Ловушка для плейбоя
— Ты забыл еще упомянуть про свою сексуальность и небывалую скромность, — улыбаясь, добавила Пейдж. — Ладно, давай пригласи-ка меня на ужин.
— С удовольствием. Мисс Холидей, не будете ли так любезны, составить мне сегодня компанию за ужином? — Сэм любовался Пейдж и был рад, что она, наконец улыбается.
— Значится ли в меню маринованный кальмар?
— Однозначно нет.
— Отлично. А вы, мистер Бэлфор, значитесь?
— Думаю, это можно устроить.
Девушка ловко поднялась с дивана, прежде чем Сэм успел сгрести ее в охапку и одарить жарким поцелуем. Ему хотелось зацеловать ее до беспамятства, она просто сводила его с ума и прекрасно это понимала.
— Что ж, приглашение принимается. А теперь, с вашего позволения, займусь делами. Надо еще придумать, как извлечь из люстры мой бумажный позор.
Оставшись на диване один, Сэм наблюдал, как гостья выходит из комнаты. Он чувствовал, что от одного только вида ее стройных длинных ног в глубинах его тела зарождается желание, а это было весьма некстати в столь ранний час.
— Обещаю, мидий тоже не будет! — крикнул он вслед удаляющейся Пейдж и довольно улыбнулся, услышав ее веселый смех.
Еще минут пять Сэм просидел в библиотеке, разглядывая портрет отца, а затем отправился к себе с намерением прочитать, наконец досье Пейдж.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Стремясь поскорее убежать из Бэлфор-Холла и от его хозяина, Пейдж добралась до офиса практически на автопилоте. Что с ней происходит? Почему она почти полностью теряет контроль над собой, стоит Сэму очутиться поблизости? Она с трудом узнавала себя в последнее время. Едва красавец заказчик оказывался на расстоянии полуметра, от скромной, воспитанной, рассудительной, порядочной Пейдж не оставалось и следа. И ей больших усилий стоило держать себя в руках и не забывать, что он из себя представляет и кем она для него является. Хотя, может, после сегодняшней ночи что-то изменилось?
Погруженная в эти раздумья Пейдж вошла в офис, где тут же наткнулась на Мэри-Сью, обмотанную гигантской гирляндой из красных птиц и пластиковых золотых шаров.
— Давай-ка я тебе помогу, — Пейдж взяла один конец гирлянды. — Что это?
— Вообще-то, я надеялась, что ты мне объяснишь, — пропыхтела Мэри-Сью, взгромождая ношу на стол. — Это прислала Клэр, и на коробке не было никаких опознавательных знаков.
— Знаю, — Пейдж поморщилась. — Это для украшения лестницы у Хендерсонов. Сначала они заказали гирлянду с голубями. Потом хозяйке что-то приснилось, ну, вроде белые птицы в доме — к несчастью. Слава богу, что доставили. Вечеринка для коллег ее мужа в эту субботу. Я уже боялась, что придется самой срывать всех голубей с первой гирлянды и искать где-то и привинчивать на нее красных кардиналов. Кто-то готов поехать к Хендерсонам? Если нет, то могу я. Миссис Хендерсон — страшная болтушка, боюсь, ты ее долго не выдержишь.
— Пол съездит. Он тоже болтать горазд, так что им друг с другом будет хорошо. — Мэри-Сью наконец удалось уложить гирлянду обратно в коробку. — Как продвигается работа в особняке? Кстати, нам тут тоже попотеть пришлось, я утром не успела тебе рассказать.
Пейдж прошла в подсобку налить себе кофе. Мэри-Сью варила отменный кофе, и Пейдж решила, что ей не помешает чашечка-другая, чтобы прийти в себя перед встречей с Сэмом.
— Выкладывай. Или лучше мне оставаться в счастливом неведении? — вздохнула она.
— Нет уж, тебе придется выслушать эту ужасную историю. Итак, в три часа ночи раздается звонок. Поскольку я значусь твоим заместителем по всем важным вопросам, а до тебя дозвониться почему-то не смогли, то позвонили мне. Сдается мне, кое-кто неплохо провел вчера время, а?
Пейдж пропустила замечание мимо ушей, сделав вид, что полностью сосредоточена на кофе. Она прекрасно понимала, почему до нее не дозвонились, где она была в три часа и чем занималась.
— В три часа? Странно, наверное, я так крепко спала, что не услышала звонок. Прости, Мэри-Сью, мне очень жаль. А, что произошло? Здание на месте, следов пожара не наблюдается. Офис в обычном творческом беспорядке. — Пейдж оглядела загроможденное помещение. — Правда, непосвященному может показаться, что нас ограбили.
— Очень смешно. Ты еще не видела настоящего беспорядка. Вот дома у меня — это да. Боюсь, рождественскую уборку я закончу не раньше февраля. Так вот. Офис тут ни причем. — Мэри-Сью тоже налила себе кофе. — Речь идет о нашей композиции «Двенадцать дней Рождества» в торговом центре.
— Боже, и что с ней произошло? Неужели опять кто-то откуда-то свалился, как тогда мальчишка с индюка? Или что-то на кого-то упало? Но не в три же часа ночи!
— Не угадала. Все гораздо интереснее. — Мэри-Сью ухмыльнулась. — И самое интересное — как охрана будет объясняться с руководством центра. Где были и куда смотрели охранники, вообще непонятно.
Пейдж вернулась в кабинет и села за рабочий стол.
— Не томи, говори уже, что случилось.
— Итак, представь себе картину: доярки, занятые дойкой, в своих характерных позах оказались в самой непосредственной близости от прыгающих лордов, у которых каким-то чудесным образом испарились штаны. При этом, как ты помнишь, лордов десять, а доярок восемь. Так что двум дамочкам пришлось обслуживать двух джентльменов сразу. Наше счастье, что манекены без анатомических подробностей. Но, скажу я тебе, не надо обладать извращенным воображением, чтобы домыслить картину.
У Пейдж воображение было более чем живое, поэтому она очень красочно представила себе то, что описала Мэри-Сью. Качая головой, руководительница фирмы по оформлению праздников смогла выдавить лишь:
— Боже мой...
— Прониклась ситуацией, да? Это еще не все. Между курами, гусями и куропаткой тоже случился свальный грех. В общем, продолжать не буду. Ты не волнуйся, мы все уже исправили, расставили, как надо, и успели к открытию. Думаю, какие-нибудь студенты на спор позабавились.
— Я должна была приехать сама! — Пейдж было очень неудобно перед помощницей. — Не стоило соглашаться на предложение Сэма, какие бы золотые горы он ни сулил. Мы и так перегружены.
— Да, насчет Бэлфор-Холла...
— Неужели тоже что-то срывается?
— Я бы так не сказала, но планы несколько меняются. По графику работ, который ты составила, все завершается двадцать третьего декабря — как раз накануне приема, который устраивает наш красавец миллионер. Так?
— Так, — осторожно подтвердила Пейдж. — Я составляла график, еще не осмотрев поместье. Заложила пару дней про запас. Но в целом, да — нужно все закончить за десять дней. Возможно, придется по воскресеньям поработать.
— Хочу тебе сообщить, что дата сдвинулась на более ранний срок. Не стала говорить сразу, чтобы ты в обморок не упала. Решила сначала развлечь тебя историей с торговым центром.
— Ты меня очень развлекла, слов нет.
— Извини. Значит, так: два часа назад я говорила с редакцией центральной газеты штата. Они хотят уже двадцать первого напечатать материал на целый разворот в разделе «Стиль» — интервью с дизайнером и цветные фотографии. Едва я повесила трубку, как позвонили с телевидения, — в тот же день они приедут делать репортаж. А двадцать минут назад был звонок из... Ты готова? — Мэри-Сью взяла со стола и помахала перед Пейдж номером самого популярного в стране женского глянцевого журнала.
Пейдж почувствовала, что голова идет кругом.
— Не шути так, Мэри-Сью, это не смешно.
— А кто смеется? Я уже планирую, когда подкатить к тебе с разговором о повышении, потому, что мы вступаем в новую эру, Пейдж! У нас начинается новая жизнь! Ребята из «глянца» готовы подождать до двадцать третьего, потому что у них материал пойдет лишь через год — к следующему Рождеству. С моей новой подружкой Мэнди — это главный редактор — мы быстро договорились.
Пейдж молча посидела пару минут, переваривая все услышанное, затем решительно поднялась: