Мой новый мир - Книга первая

– Позже начнёшь, – вывернулась она из моих рук, – а пока рассказывай о себе.
Рассказывал я долго и ещё дольше объяснял свой рассказ. Адель слушала с большим интересом и часто задавала вопросы..
– Хватит, – остановила она меня, когда за окнами стало совсем темно, – доскажешь в другой раз, а то у меня уже закрываются глаза и трудно сосредоточиться. Давай будем спать.
Она заснула сразу, а я долго лежал и слушал, как шумят в парке сверчки и перекрикиваются какие-то ночные птицы. Как-то незаметно подкрался сон, а потом я в первый раз здесь проснулся ночью. Что-то снилось, но навалившийся после пробуждения страх мигом застал забыть обо всём, кроме чернеющего квадрата открытого окна. Я не знал, что меня разбудило, и причину страха, но осталось впечатление, что слышал какой-то шум или крик. Адель лежала рядом, забросив на меня левую ногу, поэтому я первым делом освободился, а потом протянул руку под подушку за пистолетом. Раздавшийся за окном шорох заставил замереть. В проёме окна как-то сразу появилась тёмная фигура, видимая только из-за льющегося с потолка зеленоватого света. Тут же рядом с ней возникла ещё одна зеленая тень. Страх хлестанул по нервам и принёс понимание того, что сейчас умру и уже не поможет лежавшая под подушкой беретта. Схватив громко вскрикнувшую девушку, изо всех сил крутанулся на кровати и слетел на пол, прикрыв голову любимой руками. Приложился я хорошо, несмотря на толстый ковёр. Какой дурак придумал делать каменные полы! В этот миг оба наших гостя прыгнули в комнату. Мои сюрпризы были им не видны, а подсветка с потолка не столько помогала, сколько слепила после темноты ночи. Нам страшно повезло, потому что в мои ловушки угодили оба. Один зацепился ногой за верёвку и грохнулся на пол, а второй мягко приземлился на широко расставленные ноги, вот только одна из них ступила на край таза с водой.
  
– Замри! – крикнул я Адели, хватая лежавший под рукой автомат.
Первый из упавших успел вскочить, поэтому я перечеркнул его автоматной очередью, после чего прицелился в уже поднявшегося на ноги второго, и дважды нажал на спусковой крючок. Он переломился в поясе и упал, выронив какое-то упавшее со звоном оружие. Я с трудом удержался от стрельбы по двум лежавшим без движения телам. Страх не отпускал, поэтому я приподнялся и вытащил из-под подушки пистолет.
– Помнишь, как стрелять? – шепнул я Адели. – Держи, только осторожно: он снят с предохранителя и готов к стрельбе. Подними ствол вверх. Да, правильно. Так и держи, а то пальнёшь мне в спину. Если кто-нибудь полезет в окно, наводи и стреляй, да не весь магазин сразу, а по одному патрону.
– А ты куда? – испуганно спросила она, хватая меня свободной рукой.
О пистолете при этом забыла, направив его мне в голову. Мысленно вспомнив родной мат, я отобрал у неё оружие и положил его на кровать.
– Пусть лежит здесь! Сейчас поднимется шум и набегут люди, поэтому нужно одеться. Давай ты первая, а я пока подержу под прицелом окно.
Адель забралась на кровать, на спинке которой висело её платье, и вскрикнула.
– Кирен! Я чем-то глубоко разрезала руку!
– Осторожно слезай с кровати и зажми порез рукой, – скомандовал я. – По кровати больше не лазай, а обойди кругом.
– Тут под ногами какие-то горячие штуки, – пожаловалась она, наступив на гильзу. – Уже оделась. Я могу сходить в ванную смыть кровь?
– Подожди, – задумался я. – Почему тишина, и никто не реагирует на стрельбу?
– Все спят, – мотнула она головой, – а если кто-то и проснулся, то не понял, из-за чего. Шум могли услышать гвардейцы у ворот, но до них далеко, да и не бросят они свой пост, чтобы проверять, что трещало в парке.
– Дверь из гостиной в коридор открыта, – сказал я, – и через окна гардероба и гостиной тоже могли забраться, хотя они заперты, а я не слышал шума бьющихся стёкол. Адель, не будем рисковать. Если никто не придал значения выстрелам, придётся самим побеспокоить стражу.
Я настроился на Ортая и после нескольких мысленных вызовов получил ответ.
«Это вы, милорд? – прозвучал в моей голове его голос вместе с чем-то очень похожим на зевок. – Что-то случилось?»
«Случилось, капитан, – ответил я. – На меня и мою девушку совершено нападение. У нашего окна должны были дежурить люди барона Ольта, но боюсь, что они мертвы. У меня в комнате два тела, но я опасаюсь в темноте выйти из спальни. Было бы неплохо увидеть здесь кого-нибудь из ваших людей с фонарями».
«Сейчас будем у вас! – пообещал Ортай, с которого мигом слетел сон. – А вы пока никуда не выходите!»
Через пять минут мы услышали топот многих людей в коридоре и голоса под нашими окнами.
– Это мы, милорд, откройте! – послышался из-за двери голос капитана.
Я положил автомат на кровать и пошёл открывать дверь. Вместе с капитаном в спальню вошли три стражника, нёсшие ярко светившие фонари.
– Из-за них немного задержались, – сказал капитан о фонарях. – А что это за вода?
– У меня были основания опасаться нападения, вот и оставил под подоконником сюрпризы, – объяснил я. – Тот, кто лежит справа, неудачно прыгнул в эту посудину и, видимо, повредил ногу, потому что действовал недостаточно быстро. А левый зацепился за верёвку и ударился головой об пол. Повезло, иначе я с вами не разговаривал бы. Подождите, сейчас оденусь, и мы их посмотрим.
Я быстро натянул тунику и первый подошёл к лежавшим телам. По пути наклонился и подобрал выпавший у убийцы меч. Надо же, какое совпадение! Меч ничем не отличался от японских катан, только клинок был короче.
– Пахнет гарью и кровью, – втянул носом воздух капитан. – Парни, поставьте фонари на подоконник и переверните вот этого. А кровищи-то натекло! Его всего издырявили, не похоже это на раны от меча.
– У меня другое оружие, – ответил я. – От его работы пахнет дымом. А это меч правого убийцы. Мать!
Я наклонился и снял с головы мёртвого ниндзя типичный дзюкин. После капюшона пришёл черёд закрывавшей лицо полоски ткани. Я не стал возиться с завязками фукумен, а просто его сорвал. Никаких сомнений не осталось: это был типичный японец. Чёрный костюм синоби-сёдзоку с кучей чем-то набитых карманов, знаменитые дзика-таби и эта сволочная катана...
– Переверните второго! – приказал я стражникам.
Второй японец не отличался от первого, только меч был закреплён за спиной, и его длинная рукоять торчала над правым плечом. В одной руке у него была длинная стальная пластина, заточенная с двух сторон. Кажется, такие называли бо-сюрикенами. Вспомнив о порезе Адели, я взял один из фонарей и посветил на кровать.
– Ничего себе! – высказался капитан при виде десятка торчащих из неё лезвий. – Вас, милорд, однозначно хотели убить!
– Это ваши люди шумят внизу? – спросил я. – Узнайте, что с моими сторожами. Да не лезьте в воду, откройте второе окно.
Капитан обошёл кровать, чтобы добраться до второго окна и не вляпаться в кровь, но поскользнулся на патронной гильзе и с трудом удержался на ногах.
– Осторожно, – с опозданием сказал я. – Отбрасывайте гильзы ногами, а то разобьёте себе голову.
– Конечно, милорд, – ответил он и, распахнув окно, свесился наружу. – Парни, что вы там нашли?
– Два трупа, капитан, – ответили снизу. – У обоих перерезано горло. Оружие так и осталось в ножнах.
– Кто это, милорд? – спросил меня Ортай. – Я вижу, что вы их узнали, а я таких глаз никогда не видел. При покушении на члена семьи Ольмингов я должен обо всём доложить Повелителю...
– Может, не стоит тревожить его ночью, а доложить позже? – предложил я. – Я не знаю конкретно этих убийц, но зовут их демонами ночи.
  
– Подходящее название, – вздрогнув, сказал он. – Точно демоны. Вы правы, лучше я доложу позже. Но я могу при этом сослаться на вас?
– Ссылайтесь, – разрешил я. – И вот ещё что... Пошлите кого-нибудь арестовать барона Вована. У меня большое подозрение, что он имеет отношение к этому нападению. Хотя, скорее всего, уже поздно, потому что он наверняка удрал. Оставьте мне кого-нибудь из своих людей, чтобы он помог перенести кое-что в покои графини Вальши. Пока будут проводить следствие и ремонт нашей спальни, мы побудем там.