Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ)

Закончив таинственные манипуляции, юноша крепко перетянул место ожога чистой тряпицей и убрал пузырёк обратно в сумку.
— Всё в порядке, — с чувством выполненного долга сообщил маг. — Жить будешь и даже в качестве человека. До дома сама дойдёшь?
Коварный план моментально созрел у Софьи в голове!
— Ах… да… наверное, да… — дрожащей рукой она опёрлась о его плечо и слабо улыбнулась. — Спасибо тебе за всё… не знаю твоего имени…
— Бенедикт, — представился маг.
— Спасибо, Бенедикт, — ещё раз поблагодарила девушка. — Я Софья. Если бы не ты… ох!
Попытавшись отлипнуть от стены, она рухнула спасителю прямо в объятия.
— Ах… Прости… — извинилась Софья, стараясь прижаться к Бенедикту покрепче. — Кажется, я себя переоценила…
— Давай я тебя провожу, — вызвался маг, мягко отстраняя Софью, к её глубокому неудовольствию. — Где ты живёшь?
— На улице Глиняных Горшков.
Софья солгала. На улице Глиняных Горшков стоит дом её родителей. Софья раньше жила с ними, но сейчас снимает комнату в паре кварталов отсюда.
— Это на другом конце города! — присвистнул Бенедикт. — До утра будем добираться…
Софья ответила печальным взглядом щеночка со сломанной лапкой.
— О Светлые боги, ну за что ты мне, чудо, на мою голову! — простонал маг. — Ладно. Если тебя это не смущает, можешь переночевать у меня.
«Да-а-а-а-а-а!!!» — мысленно возликовала Софья.
— Но прилично ли это? — робко спросила она.
— Не знаю, — пожал плечами Бенедикт. — Решай сама.
— Но ты же не будешь до меня домогаться? — испуганно спросила девушка.
«Только попробуй сказать, что не будешь!»
— Да нужно больно, — фыркнул Бенедикт. — Я тебя не для того спасал.
«Мерзавец!»
— Ну хорошо, — Софья покорно опустила глаза. — Я полностью доверяю тебе!
Ночной Чертянск — не место для прогулок. По некоторым районам опасно ходить даже днём, даже для стражи. Несколько раз Софья краем глаза замечала тёмные фигуры, следящие за ними из тени. Когда девушка поворачивала в их сторону голову, тёмные фигуры испарялись или же превращались во что-то обыденное: в куст, забытый кем-то мешок с картошкой или бродячую собаку.
Как и любой житель Чертянска девушка знала, что дело далеко не только в разыгравшемся воображении. Их город — нехороший, и помимо людей в нём живут силы, неподвластные ни стали, ни даже магии. Их нельзя изгнать, нельзя победить, но можно задобрить, научится жить с ними как с соседями, соблюдая определённые правила.
Взять хотя бы печально известного Часового, о котором уже легенды складывают… ой, не надо лучше о нём, накручивать себя только зря!
С Бенедиктом она в полной безопасности. От него исходит аура такой уверенности и силы, что у Софьи моментально срабатывают самые древние первобытные инстинкты.
«Чувствую себя счастливой,» — подумала Софья, ощущая под пальцами крепкое мужское плечо.
— Чувствую себя героем дурацкого любовного романа, — пробурчал Бенедикт, словно прочитав её мысли.
Софья хихикнула и ещё крепче прижалась к спасителю.
— Скажи, а ты случайно на упыря наткнулся? — спросила она.
— Нет, я его уже несколько часов выслеживал. Обычно я не посещаю мусорные заведения вроде таверны, — брезгливо сообщил маг.
— А твои друзья-стражники… они знали про упыря? — спросила Софья, поджав губы. Фраза «мусорное заведение» её задела. Нормальное у них заведение, получше многих! Правду про Бенедикта говорят, характер у него далеко не сахар. Хотя много других достоинств.
— На них я наткнулся случайно и решил подыграть, изобразить праздного дурачка, чтобы упырь окончательно поверил в силу своих чар. Мечи ничем против него не помогли бы.
— Так кроме магов нас никто от нечисти не защищает? — испуганно прошептала Софья.
— Со слабой нечистью стражники сами справляются. У них есть всё необходимое. В конце концов они не просто болваны в доспехах, — хмыкнул Бенедикт. — По крайней мере не все. А вообще, серьезная нечисть обычно в города редко забредает. Боятся. Они в этом похожи на зверей. Звери не сунутся к человеку, если только их не терзает голод или какая-нибудь болезнь.
 
— А этого упыря что терзало?
— Да кто ж его знает-то? — пожал плечами Бенедикт. — Старческий маразм помноженный на столетний радикулит и недержание.
Софья снова улыбнулась. Ну хоть с чувством юмора у магов всё в порядке!
— Должен признаться, это из-за меня ты упала, — после короткой паузы сказал Бенедикт. — Извини.
— Что? — Софье показалось, что она ослышалась.
— Я сделал так, что ты упала и пролила на упыря вино. Он на мгновение потерял концентрацию, и я успел полностью прочитать его. Позволил ему отвести тебя подальше от таверны. Затевать драку с упырём в людном месте не лучшая идея.
Бенедикт говорил сухо, в деловом стиле. Его суждения звучали здраво, но Софья всё равно чувствовала обиду.
— Меня теперь могут уволить, — она шмыгнула носом. — Для Потапа, хозяина таверны, всё выглядит так, словно я уронила еду на клиента и убежала.
— Так расскажи ему, как было на самом деле, — сказал Бенедикт.
— Он не поверит.
— Ожёг покажи.
— Хм, — Софья наморщила лоб. — Скажет, что я сама себя кипятком ошпарила.
— Серьёзно? — Бенедикт приподнял бровь.
— Потап у нас такой человек, — Софья развела руками. — У него своя логика. Потапская.
— Ладно. Я в любом случае завтра буду осматривать места, где этот упырь успел наследить, заодно и в вашу таверну заскочу. Мне-то Потап должен поверить.
— Наверное… — неуверенно сказала Софья.
Потап обычно никому не верит, кроме себя. Ну и своего фартука. Если слухи не врут, и тот действительно умеет говорить.
— Мы пришли, — сказал Бенедикт, остановившись около большого двухэтажного дома. Софья никогда бы не догадалась, что здесь живёт маг. Ни горящей колдовским огнём вывески, ни каменных гаргулий-охранников, ни зловещих потусторонних звуков — ничего. Дом как дом. Ничем кроме размеров не выделяется среди чертянской чёрно-серой архитектуры.
А неплохо так живут помощники городских магов! Солидная зарплата из городской казны? Пожертвования от благодарных клиентов? Рядовые обыватели обычно ютятся в одноэтажных коробках из одной-двух комнат, реже из трёх. В доме Бенедикта, пожалуй, может оказаться не менее дюжины комнат.
Бенедикт тщательно вытер ноги о коврик на пороге и позвонил в дверной колокольчик.
— Пароль? — раздался суровый голос из-за двери.
— Открывай, Эдвард, — устало сказал Бенедикт.
— Неправильно! — злорадно сообщил голос. — Сейчас стражу позову!
— А по щ-щщам? — поинтересовался Бенедикт.
— Тьфу на тебя! Чуть что, сразу по щщам. Уж и пошутить нельзя! И вообще, кто эта фифа рядом с тобой?
«Я? Фифа? — возмутилась Софья. — Да что этот… нехороший человек о себе возомнил, кем бы он там ни был???»
— Гостья, — коротко сказал маг. — Открывай.
— Такая же гостья как и все остальные? — с ноткой издевки поинтересовался голос.
— Эдвард! — повысил голос маг.
«Что значит „все остальные“? — подумала Софья. — Звучит, словно Бенедикт бабник какой-то».
Щёлкнул замок и дверь распахнулась настежь, открыв проход в помещение, погружённое во тьму. Бенедикт переступил порог и хлопнул в ладоши. Вспыхнуло пламя, осветив изнутри сначала камин, расположенный напротив входной двери, а затем и всю комнату, просторную, служившую, видимо, гостиной.
Как уже упоминалось, в Чертянске правят бал чёрный и серый оттенки, но в жилище Бенедикта преобладают жёлтые, коричневые и зелёные цвета. Стены скрыты под коврами с ласкающими глаз узорами в виде цветов, зверей и людей. Перед камином стоят два дивана с мягкими подушками — так и манят, просят прилечь на них! Между диванами зажат небольшой столик, видимо, для чая. Над камином висит картина с женщиной на фоне города. Слева и справа от картины в стене бронзовые подсвечники — их, видимо, зажигают летом, когда нет смысла топить камин. В комнате также находятся два шкафа. Один у входной двери, видимо, предназначен для одежды. Второй у стены, что справа от камина. Обе его дверцы сделаны из стекла или другого прозрачного материала и сквозь них отлично видно содержимое шкафа. Полка с книгами, полка с чайным сервизом, полка с деревянными, глиняными и металлическими фигурками, снова полка с книгами, полка с амулетами в виде камней разных форм и расцветок… и ещё, много, много всего.