Русальная неделя (СИ)

Савельев с помощником, кряхтя от удовольствия, бросились в воду первыми. Захар тоже не заставил себя ждать. Мы с Егором не торопились.
— Эх, сейчас бы шашлычков пожарить! — вздохнул я. — Да девок красивых…
Тут я вспомнил «братьев» Урюпиных, истосковавшихся по любви, и вздохнул. Пока суд да дело, не надо, конечно, девок с панталыку сбивать. А вот потом…
«До „потом“ ещё дожить нужно!» — одёрнул я сам себя.
Егор скинул меч, начал развязывать штаны, явно тоже намереваясь присоединиться к купающимся. В речке было весело. Захар, хохоча, брызгал водой на смущающегося Назара, Савельев что-то гундел по этому поводу…
— Егор! — вдруг дёрнулся я от внезапно посетившей мысли.
— Чего?
— А ведь май же ещё на дворе.
— Ну и чего?
— Часто в мае тут так жарит?
Егор замер, придерживая штаны одной рукой.
— Не-е-ет, — протянул он и вдруг побледнел. — И летом-то не каждый день…
Даже лёжа в крестьянской избе, я успел составить себе приблизительное впечатление о погодных условиях в этих широтах. Зима довольно мягкая, снежная. Затяжная — месяцев пять точно. Весна прохладная, дождливая. Лето довольно жаркое. Осень — как весна, только в обратную сторону.
Конкретно в этом году май выдался и без того невероятно тёплым. Но то, что исполняла погода сегодня, не шло уже ни в какие ворота. По ощущениям, был самый разгар июля.
— Морок! — ахнул Егор и решительными движениями завязал штаны.
— Эгей, народ! — заорал я и замахал руками. — Бегом на берег!
Рассусоливать, почему так, я не стал, но интонацией показал всё, чего не хватало словам. И — сработало. Двое купальщиков, разбрызгивая тучи брызг, выбрались из воды.
— Чего случилось? — спросил Захар.
— Неужто уже ехать собрались? — спросил Савельев. — Я думал — переждём жару-то…
— Назар где? — спросил я.
— Назар?..
Савельев с беззаботным видом огляделся и, не обнаружив помощника в пределах прямой видимости, крикнул:
— Назар! Ты куда подевался?
— Он же ж с нами был. — Захар первым переключился на серьёзный лад. — Он же ж за мной стоял, когда ты крикнул!
— Сука, — прокомментировал я. — Амулет для подводной охоты есть?
Захар молча кинулся к своей «разгрузке», которую он оставил на берегу, стал рыться в кошелях и сумках.
— Вот! — В дрожащей руке он держал блестящий амулет.
— Давай!
Захар бросил, я поймал.
— Сжать его в руке — и всё, — проинструктировал Захар. — На минуту хватит.
Кивнув, я двинулся к воде. На ходу сбросил сапоги.
— Куда? Один⁈ — рванул за мной Егор.
— Найдёшь второй амулет — милости прошу.
— У меня Знак есть!
Ну да, Знак, точно. С ранга Витязь доступен Знак Жабры. Собственно, вся суть амулетов в том, что они дают возможность использовать практически любые Знаки даже тем, кто их пока и открыть-то не может. Ну и плюс, на использование амулетов мана не тратится.
С обнажёнными мечами мы с Егором одновременно вошли в воду. Дно стремительно уходило вниз. Шаг — и ты по пояс, ещё шаг — по грудь, третий — по горло. А вода, к слову сказать, не такая уж и тёплая. Чуть мышцы не свело от контраста.
Погрузившись с головой, я огляделся. Солнечные лучи глубоко пронзали чистые воды реки. Вокруг меня колыхался совершенно иной, подводный мир.
Стелились по течению длинные водные растения, мимо проплыла стайка мелких рыбок. Я продолжал шагать в глубину, ощущая рядом присутствие Егора.
Одна минута. У нас всего одна минута! Не успеем — пипец котёнку…
К слову сказать, амулет позволяет дышать под водой, а я до сих пор не. Ну, сложно себя упрекать. Всё-таки инстинкты в голос орут, что под водой нужно дыхание сдерживать, иначе это всё хреново закончится. Придётся заставить их заткнуться.
Я медленно выдохнул. Тот факт, что изо рта не вырвалась при этом куча пузырей, меня обнадёжил. Значит, включился какой-то принципиально новый режим.
И тогда я вдохнул.
Чуть не закашлялся.
Ну… Такое себе. Три звезды, не рекомендую. Жить, конечно, можно, но в целом, ощущение такое, как будто дышишь в старом погребе. Сырой стоялый воздух, отдающий чем-то сладковатым.
 
Егор вытянул меч и указал куда-то вправо. Я повернул туда голову, увидел заросли особенно высокой травы. А там, в зарослях, как будто темнело что-то большое.
Двинули туда, преодолевая теперь уже не только сопротивление воды как таковой, но и силу течения.
Кончиком меча я отвёл в сторону пук водорослей и увидел бледную безжизненную рожу савельевского помощника. Он стоял, покачиваясь, на одном месте и не подавал признаков жизни.
Как ему это удаётся, сделалось ясно, стоило опустить взгляд. Нет, Назар не стоял. Он висел. Болтался, привязанный за ноги к здоровенному камню.
И таких камней тут, в зарослях, было несколько. Чуть поодаль я заметил болтающегося на привязи скелета. Сучка, видимо, устроила здесь себе нечто вроде холодильника и сегодня намеревалась как следует забить его хавкой.
Не судьба.
Я махнул мечом, но сразу понял, что здесь немного не про это. Бой на мечах под водой больше напоминал бы фарс. Слишком уж сильно вода замедляла движения, вот и удар мой смазался. Зачем замахивался — осталось невыясненным.
Медленно-медленно я подвёл меч — который от течения плясал в руке, будто пьяная цыганка — к верёвке и даже успел сделать пару пилящих движений, когда краем глаза заметил движение.
Происходи дело на поверхности, я бы повернулся и выставил меч перед собой. Но тут всё, что я успел — это мысленно скастовать нужный Знак — и вокруг нас, троих, образовался Защитный круг.
Удар по кругу я почувствовал на энергетическом уровне. Только тогда повернул голову и увидел её.
В том, кто именно сотворил нам такую подлянку, я с самого начала нисколько не сомневался. Всего-то и требовалось, что сложить два и два. Вода, морок, пропавший в речке Назар.
Так я впервые столкнулся с русалкой.
Нет, хвоста у неё не было. С хвостами зажигают морские девы, не имеющие никакого отношения к нашим делам и являющиеся, вероятнее всего, чистейшей выдумкой.
Истинная русалка была, прежде всего и главным образом — мертвецом. Прямой родственницей упыря и вурдалака. Как правило, это — невинная (или не очень невинная) девушка, умершая до замужества, причём, какой-нибудь нехорошей смертью, типа наложения на себя рук. Так что хвост тут был вообще ни при чём.
«Ну ты и страшна, мать!» — беззвучно сказал я, поглядев на бледно-зелёную утопленницу, злобно пялившуюся на меня.
В гляделки играть времени совсем не было. Я одним движением дорезал верёвку, и Назар поплыл вверх. Мы с Егором оттолкнулись от дна, поплыли вслед за ним. Там я поймал Назара и повлёк его в сторону берега.
Спустя пару секунд мы вынырнули на поверхность.
Солнце ударило по глазам. Щурясь и отплёвываясь, я одной рукой держал бесчувственного Назара, другой молотил по воде. К счастью, мы отошли не так далеко, и вскоре я почувствовал ногами твёрдую опору.
Егор помогал мне с другой стороны. Вот мы добрались до приметных камней. На один из них я положил Назара мордой вниз. Егор тут же пристроился сзади, как будто бы питая нехорошие намерения, и, схватив Назара, резко надавил ему куда-то на живот.
Этого хватило. Назар выблевал и выкашлял тонну воды, хрипло вдохнул и застонал.
— Живой! — удовлетворённо сказал Егор.
Мы потащили ничего не соображающего парня на берег.
Вот ведь… Он приехал в составе делегации, обвиняющей меня в самозванстве, а я ему жизнь спасаю. Ну что поделаешь — работа такая.
— Живой? Живой⁈ — метался вдоль берега Савельев.
— Дёргается! — буркнул я перед тем, как уронить Назара. — Ходить будет. Но только под себя.
Использованный амулет я бросил Захару.
— Русалка, да? — спросил тот.
Я кивнул.
Жары, кстати, уже не было. По ощущениям — градусов двадцать, может, двадцать два. Но уж точно не та душегубка, из-за которой мы все ломанулись к реке. Сняла, чертовка, морок. Ну погоди, я тебе сейчас устрою весёлую жизнь.