На границе империй. Том 10. Часть 8 (СИ)
Замер у двери, напряжённо прислушиваясь к происходящему внутри. Они о чём-то тихо, взволнованно переговаривались, их знакомые голоса звучали встревоженно и напряжённо, словно обсуждали что-то крайне важное и тревожное. Потом неожиданно услышал тонкий детский голосок — испуганный, вопрошающий о чём-то на детском языке.
Глубоко вздохнув и собрав всю решимость и мужество, решительно толкнул дверь и вошёл внутрь. Старые петли тихо, протяжно заскрипели, словно предупреждая всех о моем неожиданном появлении.
Довольно просторная комната была освещена несколькими светильниками, их неровное пламя колыхалось от лёгкого сквозняка, создавая причудливую, танцующую игру света и глубоких теней на обшарпанных стенах. У дальней стены аккуратно стояли две небольшие кровати, на которых сидели Тони и Оли. Они заметно изменились за прошедшие годы — стали значительно старше, а в некогда густых волосах то и дело проблёскивали седые пряди, но узнал их сразу же. Долгие годы мучительной разлуки не смогли окончательно стереть их родные черты из цепкой памяти. Рядом с ними, прижавшись к материнским бокам, сидели два маленьких мальчика, оба белокурые, со светлой, почти прозрачной кожей, их детские лица оказались серьёзными и сосредоточенными не по годам.
Увидев меня на пороге, Тони и Оли в ужасе вскрикнули, их лица мгновенно побледнели, словно они увидели настоящего призрака из прошлого. Испуганные дети инстинктивно прижались к ним ещё крепче, их широко раскрытые, удивлённые глаза смотрели на меня одновременно с детским любопытством и нескрываемым страхом. В этот самый момент из соседней комнаты неожиданно появился Дарс, который, видимо, сумел найти другой, альтернативный путь наверх через потайной ход или вторую, запасную лестницу.
— Нет… — еле слышно прошептала Тони, судорожно прижимая к себе одного из перепуганных мальчиков так крепко и отчаянно, что бедный ребёнок тихо, жалобно всхлипнул. — Этого просто не может быть… Ты же мёртв… Мы думали, что ты погиб…
— Ведь я обещал вам непременно вернуться, — мой голос звучал подчёркнуто холодно и отстранённо, но где-то глубоко внутри бушевала настоящая буря противоречивых эмоций: жгучий гнев, острая боль, горькое разочарование и что-то ещё неопределённое, что никак не мог точно определить. — А свои обещания я всегда выполняю.
— Но ты же погиб там, в Калтанге, — дрожащий голос Оли выдавал её внутреннее потрясение, она просто не могла поверить в происходящее на её глазах.
— С чего это вдруг такие поспешные выводы? — злобно усмехнулся, но улыбка получилась кривой и недоброй. — Там что, кто-нибудь нашёл моё тело или тело Дарса?
— Но нам же категорически сказали, что они вас безжалостно убили… — с трудом произнесла Оли, её и без того тихий голос становился всё слабее, словно она боялась произнести эти страшные слова вслух.
— Кто именно это сказал? — сделал угрожающий шаг ближе, и они обе инстинктивно отодвинулись подальше.
— Сам глава городской стражи Калтанга, — нервно ответила Тони, заметно волнуясь. — Он лично пришёл к нам домой, подробно рассказал, как вы сражались до последнего и как вас…
— Две совершенно наивные дуры! — не смог больше сдержать нарастающего раздражения. — От вас просто решили избавиться самым простым способом, решив при этом не убивать понапрасну. Гораздо проще было соврать, что мы мертвы, чем объяснять всем окружающим, что они не умеют сражаться.
— Значит, Тагир был совершенно прав, и всё это долгое время он ждал тебя вовсе не напрасно, — в дрожащем голосе Тони звучала какая-то странная, противоречивая смесь облегчения и нарастающего ужаса.
— Кто такой этот загадочный Тагир? — сразу же почувствовал, как напряжение в душной комнате заметно возросло.
— Совсем скоро узнаешь, — голос Тони внезапно стал злым и полным неприкрытой ненависти. — Ты сдохнешь точно так же мучительно, как эти проклятые суки Дая с Нозой вместе с твоими никчёмными детьми.
Их жёсткие слова ударили меня гораздо сильнее, чем вся объединённая стража Таргорода могла бы когда-либо. Воздух в комнате словно сгустился и стал вязким, и на мгновение почувствовал, что начинаю задыхаться от нехватки кислорода.
— Что ты только что сказала? — голос упал до опасного, угрожающего шёпота, каждое произнесённое слово звучало как прямая угроза. — Повтори ещё раз.
Тони, ещё крепче прижала к себе дрожащего ребёнка, её глаза расширились от внезапного страха, она моментально поняла, что сказала что-то поистине ужасное и непростительное.
— Тагир был абсолютно прав, — с огромным трудом выдавила она, её голос едва был слышен в тишине. — Всё это время он ждал тебя вовсе не напрасно.
— Не об этом спрашиваю, — сделал ещё один решительный шаг вперёд, и они обе в ужасе вжались в холодную стену, словно отчаянно пытаясь слиться с ней. — Что конкретно случилось с Даей и Нозой? Что именно произошло с моими… что ты имела в виду под этими словами?
Повисла тяжёлая, гнетущая пауза. Оли и Тони многозначительно переглянулись, и увидел в их испуганных глазах именно то, что так упорно искал — настоящую, неприкрытую вину. Подлинную, искреннюю вину, которая говорила гораздо больше любых произнесённых слов. В этот критический момент понял абсолютно всё, и ледяной холод пробежал по позвоночнику.
— Говорите немедленно! — рявкнул так громко и яростно, что перепуганные дети вздрогнули и горько заплакали; их тихие, жалобные всхлипы мгновенно наполнили напряжённую комнату.
— Успокойся, Рик, — Дарс осторожно положил тяжёлую руку на напряжённое плечо, явно пытаясь хоть как-то унять нарастающий гнев, но резко и грубо сбросил её.
— Они… они действительно родили от тебя, — наконец с большим трудом проговорила Оли, упорно не глядя в глаза, её взгляд был намертво прикован к потёртому полу. — Мальчик и девочка. Очень красивые, здоровые дети… Мы узнали об этом только тогда, когда, наконец, вернулись в родной Таргород.
— И что дальше? — руки непроизвольно сжались в твёрдые кулаки, костяшки побелели от чрезмерного напряжения. — Что вы предприняли? Какое ваше дело было до всего этого?
— Мы лично ничего не делали! — отчаянно воскликнула Тони, в её срывающемся голосе явственно звучали отчётливые нотки настоящего отчаяния. — Мы просто… просто рассказали о них этому Тагиру. Мы честно не думали, что…
— Кто такой этот загадочный Тагир? — процедил сквозь сжатые зубы, каждое слово давалось с невероятным трудом.
— Он… он приехал из Калтанга, — ответила Оли заметно дрожащим голосом. — Близкий родственник бывшего правителя. Он долго искал тебя… очень долго и упорно искал. Нашёл нас и предложил взаимовыгодную сделку.
— Какую именно сделку? — почувствовал, как холодная, леденящая ярость постепенно заполняет изнутри, медленно растекаясь по венам, как смертельный яд.
— Да, — кивнула Тони, крупные слёзы катились по её бледным щекам. — Мы рассказываем ему абсолютно всё, что знаем о тебе, а он… он делает нас по-настоящему богатыми людьми. Торжественно обещал роскошный дом, большие деньги, полную безопасность для наших детей…
— И вы ему подробно рассказали о Дае и Нозе? О невинных детях?
Они не ответили ни слова, но их красноречивое молчание говорило гораздо больше любых произнесённых слов. Для меня всё стало предельно ясно.
— Что случилось с ними? — спросил уже заметно спокойнее, что, возможно, пугало их даже больше, чем предыдущий крик. — Где они находятся сейчас?
— Их официально отправили в изгнание, — тихо произнесла Оли, каждое слово давалось ей с огромным трудом. — Вместе с маленькими детьми. Дамир официально объявил Малаха опасным изменником, а всю его семью… врагами Таргорода.
Закрыл глаза, отчаянно пытаясь хоть как-то совладать с яростью, что клокотала где-то глубоко внутри, как расплавленный металл. Изгнание. Через безжалостную пустыню. С крошечными детьми. Это было равносильно окончательному смертному приговору. И всё исключительно из-за них, из-за этих двух мерзких предательниц…
— Рик, — обеспокоенный голос Дарса донёсся словно издалека. — Нам срочно нужно уходить отсюда. Совсем скоро рассвет, а городская стража может начать регулярный обход.