Последняя Арена 11 (СИ)

— Фрол, про Арену ни у кого ничего не спрашивай. Предположениями не делись. Если будут какие-то бонусы или достижения, тоже не сообщай. Теперь притронься к моему лбу.
Я коснулся головы ифрита и тут же ощутил, как по телу пробегает небольшая дрожь. Огюст опустил веки.
Внезапно краем глаза я уловил какое-то мельтешение. Повернувшись, увидел эльфа, который забавно подскакивал на месте, призывно размахивая руками.
Я сделал шаг назад — образ ифрита поменялся. Визуально он снова стал мудрым и непоколебимым лидером.
Когда я подошел к моему сопровождающему, он повел рукой, и мир наполнился благословенными звуками. Мы начали спускаться, направляясь к Белле.
— Что такое благословения? — спросил я, вспоминая оповещение, в котором говорилось, что у меня полный иммунитет к данному явлению. Вопрос вроде не касался Арены, поэтому приказ Огюста не нарушается.
— Различные баффы для других игроков: увеличение очков характеристик, навешивание защит, добавление умений.
— А исцеления к ним относятся? — уточнил я. Нина недавно согнала с меня сонливость, но при этом, когда я входил в пространственную брешь, у Кейры усилить меня не получилось. Несоответствие выходит…
— Нет, конечно.
— Хорошо. А проклятия что такое? Ты меня оглушил…
— Оглушение — это умение, а проклятие — немного другое. К ним относится действие всех идолищ, а также атаки в виде блокировки навыков, увеличения затрат маны, уменьшения подвижности. Также к ним… Ой… Истребляющий, иди к Белле. Пока.
Эльф, который, видимо, только что получил команду от ифрита, оставил меня одного и со всех ног помчался к границе лагеря.
— Пока, — проговорил я в спину иномирца.
— Готов? — прошептала девушка, когда я оказался рядом с ней.
— Да.
— Ложись.
Внимание!
Триумфатор предлагает вам войти в анабиотическое состояние.
Принять: да / нет?
— Мне, может, нужно перейти туда? — я, приняв горизонтальную позу, указал на пятачок, где валялась Кейра, Люций, чета Стоменовых и прочие игроки. При этом мысленно хмыкнул: не только я ношу звучные прозвища…
— Нет. Подтверждай.
Я подчинился.
— Хорус.
— Что?
— Вставай.
— Всё-таки нужно?.. А, понятно, — я вздохнул и поднялся.
Вокруг меня возвышались малахитовые стены. В радиус действия поисковых умений попадало около тысячи маркеров. Карта обрисовывала разветвленные многоуровневые коридоры, соединяющие довольно большие залы. Таймер показывал, что задание на постройку бастиона практически подошло к концу: оставалось каких-то десять минут.
— Первый раз в анабиозе? — сочувственно спросила Белла. — Прости, что не предупредила, — её щеки налились румянцем.
— Да ничего, — я улыбнулся. — Интересный опыт. И надолго так можно вывести человека из игры?
— Не больше двух недель, но в момент выбора слетают все ментальные внушения и закладки, так что использовать навык как атакующий не получится. Идём.
Мы направились по флюоресцирующим тоннелям. В определенный момент, когда спускались по лестничному пролету, попалась бойница. Я выглянул в неё — оказывается, бастион возвышается минимум на пятнадцать метров. По периметру нашего лагеря, который за время моего сна увеличил территорию раз в сорок, стояла монструозная стена. Визуально казалось, что по ней с легкостью смогла бы проехать легковая машина.
Попутно проверил, как работает лезвие — клинок не встретил сопротивления. При этом поверхность практически не пропускала стихийную свободу: рука ощущала препятствие, но, в принципе, с трудом и очень медленно протиснуться бы получилось. Телепорты по-прежнему не работали. Морозная, а после и электрическая с огненной сферы не оставили значимых повреждений. Вероятно, когда Арена дойдёт до горячей фазы, одна из сторон будет штурмовать крепость, другая — обороняться. И, пожалуй, вторые окажутся в более выигрышной позиции.
— Быстрее! — поторопила Белла и побежала. Я бросился следом.
Вскоре мы оказались во внушительном зале, который без особых проблем вмещал в себя всех участников Арены. Потолки были столь высокими, что на их фоне и атланты воспринимались низкорослыми существами, а про людей и уж тем более эльфов и говорить нечего. А ведь, судя по расположению переходов, мы только что находились над этим помещением — на лицо явное нарушение метрики мира. Быть может, именно по этой причине и сбоят заклинания бесплотности?
 
Присутствующие оглянулись. В нашу сторону устремились улыбки и одобрительные кивки. Сперва подумал, что так приветствуют Беллу, но нет: девушка быстро влилась в ряды, и теперь почти все смотрели именно на меня. И что это за комитет по встрече? Я опять сделал что-то полезное, как это было с запечатыванием прорыва инферно, но не понял, что именно? Похоже на то.
Заметил, как Лика что-то шепчет Снежному Барсу. Если судить по язвительному выражению лица, то хаоситка явно включила режим милой занозы.
Рядом нарисовалась Кейра. Черт побери, фактически не виделся с ней четверть часа, но соскучился так, будто мы расстались на многие месяцы. Моё рыжее чудо тут же схватила меня за руку. Почувствовал, как между нами заструились токи энергии, наполняющие нас неведомой силой. В глазах иномирцев зажглось обожание.
Огюст, стоящий на возвышенности, тут же поднял руку — разговоры и перешептывания моментально стихли. Как понял, ждали только меня и Беллу: все остальные, включая гордых атлантов, уже были в сборе.
— Кейра, Хорус, Снежный Барс, Мортиграг-гриут-Сахарын-гринт-Мортиуд, Лекси, Малярийный Плазмодий, Луноликая, Елена Викторовна, — перечислил ифрит, — вы отправляетесь на передачу свитка, — он указал на парящий манускрипт. — Кейра, по пути проинструктируй людей.
— Сделаю.
— Остальные, если хотите увидеть, как выглядит ваш враг, оставайтесь в зале и подтверждайте перенос.
— Это добровольно? — выкрикнул кто-то из толпы.
— Да. Для многих из вас это единственный шанс повстречать противника лицом к лицу.
— Это безопасно? Там не надо будет сражаться? — спросил один из торговцев.
— Переговоры и обмен свитком — незыблемое правило любой Арены. Вы будете под абсолютной защитой, — он обвел всех взглядом. — Теперь, кто хочет увидеть противника, оставайтесь. Остальные, покиньте помещение.
Ифрит сошел с помоста и направился на выход. Атланты и почти все эльфы последовали за лидером. Из людей же никто уходить и не подумал.
«Почему все так смотрят? — послал я мысленный вопрос-образ. — Или мне только кажется?»
«Огюст сообщил, что ты доставил восемьдесят шесть процентов блоков, — такими же мысленными образами ответила Кейра. — Благодаря этому наш бастион намного крепче и функциональней, чем у соперников».
«Понятно. Ты как вообще?..» — я положил руку на её живот.
«Хорошо».
«Как Гелла?»
«Фрол, ей не суждено родиться», — с грустью подумала моя женщина.
«Посмотрим…»
Сейчас казалось, что толпы не существовало и в зале находимся только мы вдвоём. Мы, ни на кого не обращая внимания, продолжали обмениваться бессловесными фразами.
Через пять минут аномалия с парящим свитком замерцала. Многочисленные слепящие лучи полностью заполнили немаленький зал. В интерфейсе всплыло предложение о переносе в зону перемирия, и я подтвердил выбор.
Свет наливался всё с большей силой, но постепенно сияние начало угасать. Когда оно развеялось, наша толпа оказалась уже в новом месте.
Кейра рассчитала всё так, что мы появились на передней линии. Ничьи спины не заслоняли обзор.
Вражеская армия была далеко, но всё же я увидел воинство, с которым нам вскоре предстоит сразиться на последней Арене.
Наконец-то…
  
Глава 19
 
До того, как появилось огнестрельное оружие, противоборствующие армии, устраивая генеральное сражение, часто сходились в открытом поле. Честная сеча: грудь в грудь, сталь против стали. Полководцы изгалялись в маневрировании и тактике. Бойцы рубились, не ожидая, что на них осыпется каменная лавина или что под ними разверзнется земля. Военачальники отслеживали перемещения противника и успевали реагировать, если неприятель ударит по флангу или если к битве подключатся вражеские резервы.