Бумажный домик с нарисованным котом (СИ)

Чеззе поднял одну бровь, насмешливо окинул его взглядом и покачал головой.
— Не в этот раз, малыш. Вернемся к этому разговору завтра. Возможно у тебя скоро будет свой кар...
— Голубой с облачками, — мечтательно произнес Щи-цу и откинулся на спинку сидения, задрав голову вверх, — которые бегут по небу стайками... или стадами... Чеззе, они стайками или стадами ходят?
— Я думаю они ходят прайдами, и это правильно, — абсолютно серьезно отозвался Чеззе. — Впереди идет облако-альфа, а все прочие облака — беты, гаммы, дельты и даже маленькие омеги — они все степенно плывут за облаком-альфой, а не пытаются выплыть впереди него. И уж тем более не приглашают облачка, выгнанные из других кланов, в свой прайд, не спросив у альфы разрешения. Понимаешь о чем я, Щи-цу?
— Ты говоришь странные вещи, — Щи-цу нежно прижался к своему альфе, мешая ему управлять каром и обвил его ногу своим хвостом, — но я все равно люблю тебя!
Чеззе фыркнул ему в ушко и поцеловал в самый кончик.
— Ладно, отложим. Смешной ты, мелочь...
Место, куда они приехали, оказалось большим пафосным клубом для богачей. Щи-цу даже присмирел, глядя на лепнину на стенах и огромные окна. За домом простирались поляны для игр в летающий мяч. Однажды Щи-цу прочитал в одном журнале, что парклюшка для такой игры стоит, как кар последней модификации со всеми возможными усовершенствованиями. То есть столько, сколько он никогда в жизни не заработает, даже если будет долгожителем, трудиться на трех работах и ничего не тратить. Он посмотрел на свои голые ноги, выглядывающие из штанин, старую рубашку и дернул Чеззе за рукав.
— Я не могу туда войти. Меня обсмеют.
Эйфория разом выветрилась и захотелось порыдать над своей судьбой...
— А не хрен носить такие шмотки, — ответил Чеззе окидывая его критическим взглядом, — сколько раз предлагал в нормальный магазин сходить, так нет же, кто-то смеет отстаивать свое право на самовыражение.
— Да! — Щи-цу почувствовал обиду и тут же ощетинился: — Что хочу, то и ношу! А в брюках я выгляжу глупо!
И он смело пошел вперед. Чеззе поймал его за хвост через пару метров, с легким шлепком развернул к парадному входу и, бормоча что-то про абстинентов, обогнал его и вошел в здание.
Пока его альфа оговаривал что-то с котом в жилетке и бабочке, Щи-цу мечтательно разглядывал потолок. Тот был расписан картинами из жизни аристократии. Игры в летающий мяч, гонки на карах, отдых на отвоеванных у змей островах. Красота, да и только.
— А ты был на таком острове, Чеззе? — Щи-цу даже не обратил внимание, что влез в разговор. — Там правда так красиво?
Старший нахмурился, но потом улыбнулся грустно и потрепал его по шерстке.
— Пару раз, еще в детстве. Посиди пока на диванчике.
Пришлось идти сидеть на диване, хотя совсем не хотелось, хотелось обползать и обнюхать здесь все. Когда еще выдастся возможность побывать в таком шикарном месте. Ноги до пола не доставали, и от этого Щи-цу чувствовал себя, как маленький котенок, попавший в сказочный домик.
Он даже не сразу откликнулся на слова Чеззе, так замечтался, представляя себя прекрасным принцем из сказки.
— Я договорился для тебя о сеансе массажа, — Чеззе указал ему на красивого кота в белой форме, — это Ран-ги, он проводит тебя в процедурную. А я после того, как закончу здесь, заберу тебя.
— И мы поедем домой? — улыбнулся Щи-цу.
— Обязательно, — заверил его Чеззе.
Щи-цу встал, потянулся к уху старшего и шепнул:
— А можно я тебя... того? Мне очень давно хочется. Пожалуйста.
И, не удосужившись выслушать ответ, пошел вслед за котом в белом, мурлыча себе под нос какую-то веселую песенку.
Его привели в красивую комнату с округлыми углами и блестящими глянцевыми стенами.
— Ваш мастер сейчас подойдет, — юноша вежливо ему поклонился и вышел.
Щи-цу кивнул ему вслед и подошел к овальному окну. Из него открывался прекрасный вид на поле для игры в летающий мяч. Жалко, только игроков не было видно, а то Щи-цу бы посмотрел на это с удовольствием. Дверь отъехала почти бесшумно, на пороге стоял здоровенный детина с голубой шерсткой, закрученной в дреды.
  
— Добрый день, господин Лакх, — поклонился он, — мое имя Ра-кхан, и я буду вашим мастером. Пройдите, пожалуйста, за ширму, я сейчас подам вам одноразовое белье и халат.
Щи-цу присмирел рядом с таким огромным котом, в ушах у которого, наверное, было по полкилограмма металла, не меньше. Он прижал собственные ушки к голове, а её, в свою очередь, втянул в плечи.
— Не волнуйтесь, — улыбнулся Ра-кхан, — я профессионал, и у меня очень нежные руки.
Он проводил Щи-цу до ширмочки. Одноразовые трусики и халатик просвечивали самым пошлым образом. Ши-цу чувствовал себя в них голым. Ра-кхан сверился с коммом и сказал:
— У нас три мероприятия на сегодня, — сообщил он с улыбкой, — депиляция, отбеливание ануса и массаж...
— Отбеливание чего? — голос Щи-цу внезапно охрип.
— Ануса, — мягко пояснил работник клуба, — вы не волнуйтесь, процедура простая и безопасная. На шерстку хвоста ничего не попадет. Пощиплет минутку, и все станет очень красиво...
— ЭЭЭ!!! — попытался возразить Щи-цу, но его уже нежно уложили на кушетку мордочкой вниз.
— Вы, главное, не волнуйтесь, — Ра-кхан спустил трусики клиента вниз и вытащил хвостик, — дышите глубоко. Все будет хорошо. Хотите конфетку? Многим помогает расслабиться.
— Я не хо...! — но в рот ему уже засунули леденец на палочке, и Щи-цу едва не подавился слюной.
Тем временем, его хвостик прижали к пояснице, а на нежное и уязвимое стыдное местечко капнули чем-то холодным. Щи-цу покраснел... ужас какой. Ну, вот что там отбеливать??? И правда, немного щипало, но только чуть-чуть. А леденец оказался вкусный, дынный... он такие в детстве очень любил.
— Ну, вот и все, — заметил Ра-кхан, промокнув отбеленное место, — теперь у вас все, как в лучших аристократических домах.
Щи-цу задумался, а отбелено ли у Чеззе там? Вот бы посмотреть. Надо как-нибудь незаметно в ванной поднять большой рыжий хвост... Он так размечтался, что не заметил, что его уже перевернули на спинку и намазали единственный клочок шерстки на лобке чем-то липким, а сверху приложили нечто, вроде бумажки или бинта.
— Сейчас может быть неприятно, — предупредил его косметик и, положив руку на живот, резко рванул бинт вверх.
— ААА!!! — от боли Щи-цу даже выплюнул леденец.
Он сжался в комочек, прикрывая руками теперь уже безволосый пах.
— Ну, тихо-тихо, уже все, — Ра-кхан ласково погладил Щи-цу по спинке. — Дайте мне попрыскать обезболивающим.
После спрея и правда стало легче.
— У нас сегодня акция, — улыбаясь во все зубы, радостно возвестил Ра-кхан, — каждому клиенту, который делает интимную депиляцию, рисунок цветными блестками в подарок. Вот, выбирайте картинку.
Он сунул Щи-цу в руки комм.
— Может, не надо? — голова странно кружилась.
— Это очень красиво и совсем не больно, — заверил его косметик. — Вам разве некому будет её показать? А давайте рыбок? Они небольшие и очень хорошенькие. Вам пойдет!
Возражать смысла не имело. Ему наложили трафарет, нанесли кожный клей, а потом Ра-кхан долго и со вкусом при помощи кисточек и цветной пудры что-то там выводил. Было немного щекотно и очень неловко. Особенно неловко стало, когда член Щи-цу отреагировал на все эти щекотные поглаживания.
— Желаете отсос? — невозмутимым голосом уточнил косметик, не отрываясь от своего дела.
— Что? — изумился Щи-цу и тут же испуганно заверил: — Нет! Нет! Не надо!!!
— Не волнуйтесь, это входит в стоимость услуг...
— Не хочу! — крикнул Щи-цу, — Я на тебя Чеззе пожалуюсь!
— Вы, главное, не волнуйтесь, желание клиента — это закон. Хотя жаль... у вас очень красивый. Цвет и размер прямо как я люблю... — Ра-кхан говорил с огорчением в голосе, и оно казалось искренним.
Когда татуировка была закончена, рыбки выглядели, как живые. Они с каким-то нездоровым интересом смотрели на член Щи-цу. Оказывается, краснеть можно даже всем телом. По крайней мере, с ним именно это и произошло...