Апельсиновый снег (СИ)

 Я испуганно расширил глаза, которые постепенно начали привыкать к темноте.
 - Что? – как-то резко ответил я, на что брат слегка выпрямился и погрустнел.
 - Нам нужно поговорить.
 - Я спать хочу.
 Я перевернулся на другой бок, но Том резко вернул меня обратно за плечо.
  
 - Нам нужно поговорить, - повторил он.
 - Не о чем.
 - Билл.
 - Что?
 Том присел у моих ног на кровать и вздохнул. Я немного помедлил, затем сел, поджав под себя ноги.
 - Долго ты будешь меня избегать? – тихо спросил брат.
 - Я тебя не избегаю, - так же сказал я, рассматривая его силуэт.
 - Избегаешь, - он повернул ко мне голову, а я положил щёку на колено и посмотрел в другую сторону. – Прости.
 - За что? – безразлично спросил я, даже не пошевелившись.
 - За то, что люблю.
 Я прикрыл глаза.
 - Это глупо.
 - Любить?
 - Мы братья.
 - И что?
 - Это неправильно.
 - Когда ты следовал правилам?
 - Это другое.
 - Нет.
 - Ты запутался…
 - Нет, это ты запутался, - брат вздохнул.
 - Я хочу спать.
 - Я люблю тебя…
 Я выпрямился и посмотрел на Тома – он разглядывал свои руки. Положив подбородок на колени, я внимательно начал скользить по его силуэту. Минуту мы молчали, тишина начала давить на меня, хотелось, чтобы он что-нибудь сказал, лишь бы не молчал. Я робко протянул руку и дотронулся до его плеча, почувствовав, как брат слегка вздрогнул. Том поднял голову и посмотрел на меня – моя рука бессильно опустилась обратно, будто испугавшись.
 - Прости, - повторил Том.
 Я опустил глаза. В душе начало щемить какое-то непонятное чувство. Жалость, совесть, сочувствие, грусть… Любовь?
 - Прости за любовь.
 Брат вздохнул и привстал с кровати, чтобы пойти спать, но я вдруг резко схватил его за запястье, заставляя сеть обратно и удивляясь своим действиям.
 - За это не просят прощения.
 Я заметил его робкую улыбку. Том поднял руку и потрепал меня по растрепанным волосам.
 - Теперь мы точно другие, да? – спросил он.
 - Мы всегда были не такими, как все, - я улыбнулся и в очередной раз положил подбородок на колени.
 Том нерешительно подался вперёд и замер в нескольких сантиметрах от меня, словно спрашивая разрешения. Я не дрогнул, лишь сердце отчего-то застучало. Брат почти невесомо коснулся моих губ, робко провёл по ним языком, подался вперёд – я поддался. Руки сами обняли его за шею и потянули на себя. Я лёг на спину, пропуская в свой рот его горячий язык. Странно, но такого трепещущегося чувства не было в те моменты, когда я целовался с девушками. Сердце так не билось, не было столько нежности и невесомости, не было лёгкости и желания. Может, я действительно люблю его чуть больше, чем брата?..
 В коридоре послышались шаги, я резко отстранил от себя Тома и испуганно посмотрел на дверь.
 - Мама…
 Брат резко спрыгнул с кровати и бесшумно пересёк комнату, спрятавшись под одеялом. Я притворился, что сплю. Дверь слегка приоткрылась – в комнату ворвалась тоненькая полоска света, затем спустя несколько секунд снова закрылась, а шаги начали удаляться. Я приподнял голову, чтобы посмотреть на Тома – он сделал то же самое.
 - Спокойной ночи, братишка, - улыбнулся я.
 - Сладких снов, Билли.
 Я мечтательно вздохнул и опустил голову на подушку, закрывая глаза».
 Часть 4. 
 (Саундтрек к этой части - БУМБОКС И БАСТА - Другой Рай)
 Перерыв все ненужные бумаги, которые так любил собирать мой брат, я сложил их в небольшую картонную коробку – Том вечно складывал их в чулан после покупки какой-нибудь техники. Перетащив все пустые коробки в спальню, я решил сложить туда вещи брата, а уж потом решить, что с ними делать – продать, забрать с собой или отдать на благотворительность в какой-нибудь фонд.
 Я распахнул дверцы гардероба и осмотрел различные вещи, которые одиноко висели на вешалках. Почти всё место занимали широкие футболки и кофты. Я слегка подался вперёд, прикрывая глаза и вдыхая в себя запах, который когда-то давно заставлял меня падать в обмороки от переизбытка чувств. Я невесомо коснулся кончиком носа одной из вещи и тут меня переклинило. Я начал вынимать всё из шкафа и складывать в одну большую коробку, при этом подозрительно посматривая по разным углам комнаты, словно боясь, что сюда нагрянет какой-нибудь незваный гость и начнёт предъявлять права на всё имущество. Я был полностью уверен, что увезу каждую футболку с собой в Канаду.
 На пару секунд я замер – разум вернулся обратно в мою голову и начал задавать вопрос: «Зачем мне вещи Тома? Не лучше ли отдать их кому-нибудь из бедной семьи?» Я качнул головой, отбрасывая глупую мысль, и продолжил опустошать шкаф. Во вторую коробку я сложил кепки и банданы, которые заполнили изрядную часть верхних полок. Когда последняя вещь легла поверх остальных, я вздохнул и осмотрелся по сторонам.
 К вечеру все коробки были полностью забиты вещами Тома. В гостиной не осталось ни одной нашей фотографии, на кухне больше нельзя было найти любимых кружек брата и пепельницы, а в спальне лишь на столе одиноко лежал закрытый ноутбук. Хотел ли я забрать его и отдать в ремонт, чтобы мне вскрыли пароль? Я не знаю.
 Что я ещё собирался сделать?
 Ах, да. Я хотел съездить в клуб брата.
 Я вышел в коридор, накинул на себя куртку, затем надел кроссовки и подошёл к комоду. Том всегда прятал свои ключи от машины на верхней полке среди моей косметики. Странно, мои вещи так и лежали здесь нетронутыми. Неужели им уже больше шести лет?
 Я озадаченно осмотрел свои чёрные полупустые тени, несколько тоников, старую расчёску, которую я никогда не давал брату. Среди них лежали ключи. Я быстро схватил их и поспешно захлопнул дверку. Спустя какое-то время я подходил к автостоянке, где должна была стоять машина Тома, которую он купил уже после того, как я сбежал. Старое авто вдребезги изуродовали какие-то придурки.
  
 Я прошёлся вдоль ровного ряда автомобилей, щёлкая кнопкой сигнализации, чтобы малышка брата подала хоть какой-нибудь знак. Спустя пару минуту одна из машин коротко пискнула и замигала фарами. Я осмотрел чёрную спортивную машину на двух человек, провёл пальцами по капоту, сел за руль и осмотрел салон. Белая кожа. Я как-то давно упоминал, что хотел бы иметь машину с салоном из белой кожи…