Горький вкус предательства (СИ)

– Ну как тебе? – спрашивает Никита, обнимая меня со спины.
– Я в шоке, – рассматриваю современную прозрачную лестницу, камин, огромные окна.
– Ты ещё второй этаж не видела. Пойдём.
Утаскивает меня наверх.
Здесь тоже всё по-другому. Огромная детская, больше похожая на игровой центр, спортзал, кабинет.
– Круто.
– Нет, круто будет вот здесь, – заводит меня в спальню.
Но восхититься интерьером Никита мне не позволяет, прижимает к стене, набрасываясь с жадным поцелуем.
И мне бы возмутиться, но я сама так соскучилась по его рукам, ласкам, страсти, что отвечаю с неменьшим желанием.
Минут на сорок гости нас теряют, спасибо Лизе и Нине, которые профессионально забавляют Аришу.
Когда мы спускаемся, стол уже накрыт, вижу здесь хозяйственную руку Надежды Дмитриевны. Насколько я знаю, она сейчас живёт вместе с Игнатом и Ниной в соседнем доме.
Дом – это был мой им свадебный подарок. Марк Адамович хотел, чтобы в его доме бурлила счастливая жизнь, и были слышны детские голоса. Теперь его желание сбылось.
Бизнес Марка Адамовича так и ведёт Игнат, и при разводе юристы Туманова помогли оформить все так, что теперь половина акций будет принадлежать Арише после совершеннолетия, а половину получил Игнат. Мне кажется это решение очень справедливым, ведь Марк Адамович Игната любил, как сына.
Мою часть наследства Никита переоформил на меня. Для него это было важным, да и я теперь чувствую себя увереннее.
Ещё я восстановилась в университете, и заочно продолжаю обучение, которое когда-то прервала.
– Ну и, когда свадьба? – спрашивает Игнат.
– Да хоть завтра, – улыбается Никита.
– Никита, ну и скорости. А почему не сегодня? – смеюсь я.
– Малышка, сегодня загс уже закрыт. А вот завтра в самый раз.
– Чтобы подать заявление – да. И не думай, что ты оставишь меня без платья и праздника.
– Любой каприз. Только больше не сбегай никуда, хорошо? – прижимает меня крепче.
– Правильно, Никита, – улыбается Нина. – Вам нужно срочно нас догонять, – поглаживает животик.
Лиза вдруг резко бледнеет, закрывает рот рукой, выбегает из-за стола.
– Что случилось? – смотрю ей вслед с беспокойством.
– Кажется, Тумановы нас догонят гораздо раньше, чем планировали, – смеётся Игнат.
– Молчи, – хмурится Сергей. – А мне точно не жить.
Идёт за женой, а я смотрю на Никиту с вопросом.
– Они же не планировали второго ребёнка ещё как минимум года два.
– Не планировали, – усмехается Никита. – Он спланировался сам.
– Господи, бедная Лиза.
– Бедный Серёга. Лиза сразу сказала, что второй ребёнок будет полностью на папе.
– Я думаю, он справится.
– Я в этом уверен!
И потом мы ещё долго сидим за столом, шутим, смеёмся, общаемся.
И так тепло на душе, так спокойно. На ковре играются дети.
– Так, а теперь ещё один сюрприз, – объявляет Никита.
– Ещё один? – смотрю на него с сомнением.
– Да. А то, ты посмотри, всё тут, значит, хвастаются пополнением, а мы что?
– Никита, ты меня пугаешь. К пополнению я точно не готова.
– Спокойно! Уже поздно включать заднюю.
Выходит во двор и через пару минуту возвращается. Несёт большую коробку, ставит мне на колени.
– О боже! – замирает у меня всё внутри. – Щенок? Какой маленький.
– Маленький? Зато зубы у него уже очень острые. Он сегодня сгрыз мои туфли!
– И это только начало, – закатывает глаза Игнат. – Это доберман?
– Нет. Это лабрадор, – отвечает Никита. – Девочка. Как назовём?
Я достаю эту белую пушистую прелесть. К нам подбегают дети.
– Дай, дай, – требует Ариша.
– И мне! – тянет щенка на себя Соня.
– Нет, её нельзя так брать. Лучше погладьте её у меня на коленях.
Укладываю белоснежную милашку. Она, тихонько поскуливая, утыкается в мои колени, а девочки аккуратно гладят её.
– Белая, – приговаривает Ариша. – Мягкая. Хавошая.
– Как Сежинка, – изрекает Соня.
– Значит, так и назовём, – решаю я. – Будет Снежинкой.
Гости расходятся, Ариша спит, Снежинка тоже…
Я смотрю задумчиво в окно, на заснеженный двор. На душе впервые за долгое время у меня легко и спокойно.
 
Сзади обнимает Никита, мы смотрим во двор вместе.
У меня перед глазами проносится наша первая встреча, наши перепалки, наши первые поцелуи, ссоры и примирения.
И сейчас это не вызывает боли. Всё это нам важно было пережить, чтобы сейчас прийти в эту точку. Чтобы стоят сегодня здесь, в доме наших родителей, с открытым другу сердцем и душой.
– Я тебя люблю, – шепчет мне на ухо Ник.
– И я тебя.
– Ты – это лучшее, что случилось со мной, – зарывается лицом в мои волосы.
Разворачиваюсь в его руках, смотрю в его глаза.
– А ты, лучшее, что случится со мной в будущем. Мы ведь только сегодня познакомились, – усмехаюсь.
– Да, и я теперь знаю, как аккуратно нужно любить, чтобы всё не разрушить.
Мы сливаемся в поцелуе, из нежного он быстро переходит в страстный. Никита подхватывает меня под бёдра, прижимает к стене, зубами пытается расстегнуть пуговицы на моей блузке.
– Кто говорил про аккуратность? – смеюсь, при этом выгибаясь в его руках.
– О, речь шла точно не про секс, – рычит мне в ухо. – Раздевайся сама, малышка, иначе я разорву тебя вместе с одеждой!
– Звучит многообещающе.
– Я так долго тебя ждал, что теперь держись.
– Я хотя бы доживу до утра?
– Не могу гарантировать.
– Хорошо, но утром Ариша на тебе! – со смехом вырываюсь из его рук и бегу в спальню.
– Замётано! – догоняет меня Никита.
Дальше лестницы сбежать у меня не получается. Ну и пусть. Секса на прозрачной лестнице у нас ещё точно не было!
Конец