Участковый. Назад в СССР (СИ)

— Егоров молодец. На своих игроков государственных денег не жалеет — подхватил Гена гаишник. — Комбинатовская команда намного сыграннее. А ещё они на городских первенствах часто выступают. Опыта постоянно набираются.
— Гена, у нас и по физухе не всё в порядке. Вон, посмотри сам, половина наших после первого тайма еле дышит. В конце матча придётся всю школоту выпускать. И хоть сейчас счёт равный, но это ненадолго. За всё время мы с ними, насколько я помню, только один раз вничью игру закончили. И это ещё их близнецов бомбардиров сегодня в основном составе нет. Так что мы им так, только разминка. Да и в отличие от нас, оборванцев, им форму нормальную выдают. И тренер у них настоящий есть. Поликарпов конечно звёзд с неба не хватает, но не зря в дубле Московского «Спартака» четырнадцать лет играл. А теперь он начальник чулочно-носочного цеха и авторитетный спортсмен.
Сведя всю выданную информацию воедино, я почувствовал, как во мне зарождается упрямство. Оно всегда появлялось, когда находился стимул для победы. И именно оно помогало побеждать в безнадёжных поединках с более сильными и опытными боксёрами.
Прямо сейчас я понял, что очень не хочу, чтобы комбинатовские сегодня нас нагнули.
— Парни, а может, устроим сегодня комбинатовским полный разнос и лишим их премиальных — предложил я остальным. — А то мы после игры в кафе Берёзка по пиву и усталые домой, а они на банкет с водкой и шашлыками. Как-то это не по-товарищески.
— Я не против — первым согласился Гена гаишник. — А то обозрели в воскресенье бухать. А потом моё начальство не разрешает их с утра на дороге тормозить.
Остальные переглянулись и тоже закивали. Разумеется, кошель со своей школотой кивали яростнее всех.
И тут слово снова взял отец, являющийся бессменным капитаном сборной микрорайона.
— Парни, я не против их нагнуть, но только сомневаюсь, что сдюжим. За четыре года и сорок пять игр, у нас только две ничьи. Последняя ничья, нам прилетела только из-за назначенного в конце игры пенальти.
— Ну надо же когда-то начинать побеждать — проговорил я и посмотрел на Кошеля. — Короче, вот чего я предлагаю. Пускай наш хулиган во втором тайме станет главным бомбардиром. Скорости у него для рывков хватает с избытком, ситуацию на поле, он тоже видит неплохо. Ему главное вовремя голевые передачи давать и в атаке поддержать, а дальше он сам всё оформит. Так что работаем на него. Всем всё ясно?
Парни снова закрывали.
В этот момент подошло к концу время перерыва, и соперники начали выходить на поле. Наша команда тоже встала, а я придержал Кошеля и быстро зашептал ему на ухо.
— Короче, слушай сюда, хулиган доморощенный. Если не хочешь, чтобы я тебе завтра выцепил после школы и к Кондратьевне с её бандой старушек, на казнь отвёл, то давай поднажми.
В ответ парень сначала ухмыльнулся, но, увидев, что я серьёзен, подобрался. В его глазах появился огонёк азарта. Я не думаю, что он сильно боится Кондратьевну, а вот спортивная злость и желание быть первым, в нём точно проснулась.
Кошель хотел рвануть на поле, но я его снова придержал.
— Так, пацан, давай только без этого. Увижу, что ты носишься как жеребец, вырвавшийся на свободу, то накажу — предупредил я. — Не бегай без дела, а то быстро устанешь. В силовую борьбу не вступай. Твоя задача, смотреть в оба, быть впереди всех и ждать своей голевой передачи. И не забывай про меня. Если будет возможность, не при напролом, а сделай пас мне. Я это дело всегда поддержу. И самое главное, напрочь забудь о защите наших ворот. Их для тебя больше не существует. Ты всё понял?
* * *
Едва начался второй тайм, соперники рванули вперёд. Первую атаку смог с трудом остановить я. Правда, при этом снова пришлось увернуться от сивого Антона. Тот пёр словно разогнавшийся бычара даже после того, как мяч оказался в руках у нашего вратаря.
Вторую атаку остановил батя. Когда мне показалось, что нам сейчас влепят третий гол, он вытянул из левой девятки, неберущийся мяч.
А потом комбинатовские нам устроили лютый прессинг, заставивший надолго забыть, что у футбольного поля есть вторая половина. Вся наша команда носилась по штрафной зоне, отбиваясь от многочисленных атак. И если честно, мы продержались десять минут только чудом.
 
Закончилось наша полоса везения, когда вышедший на замену комбинатовский нападающий, устроил показательное выступление по скоростному дриблингу. Обведя троих наших, он пробил в дальний угол. Батя успел среагировать, но только чиркнул перчаткой по мячу. Это изменило траекторию полёта, но не изменило результат. Так что кожаный мяч, всё равно встряхнул сетку позади него.
Сразу после этого на фанерном табло появились цифры — 2: 3.
Я видел, как директор комбината и секретарша Леночка вскочили, размахивая руками. При этом отметил, что зрителей на трибуне значительно прибавилось. Видимо, во время перерыва, весть об интересном матче прокатилась по микрорайону, заставив увлекающихся футболом, отложить дела и оторвать свои жопы от лавочек и диванов. Ведь всем хорошо известно, хороший матч, увиденный вживую, — это совсем иное зрелище, нежели его же просмотр по телевизору.
После того как комбинатовские повели в счёте, они не прекратили прессинговать. Не знаю, что им сказал спускавшийся с трибун директор, но мотивации у соперников явно прибавилось. Сивый всё так же продолжил гоняться за мной, но к этому я уже начал постепенно привыкать.
В результате правильных действий комбинатовских игроков нам заколотили четвёртый гол на двадцатой минуте второго тайма. После этого я заметил, как некоторые из наших поникли и начали ходить пешком.
А на двадцать пятой минуте, в момент, когда я технично остановил очередную атаку, меня снова сбил сивый. Конечно, со стороны это можно было списать на неудачный подкат, но я-то знал, чем это было, на самом деле. А вот ангажированный судья, снова не назначил штрафной удар.
На этот раз, травму Сивый мне нанести не смог, а вот спортивную злость, наоборот, возбудил. И именно в этот момент, я понял, что неадекватным поведением отставного Зинкиного жениха, надо обязательно воспользоваться.
Сумев отобрать у нападающего мяч, я рванул по кромке поля и вовремя заметил, как сбоку приближается мускулистая туша. Дождавшись нужный момент, я остановился и сивый пролетел то место, где должен был находиться я. Он вылетел за пределы поля, зацепился за край резинового мата и пропахал боком по беговой дорожке.
А в то время, пока он рычал и сыпал ругательствами, я дал длинную передачу, на ход ноги Кошелю.
Тот смог прибыть к мячу первым и с лёту ударил по воротам, но сделал это слишком поспешно. В результате мяч влетел в верхнюю штангу. Мы не сравняли счёт, но своими неожиданными действиями заставили тренера комбинатовских оттянуть защитников назад, тем самым значительно ослабив прессинг.
А уже через три минуты, я по собственной инициативе подставился под удар мускулистой туши. На этот раз сивый явно возжелал добить мою правую ногу, но вместо этого, едва задев голень, вспахал чахлую травку шипами бутс. А я вместо того чтобы споткнувшись, побежать дальше, картинно всплеснул руками и покатился кубарем с такой скоростью, как будто меня сбил паровоз.
Всё-таки не зря я смотрел, как это делают всякие бразильцы, португальцы и испанцы в недалёком будущем. Трибуна взревела от негодования. Устроенное представление оказалось чрезвычайно зрелищным, так что судья был вынужден засвистеть и назначить штрафной. Правда, и на этот раз, он жёлтую карточку сивому не показал.
Немного покатавшись для виду по земле, я направился к точке и принялся устанавливать мяч. Одновременно как бы невзначай указал Кошелю подбородком на ворота соперников. Парень всё понял и сразу выдвинулся.
Дождавшись правильного момента, я мощно пробил. Кошель летел практически не оглядываясь, но в нужный момент оказался на нужной точке. С ходу обработав мяч, он увернулся от защитника и, выждав момент, ударил.