Книга превращений

Вдруг к ним приблизилась молодая привлекательная женщина – она была удивительно похожа на Лан, только очень бледная, с каким-то выцветшим лицом и волосами; тонкую линию ее горла перечеркивала рваная рана.
– Жрец, – окликнула она Ульрика.
Тот повернулся к ней с серьезным видом, заранее интересуясь тем, что она собиралась ему сообщить. Она тихо и сдержанно продолжала:
– Я слышала о твоих поисках. Ты друг следователя Фулкрома, да?
Лицо Ульрика просияло воодушевлением, и Лан против воли была очарована его решимостью.
– Пожалуйста, продолжай.
– Ты сказал «Дом Мертвых», так? Мы подозреваем, что это там, куда мы не можем проникнуть сами. Есть такое место, оно словно бы мертво для нас, а мы – для него. То есть так говорят, а я подумала: быть может, там что-то вроде выхода?
– Возможно, это именно то, что нам нужно. Как твое имя, леди? – спросил Ульрик.
– Адена.
– Что ж, Адена, ты покажешь нам путь?
Раздобыв два факела, они двинулись вперед по длинному проходу, который петлял в скалах, наподобие лабиринта. Лан обратила внимание на то, что всю дорогу их провожатая словно не замечала ее, обсуждая детали пути только с Ульриком и вообще обращаясь к нему одному. Лан было не по себе от своего сходства с мертвой женщиной.
Прошло около часа, когда каменный лабиринт вывел их наконец к храму, наполовину кирпичному, наполовину каменному. Колонны его простого классического фасада были вырублены в утесе, величественная каменная лестница вела к простой квадратной двери в обрамлении пилонов.
У подножия лестницы Адена остановилась: она то ли не могла, то ли не хотела идти дальше.
Лан и Ульрик поднялись по ступеням, освещая факелами путь, разглядывая подробности замысловатой резьбы, которая покрывала камни. Это место не зря носило название Дома Мертвых: кое-где из поверхности камня выступали отдельные черепа и даже целые скелеты, точно кости были каким-то образом включены в геологические структуры. Они были одного цвета с камнями, и потому трудно было определить, искусственные они или настоящие.
Лан повернулась, осветив факелом подножие колонны, и с криком отпрянула: в лицо ей таращил пустые глазницы и раззявленный рот, давно ставшие пристанищем пауков, какой-то череп.
– Жуткое место, – сказала она. – Ты хочешь, чтобы я вошла первой?
Лан старалась не думать о скелетах, – в конце концов, какое ей дело до этих давних жертвоприношений, или чем там они были? Стать одной из них – не ее судьба.
Ульрик кивнул и сделал ей знак идти вперед, но сам тут же обернулся на зов их провожатой, которая окликала их снизу.
– Мы, духи, ничего не знаем об этом месте, так что помочь вам я не могу. Я видела, как мои собратья входили в этот храм, но никто из них никогда из него не возвращался. Он – часть древнего города. Никто ничего не знает о нем. Но я… мне хочется увидеть, что там. Быть может, это принесет мне покой. Можно мне пойти с вами?
– Конечно, – отозвалась Лан, но Адена ее по-прежнему не замечала.
– Можно? – переспросила она.
– Да, конечно, – ответил Ульрик.
– Пошли, Ульрик, – окликнула его Лан. – Я хочу домой. Посмотрим, здесь твоя книга или нет, и будем возвращаться.
Лан шагнула в дверной проем…
…и оказалась в лесистой долине. «Как?»
В следующую секунду за ней ввалился Ульрик, а за ним Адена: здесь ее было видно яснее, чем в городе.
Там, где они очутились, была ночь; повсюду, куда ни глянь, возвышались могучие деревья. Где-то вдалеке журчала вода. Тут и там в долине виднелись огромные замшелые валуны – нет, то были развалины. Свет факелов выхватывал из тьмы красивые листья в форме сердечек и гладкие стволы.
Лан обернулась, чтобы взглянуть на то место, откуда они вышли, и обнаружила, что дверь там – без притолоки, без косяков, просто присутствие в пространстве.
– Где это мы, а? – шепнула она. – Что это за место?
Ульрик, казалось, был в восторге.
– Это же… здесь точь-в-точь как на гравюрах, которые я видел в одном раннем джорсалирском тексте. И вот… – Он вынул из своего мешка копию «Книги превращений» и открыл ее на какой-то странице. Рисунок был грубый, но сходство между изображением и тем, что окружало их в реальности, было очевидно.
 
– Это рай, – сказал он, – в своем роде.
Лан разглядывала страницу.
– Значит, мы попали туда, куда нам нужно. Но книга, которую ты ищешь, может оказаться где угодно. В твоей книге не сказано, где именно ее искать?
Ульрик покачал головой и захлопнул книгу.
– Нет, но я предлагаю пойти вдоль берега; может быть, он куда-нибудь нас приведет.
Ульрик сунул книгу под мышку, и они, раздвигая высокую густую траву, пошли на запах и скоро обнаружили реку – прозрачную ленту медленно текущей воды шириной шагов в двадцать. Дальше по берегу из кущ выплывали какие-то огоньки и снова ныряли в подлесок. Лан не была уверена, но ей показалось, что за ними следят какие-то люди: чьи-то взгляды на том берегу вспыхивали и гасли, прежде чем она успевала понять, кому они принадлежат.
– На рай это как-то мало похоже, – шепнула Лан и занялась настройкой своих сил – просто чтобы проверить, работают они в этом загадочном месте или нет. К счастью, то, что исправно служило ей в Виллджамуре, не отказало и здесь.
Тем временем та девушка, Адена, подошла к реке вплотную и стала медленно сходить в воду, подняв рваные юбки выше колен. Сначала она шагала очень осторожно, но, когда ее босые ступни погрузились в воду, она подняла голову и радостно улыбнулась.
– Кажется… кажется, я свободна. Этим путем, наверное, ушли другие. – Вдруг она поглядела прямо на Лан – впервые за все время. – Смотри береги его, – сказала Адена.
– Кого? – не поняла Лан.
Но Адена уже отвернулась и без звука упала в прозрачные волны вниз лицом.
– Ульрик, может, нам надо ей помочь? – спросила Лан, подходя ближе.
Жрец обвел взглядом всю реку из конца в конец, но никаких следов девушки не заметил.
– Похоже, что помогать уже некому. И вообще, я не уверен, что река – это на самом деле река.
Лан совсем запуталась. Неужели духи тоже умирают и переходят в другие миры?
Еще некоторое время Лан и Ульрик шли против течения реки, по направлению к истоку, причем Лан то и дело озиралась в поисках приметных знаков, по которым они отыщут потом дорогу назад. Ей вовсе не улыбалось остаться тут навсегда, в этом непонятном месте.
– Бесполезно, Ульрик, – то и дело бормотала она.
В темной листве над ними то и дело что-то шуршало и шевелилось. С ветвей к ней стали спускаться лианы, норовя коснуться ее лица. Увертываясь от них, она торопила Ульрика. Наконец они вышли на поляну; та сияла в темноте, точно залитая лунным светом, хотя никакой луны в небе не было. Воздух вокруг был напоен жутковатой таинственностью. В центре поляны, на примятой траве, лежал какой-то предмет.
Точнее, книга.
Не выпуская из рук факела, Ульрик кинулся к ней, желая поскорее узнать, точно ли это копия его «Книги превращений» или нет, но под травяным покровом поляны что-то задвигалось, и его отбросило назад. Факел бесполезно упал на землю.
Лан метнулась к жрецу и помогла ему подняться; краем глаза она заметила какое-то шевеление за деревьями. Из-за них показались какие-то твари, серебряно блестя в темноте, а под корой деревьев начали вздуваться штуковины, похожие на луковицы. В полном молчании из стволов начали выходить странные деревянные конструкты: злобные существа с острыми обломками ветвей вместо конечностей и зажатыми в них зазубренными клинками.
Твари бросились на них.
Лан видела, как Ульрика трясет от страха.
– Начинай читать заклинания, – сказала она ему и, настроившись на силу, побежала по воздуху так быстро, как только могла. Перескакивая через провалы между существами-деревьями, она приземлялась на них по очереди и направленными ударами пяток ломала им ветки, отвлекая внимание от жреца.