родился в Карсовии. Жизнь там… сложна.
— Понятно. — Элис слегка кивнула.
Наконец вмешалась Лаветт.
— Эти кандалы сделаны в Карсовии по желанию императрицы. На них нанесены руны мало, чем отличающиеся от наших браслетов, за исключением того, что эти метки блокируют всю магию.
Ноэль усмехнулась.
— Это мы еще посмотрим. — Она вытянула кулак и прищурилась. Потрескивающие искры почти мгновенно потухли. В воздухе не было ни малейшего намека на дым. — Нет, я не позволю какому-то дурацкому браслету… — прорычала она, пытаясь снова.
— Это бессмысленно, — прямо сказала Лаветт, подползая к Каллену. — Символы на них — это руническое искусство. От них нелегко избавиться или обойти. Пока они находятся в контакте с кожей, магия невозможна.
Эйра услышала эти слова, но также не могла оторвать глаз от того, как Лаветт опустилась на колени рядом с Калленом, обхватив его лицо обеими руками, склонившись над ним. Она нежно, почти с любовью погладила его по щекам. Это действие, казалось, контрастировало с тем, что Каллен говорил об их отношениях. Учитывая то, что Лаветт сказала на складе: «Я не заинтересована в том, чтобы ссориться с тобой из-за него… Честно говоря, я вообще мало заинтересована в браке».
Начало ли расцветать чувство в подводных течениях их отношений? Или это просто в натуре Лаветт? Она всегда казалась уравновешенной и, как глава делегации Квинта, естественно, была склонна заботиться о тех, кто ее окружает.
— Он выглядит нормально, — прошептала Лаветт, отпуская его и отходя. — Рада, что мы все, кажется, невредимы.
Словно почувствовав, что на него обратили внимание, глаза Каллена приоткрылись.
— Что… где мы? — Его голос был грубым карканьем. — Где Эйра?
— Я здесь, — тихо сказала Эйра. Каллен поднял руку, и она снова придвинулась к нему, держа ее обеими руками.
— С тобой все в порядке? — Его пристальный взгляд не отрывался от нее, будто ее присутствие было единственным утешением, в котором он нуждался. Он был тем, кого проткнули острием меча, но ее сердце чувствовало, что теперь оно истекает кровью.
— Я в порядке, мы все в порядке. — Облегчение обрушилось на нее волной, угрожая разрушить стены, которые она возвела вокруг своих эмоций. Если бы не ее железная решимость, слезы могли бы навернуться у нее на глазах. Она была напугана — в ужасе от того, что смерть заберет его, и у нее никогда больше не будет шанса поговорить с ним.
Неважно, что их ждало в будущем, это не могло вот так закончиться. Она не была к этому готова. Не тогда, когда между ними было так много нерешенного и недосказанного.
— Поблагодари Матерь. — Он расслабился с тихим вздохом. Эйра подавила желание заключить его в объятия, попросить его раскрыть самые сокровенные замыслы своего сердца. Им нужно было разобраться во всем раз и навсегда. Однако сейчас было не время. Она больше к нему не придвигалась.
— На самом деле у нас не все в порядке, — несколько резко сказала Ноэль. — Где Дюко?
Поскольку все пришли в сознание, сейчас самое подходящее время попытаться ввести их в курс дела. Эйра глубоко вздохнула.
— Никто из вас ничего не помнит? — спросила она, надеясь, что кто-нибудь помнит. Все они покачали головами и произнесли различные «нет». — Человек, который заключил нас в тюрьму, чье судно это… Адела Лагмир, королева пиратов.
Все они уставились на нее. Никто не двигался. Казалось, никто даже не дышал.
— Я, должно быть, ослышался… — пробормотал Каллен, медленно садясь. — Ты сказала Адела? Та самая Адела, которая может быть…
— Моей матерью? Да, — закончила за него Эйра с серьезной ноткой. Она не стала распространяться о том, что Адела уже отрицала, что приходится ей матерью. Там все еще оставались тайны, все еще были вещи, о которых Адела не говорила. Они должны были быть.