Русальная неделя (СИ)
— Эх, тётушка. Покой нам только снится…
Я принялся подниматься.
— Ты чего задумал? — окликнул Захар.
— Собираюсь навестить двух знакомых барышень.
— В этакую рань?
— А что? Не знаю, как ты, а я по утрам люблю не меньше, чем ночью.
Оставив Захара внизу размышлять над сказанным, я поднялся в башню.
У кровати возилась Маруся, перестилала бельё. Отмыть полы и собрать с пола обронённые предметы уже успела. Увидев меня, бросилась навстречу.
— Спасибо, ваше сиятельство! Ух, страху я натерпелась. Кабы не вы…
— «Кабы не я» больше точно не будет. Установлю тут лучшую защиту, какую только можно. Чтоб ни одна тварь не пробралась.
— Дак то ж не твари были? А люди?
— Нет. Людей убивать я не стал бы.
Маруся прижалась ко мне. Я погладил её по голове.
— Ну, всё. Успокойся. Больше тебя никто не обидит, обещаю.
— Счастье-то какое, что вы в усадьбе появились! — пробормотала Маруся. — Больше ни у кого такого барина нет. Во всей округе.
— Да уж. Такого точно нет.
Я мягко отстранил девушку. Стащил с себя заляпанный кровью охотничий костюм, достал из шкафа выходной. Морды бить в ближайшее время не планировал. Хотя, конечно, чёрт его знает. Надо бы и правда заказать у Брейгеля ещё один охотничий комплект.
— Сокол мой… — Маруся, пристально следившая за тем, как я раздеваюсь, потянулась ко мне.
Пришлось немного задержаться. Зато в нуль-Т шкаф с выломанными дверцами я шагнул с чувством глубокого удовлетворения.
* * *Уезжая из Поречья, оставить там якорь я, разумеется, не забыл. Зря, что ли, Знак добывал? И сейчас материализовался на строительной площадке рядом с трактиром Фёдора.
В трактире мне было, в общем-то, делать нечего, но на всякий случай заглянул. Как показала практика, место это потихоньку превращалось едва ли не в центр вселенной. Ни разу ещё не было, чтобы зря зашёл.
И в этот раз интуиция не подвела. За одним из столов сидел Егор. Беседовал с Фёдором.
— Какими судьбами? — спросил я, подойдя к их столу.
— Твоими молитвами, — усмехнулся Егор. Моему появлению он, похоже, не удивился. — Прохор мне рассказал о твоих подвигах. Как вы с Земляной вепря завалили. А после ихнее сиятельство, говорит, с Захаркой на лягух пошли. Я и решил сюда наведаться — думаю, может, встречу тебя. Расспрошу, как охота.
— Охота вышла славная. Рекомендую. Но об этом позже. Ты никуда не торопишься?
— Да не спешил, вроде…
— Тогда подожди меня тут. Я скоро. Фёдор, а ты пока кофе сообрази и пожрать чего-нибудь.
— Слушаю-с, — Фёдор поклонился и умчался на кухню.
Я двинулся к выходу.
— Далеко ли намылился — такой нарядный? — окликнул меня Егор.
— С визитом.
— Чего-чего? Кудой?
Тратить время на перевод я не стал. Вышел.
Через полчаса уже стучал бронзовым молотком в двери знакомого особняка.
— Господа не принимают! — попытался преградить мне путь открывший дверь слуга.
Я аккуратно отстранил его с дороги.
— А где конкретно они не принимают?
— В гостиной… — Слуга машинально посмотрел в нужную сторону.
— Спасибо.
Я двинулся в обозначенном направлении. Опомнившийся слуга кинулся за мной. Попытался помешать открыть двери.
Так, с повисшим на плечах слугой, я и вошёл в гостиную.
Секундное молчание.
И истошный девичий визг.
— Я пытался… Я не хотел… А он… — принялся оправдываться слуга.
Александра и Евгения зашипели так дружно и яростно, что ретировался он мгновенно.
А меня приветствовал знакомый персонаж.
— Ваше сиятельство, многоуважаемый Владимир Всеволодович! — Брейгель, до сих пор ползающий у ног барышень со знакомой измерительной дубиной в руках, вскочил. До того резво, что аж зависть взяла. — Я таки знал! Я ни на одну маленькую секунду не сомневался, что ви придёте! Что ви хотите заказать?
— А ничего, что здесь — не ваш дом? И я пришёл не к вам?
Глава 19
— Ничего! — заверил Брейгель. — Право слово, это совершенно ничего не значит! Вы свободный человек и можете ходить везде, где вам будет угодно. Если вы желаете пошить свадебный фрак…
— Какова цель вашего визита, Владимир Всеволодович? — холодно перебила Брейгеля Александра.
Она первой взяла себя в руки. Схватила с кресла шёлковый пеньюар и прижала его к груди. Евгения поступила так же. Поздновато, конечно — всё интересное я уже увидел.
Сёстры Урюпины стояли перед портным одетыми в нижние сорочки из тонкого, почти прозрачного материала. Я своим появлением, очевидно, прервал процесс снятия мерки.
— Полюбоваться вашей изумительной красотой. Что ещё может быть целью в такой обстановке?
— Ах, — сказали сёстры в один голос.
Переглянулись и синхронно порозовели. Нечасто им, должно быть, доводилось слушать комплименты. Может быть, вообще никогда. Они ведь чуть ли не с рождения — братья.
— Прошу прощения, что прибыл так рано. Но дело у меня безотлагательное.
Услышав о делах, сёстры мгновенно переменились. Лица приняли деловое выражение. Они даже о смущении забыли, руки с пеньюарами опустились.
— Слушаем вас.
Я изложил. Сёстры снова переглянулись.
— Выезд, да ещё в такую даль… Это займёт весь день. Соответственно, вам нужно будет оплатить день нашей работы, плюс оформление документов — в соответствии с прейскурантом. Плюс накладные расходы.
— Полдня, — поправил я.
— Почему?
— Потому что со мной поедет одна из вас. Вторая останется здесь, и её рабочему дню ничто не помешает.
— А этот молодой человек таки умеет вести дела! — восхитился Брейгель.
— Замолчи! — рявкнули на него сёстры.
Впрочем, о цене мы сговорились быстро.
— А теперь выйдете, пожалуйста, и подождите за дверью, — опомнилась Александра. — Предстать перед мужчиной в таком виде! Ах, какой позор, — и снова прижала к груди пеньюар.
— А Брейгель вас не смущает?
Сёстры уставились на Брейгеля.
— Какой же это мужчина? Это портной.
— А. Ну да. Конечно.
Я вышел из гостиной.
Ждать пришлось недолго. Когда сёстры Урюпины чуяли поживу, собирались они очень шустро.
* * *— Э-э-э, — глядя на Александру, обалдело сказал Егор.
— Знакомься, братец. Это Александра Дмитриевна, мой поверенный. Сможешь перенести её Знаком ко мне в усадьбу?
— Знаком? — изумилась Александра. — Но вы не предупреждали, что это будет Знак!
— Так вы не спрашивали. Всё, что спросили — проезд за мой счёт? Я сказал, что да. И от своих слов не отказываюсь.
— Да, но… Как же это будет?
— Очень просто. Всё, что вам нужно сделать — покрепче обнять этого доброго молодца.
Егор приосанился. Александра задумчиво посмотрела на него, перевела взгляд на меня и объявила:
— Я предпочла бы обнять вас.
— Я бы тоже, с большим удовольствием. Но перемещению сей процесс способствовать не будет, увы.
— Очень жаль.
* * *Когда мы втроём — Я, Егор и Александра — друг за другом вышли из нуль-Т шкафа в моей комнате, Маруся была ещё там. Заканчивала прибираться. Глядя нам вслед, обалдело захлопала глазами.
От завтрака тётки Натальи мы с Александрой отказались — Фёдор перед выходом набил нас едой под завязку. Оставшееся место залил кофе, за последнее время научился офигительно его варить.
Тётка Наталья расстроилась. Я пообещал, что обязательно покушаю, когда вернусь. И барышня тоже, куда ж она денется.
Егор собрался было ехать со мной, но я воспротивился.
— Не надо. Не хочу впутывать коллег в личные разборки. Посиди, отдохни. С Захаркой поболтай — он тебе расскажет, как мы на лягух сходили. А заодно о том, что тут у нас ночью творилось.
В карету мы с Александрой сели вдвоём. Замена двигателя объёмом в две лошадиные силы определенно пошла транспортному средству на пользу. Карета катилась куда шустрее, чем раньше.