Горький вкус предательства (СИ)

Как хорошо вернуться домой. Пусть в холод, пусть в мороз, но главное – знать, что тебя здесь ждут и тебе здесь рады…
Вдруг сзади меня хватают чьи-то крепкие руки.
– Попалась, снегурочка!
– Никита! – смеюсь я. – Ну зачем же так пугать!
– Пугать? У меня вообще есть желание тебя покусать! Ты почему не сказала, что прилетаешь, я бы вас встретил!
– Я хотела сама. Я же теперь самостоятельная девушка, – делаю серьёзное лицо, хотя очень хочется обнять Ника покрепче. Я жутко соскучилась.
– Ах да, простите. Я не с того начал, поцелуй для храбрости и дубль два, – целует меня жадно в губы несколько раз, отрывается, отходит на пару шагов.
– Девушка, ваша улыбка поразила меня в самое сердце. Давайте знакомиться, – пафосно начинает речь.
Я смеюсь.
– Что вы, у меня жених есть, я не знакомлюсь с посторонними мужчинами.
– Скажите мне, кто он, и я его вызову на дуэль. Хотя нет, какая дуэль, я просто оторву ему голову!
– О, вы такой кровожадный, – закатываю глаза.
– Конечно, за свою женщину я порву всех. Поэтому, милая девушка, давайте не будем искушать судьбу, и вы сразу станете моей невестой.
– Вы такой быстрый!
– Нет, я ужасно терпеливый. Жду, жду свою даму сердца, а она всё не может решиться.
Да, Никита ждёт. Последние два месяца мы с Аришей провели в Израиле. После всех событий, которые тогда навалились снежным комом, мне было тяжело прийти в себя. Столько бед произошло, столько смертей.
Сразу после того, как нас с Ниной вырвали из лап Волынского и его бандитов, я была вообще не в себе. Мне тяжело дались похороны Лики, и Принца мы похоронили рядом с Марком Адамовичем. Никита всё время был рядом, поддерживал как мог, но я не чувствовала мира в душе.
Меня начали мучить кошмары, тревожные состояния, и даже панические атаки. Причин было достаточно, кроме того, Волынский оставался на свободе, и от него можно было ожидать любых ужасов.
В тот период мне очень помогла Лиза. Я жила в их с Сергеем доме. Там была надёжная охрана, и на тот момент это было самое безопасное место.
Мы много разговаривали с ней. Она рассказала их историю с Сергеем. Это был ещё один пример того, как одна ошибка может разрушить жизнь, и как сложно потом восстановить её буквально по кусочкам.
Но главное – это возможно, если есть любовь и желание быть вместе.
У нас с Никитой такое желание было, и любовь была, но отголоски прошлых обид всё равно отравляли жизнь. Во мне крепко укоренились страхи, комплексы, сомнения, которые периодически прорывались очередными эмоциональными всплесками.
Я поняла – так не может продолжаться. Для себя я чётко определила, что люблю Никиту и хочу быть только с ним, но чтобы выстроить здоровые отношения, нам нужно провести серьёзную работу над ошибками.
Для начала я решила разобраться в себе, привести мысли в порядок и проработать свои проблемы.
Этот момент совпал как раз с ещё одним событием – наш главный враг, до этого затаившийся и явно ожидавший подходящего момента для удара, совершил ошибку и был пойман.
Что с ним стало потом, нам с Лизой так и не рассказали, но судя по кровожадным взглядам наших мужчин, можно было понять, что досталось Волынскому за все его злодеяния сполна, и больше мы не услышим об этом человеке.
И жить бы дальше спокойно, ведь внешние враги были устранены, но я решила начать борьбу со своими внутренними демонами.
Я нашла в Израиле клинику психологического здоровья и решила отправиться туда.
Последние месяцы мы с Аришей провели вдали от России. Это было сложное время, но очень для меня ценное. Нами была проделана большая работа, без которой я бы сейчас не смогла уверенно и спокойно смотреть в будущее.
На многие мои прошлые порывистые, а зачастую просто глупые поступки, хочется сейчас закатить глаза. Но я знаю, что все испытания нам даются не просто так. И очень важно понять их смысл и принять. Не закрываться в своих обидах, злости, поисках виновных, а суметь проработать эти ошибки, найти в себе точку опоры, чтобы двигаться вперёд.
Отпустить обиды, как оказалось, совсем непросто. И здесь сидит не только предательство Никиты. Самые глубокие проблемы идут из детства, и с ними справиться сложнее всего.
 
Только с помощью хорошего психолога мне удалось простить мать. Нет, не оправдать, а дать ей право на собственные ошибки и заблуждения. Мне это было важно, ведь у меня тоже растёт дочь, и я хотела бы, чтобы она была счастлива.
Знаю, параллельно со мной Никита тоже работал со специалистом клиники по видеосвязи. Я рада, что он не отнёсся к этому, как к дурацкой причуде. Напротив, он активно помогал, поддерживал, терпеливо ждал. Этим Ник ещё раз доказал, что его чувства глубоки, что он дорожит нами, осознал свои ошибки, а значит, я могу ему доверять.
Да, в начале наших отношений мы были слишком юны, незрелы, порывисты. Это нас во многом и сгубило.
И теперь мы начинаем всё с чистого листа, оставив за скобками всё плохое. И этот первый белый снег мне кажется очень символичным.
– Так как вас зовут, красавица? Или мне называть вас Снегурочкой?
– Если ты меня срочно не согреешь, то я точно превращусь в Снегурочку, – ёжусь в своём не слишком тёплом пальто.
– О, это я с удовольствием, – обнимает меня за плечи. – Пойдёмте, напою вас горячим какао. Здесь рядом есть кафе.
– Пойдёмте. И думаю, нам пора перейти на “ты”.
– Мне нравится скорость развития наших отношений, – смеётся Никита. – Может, пока взяли разгон, перейдём сразу к следующему этапу? – выгибает он вопросительно бровь.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Какому?
– Алиса, выходи за меня замуж, – Никита падает на одно колено, достаёт коробочку с кольцом.
Я замираю, рассматриваю бесподобный голубой бриллиант. Да уж, со скоростями у Барского никогда проблем не было.
Пока я торможу от неожиданного поворота событий, к нам подлетает Ариша, снимает варежку и пытается пальчиками вытащить кольцо.
– Мама, касиво! – кричит в восторге.
– Ах ты, маленькая сорока, – убирает коробочку Никита, обнимает дочку.
– Дай-дай-дай! – требует Ариша свой трофей, надувая нижнюю губку.
– Это шантаж. Принцесса, я куплю тебе другое колечко, обещаю. А это, давай наденем маме на пальчик, – уговаривает он её на ушко.
– Давай, – соглашается Ариша, они вместе берут колечко и надевают мне на палец. Это так мило. У меня на глаза наворачиваются слёзы.
– Не реветь, – строго заявляет Никита. – А целовать мамочку будем? – шепчет на ушко Арише.
– Да! Будем, будем.
Ник поднимает дочку на руки, притягивает меня в объятия, находит мои губы.
Да, при Арише страстного поцелуя не получается, но я знаю, страсть у нас впереди. Мы истосковались друг по другу, и сегодня нас ждёт жаркая ночь.
– У меня есть ещё один сюрприз, – сообщает Никита. – Обойдёмся без кафе. Поехали.
Мы приезжаем в наш дом.
Сначала Никита хотел продать его, но потом мы всё же решили его сохранить.
Заходим во двор, идём по дорожке, Никита распахивает перед нами дверь. Мы входим с Аришей, и тут загорается яркий свет. На нас летят шарики, конфетти, а перед нами толпа гостей. Все кричат:
“Сюрприз!”
“С возвращением!”
Бросаются обнимать и целовать нас.
А мне так горячо внутри и немного неловко. Особенно, когда замечаю маму Игната. Знаю, Надежда Дмитриевна тяжело приняла новость о нашем разводе с её сыном, и то, что Ариша на самом деле ей не внучка. Но сейчас я вижу, что смотрит она на меня по-доброму.
Думаю, сейчас она полностью довольна невесткой. Нина с Игнатом поженились месяц назад.
Я не могу смотреть на них без улыбки. Игнат просто светится, обнимает Нину и её едва заметный животик.
Я же с интересом оглядываюсь по сторонам. Дом стал совершенно другим. Я знала, что Никита затеял здесь ремонт, но даже не ожидала, что произойдут настолько серьёзные перестройки.
Я как будто попала в совершенно новый, современный, светлый дом.