Хаб (СИ)

Привычно забросив на заднее сиденье жилетку, Хильда этим не ограничилась. Расстегнула и сняла блузку, скинула сапоги и теперь стягивала юбку.
Если бы дело происходило в мультфильме, то моя челюсть уже пробила бы днище аэрокара. Хильда же, оставшись в купальнике, который практически ничего не скрывал, спокойно позировала. И даже повернулась, чтобы ракурс был выгоднее.
— Ы-ы-ы… — произнёс я.
  
— Думаю, я верно истолковала твой крайне содержательный комментарий. Польщена, принимается.
Слов так и не нашлось, и я спросил жестами — что вообще происходит?
— Когда мы удрали от тех бандитов, — сказала Хильда, — я дала тебе слово, что на финальном отрезке буду сидеть в купальнике. Вот, пожалуйста.
— Я думал, ты прикалываешься…
— Нет, Тимофей, — сказала она на удивление серьёзно. — Слово снежной дворянки надо держать, даже если оно давалось полушутливо или в запале. Тем более что в данном конкретном случае оно не доставило мне особенных трудностей. И даже развлекло. Твою физиономию стоило бы сфотографировать.
— Главное, твоему жениху теперь не рассказывать…
— Да, не будем. Хотя опять же — ничего страшного не случилось. Неприличной у нас считается только полная нагота, а красивое тело ценится. Никаких табу я не нарушала, лишь немного похулиганила.
— Блин…
— Да-да, твоё красноречие не знает пределов.
— Долго ещё лететь?
— Пять минут. Как ты выражаешься, хорошего понемножку. Потом оденусь, придёшь в себя, и мы с тобой посоветуемся.
  
Глава 20
 
Пять минут пролетели быстро, как один миг.
Хильда предупредила, что мы вот-вот выйдем из прыжка, и начала одеваться. Это смотрелось эротичнее, чем любой киношный стриптиз.
Мы выскочили из «акварели» над подмосковным лесом.
— Сконцентрируйся, Тимофей, — сказала она, — иначе промахнёшься мимо столицы, и тебе будет стыдно.
— Не нагнетай, я и так в печали — сказка закончилась.
Она потянулась к рации, и я попросил:
— Скажи, что мы подскочим в контору через час-полтора. Сначала сдадим посылку, потом ещё кое-что по мелочи.
— Поняла.
Связавшись с диспетчером, она начала докладывать:
— Экипаж ноль-ноль-один дробь юго-восток завершил круговой маршрут…
Пока она разговаривала, я сел на второстепенную асфальтовую дорогу, среди деревьев. Нас никто не заметил. Аэрокар трансформировался в «волгу» без верха, и вскоре мы выехали на Щёлковское шоссе.
Стояли первые дни июля, послеполуденный зной затопил окрестности, и солнце сверкало на капоте машины.
Мы были дома.
— Насчёт чего ты хотела посоветоваться?
— Задумалась, как сложится дальше. Уже понятно, что нашу практику признали успешной, иначе претензии предъявили бы сразу, на предыдущих осях. Посадку в «змеином» мире не считают ошибкой и даже хвалят. Теперь, скорее всего, предложат контракт и закрепят экипаж в нынешнем составе…
— И что тебя смущает?
— Ты бы хотел летать со мной дальше?
— После того, что ты сейчас показала, вопрос, по-моему, риторический.
— Погоди, Тимофей, я спрашиваю без шуток. Если мы согласимся, то это будет серьёзный шаг, он определит нашу жизнь на ближайшую перспективу. И если уж принимать такое решение, то я хочу быть уверенной…
Похоже, вопрос и впрямь её волновал. Взглянув на неё, я сказал спокойно:
— Другой штурман мне не нужен. Почему ты засомневалась? Или сама посматриваешь налево, на другого пилота?
Хильда наконец улыбнулась:
— Нет, ни на кого не посматриваю. И спасибо тебе за прямой ответ. Он помог мне принять решение.
— Да? Ну ладно.
А впереди уже показался МКАД.
Мы завезли посылку в НИИ, с которого двое суток назад начался наш рейс. Вернулись в машину, и Хильда заявила:
— Догадываюсь — сейчас ты повезёшь меня в то таинственное секретное место, которое должно изменить меня навсегда.
— А как же. Но сначала заедем в банк — тебе ведь тут в любом случае понадобятся местные деньги.
— Кстати, хорошо, что напомнил.
В банке возле одной из стоек была табличка — звезда с восемью лучами, наша эмблема. Как говорится, для тех, кто понял. Мы подошли, представились. Операционистка посмотрела на Хильду с детским восторгом, открыла счёт и выдала ей пластиковую карту.
Мы покатили в центр города. Хильда заинтригованно глядела по сторонам, откинувшись на сиденье. И даже пробку на Бульварном кольце, в которую мы попали, восприняла, похоже, как часть программы.
Кое-как я отыскал место, чтобы припарковаться. Хильда указала на Кремль:
— А там, наверно, ваши правители? Величественная архитектура.
— Ага, но нам не туда.
И я повёл её в ГУМ.
— Мы сейчас ненадолго, — предупредил я, когда мы переступили порог. — Подумал, что ничего подобного ты точно не видела. Ну, и хотел слегка понтануться — подъехать с шикарной спутницей и на крутом авто, пока его не забрали на техобслуживание. Это наш главный торговый комплекс.
— Ого…
Вертя головой, она разглядывала громадную галерею с сетчатым дуговым перекрытием и арочными витринами. Было людно, слонялись покупатели и туристы. Тем временем я высмотрел салон сотовой связи:
— Телефон надо купить сразу. Без него у нас тут никак.
Она выбрала гаджет в гранатово-красном корпусе, и ей сразу подключили сим-карту. Мы сели на лавочку в галерее. Я показал, как сохранить мой номер, а заодно — как вызвать интерактивную карту города.
Хильда потребовала, чтобы я научил её снимать видео, как на пригорке в змеином мире. Взяв телефон, она встала с лавочки, сделала панорамную запись. Села обратно, прислонилась ко мне и взяла нас в кадр.
— Экипаж ямского приказа, — сказала она, дурачась, — совершил запланированную посадку. Пилот и штурман предпринимают разведывательную вылазку в торговый дворец. Приступаем к исследованию местности.
Она отключила запись, и я спросил:
— Ты же помнишь, что телефон — электрический? Если возьмёшь с собой на другую ось, то экономь батарею, а то разрядится. В техногенных мирах розетки, конечно, есть, но они другого стандарта, как я подозреваю. А у вас на севере — вообще без понятия.
— У нас там нет электросети, но ток для приборчика сделать можно. Я приблизительно представляю, какие артефакты для этого подойдут.
— Колдунство для подзарядки? Оригинально…
Тут зазвонил мой собственный телефон.
— Алло.
— Добрый день, — сказал женский голос по-русски, — меня зовут Ксения, я из московского офиса ямской службы. Вы уже доставили груз?
— Да, всё сделано. Сейчас как раз собираюсь на техосмотр.
— Отлично. А в полчетвёртого вас ждут с докладом на хабе. Секретарша риттера Янсена только что позвонила, просила вам передать. Я закажу такси прямо от нашей базы, договорились?
— Ага, спасибо.
Поговорив с ней, я добавил её контакт в адресную книгу и помог сделать то же самое Хильде. Заметил:
— Шефу не терпится. Скорее всего, новые вопросы насчёт «змеюк».
— Ну вот, как назло. А я уже собралась пройтись тут, глянуть одним глазком…
— Держите себя в руках, ваша светлость. Сила воли — наиважнейшее качество для снежной дворянки.
Я повёл её к выходу, для верности держа за руку. Хильда с грустью оглядывалась, а я говорил ей:
— Заедешь потом без спешки, сама — и хоть весь день зависай, с утра и до вечера. Адрес ты теперь знаешь. С городским такси эта Ксения тебе поможет, если меня рядом не окажется. И метро тебе покажу, на нём ездить даже быстрее.
Вернувшись в свою фальшивую «волгу», мы поехали в ямскую контору. Та обосновалась на Ленинградском шоссе — не прямо на виду, а несколько на отшибе. Неброское трёхэтажное здание с гаражными боксами и большим внутренним двором.
Машину приняли двое техников — «средиземноморец» и наш, московский. Первый руководил процессом, а второй, очевидно, стажировался и вникал во флюидные заморочки. Первым делом они сняли показания самописца и расспросили нас устно, каким нагрузкам подвергся аэрокар.