Папочкина зависимость (ЛП)

— Папочка вынимает свой член, — шепчу я ей на ухо, заставляя ее ахнуть, когда я стягиваю боксеры, и мой член высвобождается, пока я продолжаю совершать круговые движения пальцами.
Я прижимаю свой член к ее заднице, и липкость преякулята покрывает ее. Мои глаза закатываются.
— Черт, так приятно, маленькая девочка. Ощущать твою голую кожу своим членом. Желание войти в нее почти непреодолимо, но я хочу позаботиться о ней сегодня вечером, как и планировал.
— Я хочу, чтобы ты был внутри меня, папочка, — выдыхает она почти плаксиво, отчего при ее словах капает еще больше преякулята.
— Черт, — рычу я.
Я стягиваю ее шорты и трусики до бедер, вызывая у нее ворчание от шока.
— Из меня вытекает кровь, — кричит она.
— Я знаю, но все в порядке. Папочка не против.
Я ободряюще целую ее плечо, и она тает рядом со мной, позволяя мне играть с ее кровавой киской. Черт, это невероятно.
Медленно я слегка надавливаю на ее плечо, побуждая ее перевернуться на бок, тем самым позволяя ее идеальной маленькой попке повиснуть в воздухе.
— М-м-м. Черт, твоя задница невероятна. Папочка так сильно хочет ее трахнуть.
Я хватаю ее за ягодицу, заставляя подпрыгнуть, и посмеиваюсь над тем, какая она нервная и невинная. Так чертовски возбуждающе.
— Не переживай. Я хочу только поиграть.
Я провожу головкой своего члена вверх-вниз по щели ее задницы. Мои яйца сжимаются каждый раз, когда головка касается ее сморщенной дырочки.
— Блять, так хорошо, маленькая девочка. Папочка любит играть с твоей маленькой попкой.
Я сильнее надавливаю на клитор, и она выгибается, прижимаясь к моему члену, вероятно, сама того не подозревая. Из меня вырывается рычание, когда я с трепетом наблюдаю, как из моего члена вытекает семя, оставляя следы на ее заднице. Я ощущаю жесточайшую потребность трахнуть ее в задницу и наполнить спермой. Каждый мускул моего тела напрягается, останавливая меня.
— Папа хочет поиграть с твоей задницей, маленькая девочка.
Я кусаю ее плечо, заставляя вздрогнуть, и она отодвигается, когда я резко шлепаю рукой по ее по киске.
— О Боже.
— Папочка хочет засунуть кончик своего члена в твою маленькую дырочку.
Я сжимаю свой член в кулаке, скользя им вверх-вниз, оказывая небольшое давление на ее задницу при каждом движении вниз. Мое дыхание становится все более хаотичным с каждым соприкосновением. Еще более отчаянным. Я не хочу ничего, кроме как войти в нее. Заставить ее кричать, пока мой член будет трахать ее задницу. Но я хочу больше защитить ее, сделать так, чтобы ей было хорошо.
— Ты собираешься позволить папочки войти в твою дырочку?
Я целую ее снова.
— О Боже, — хнычет она и прижимается ко мне.
Я прижимаю кончик к ее дырочке, и мой преякулят дает ей идеальное количество смазки.
— Надави на член папочки и позволь ему вставить кончик внутрь. Позвольте ему пролить свою сперму в тебя. Немного, — умоляю я, пытаясь удержаться от погружения в нее без согласия.
Мой кулак работает все быстрее и быстрее, и звук ударов наших тел наполняет воздух.
— Скажи мне, — рычу я. — Скажи мне, что я могу наполнить тебя своей спермой. Скажи: «Папочка, ты можешь войти в меня головкой». Скажи папочке, что хочешь, чтобы твоя крошечная дырочка растянулась для него.
— О боже, папочка.
Я снова шлепаю ее по киске, пытаясь сдержать надвигающийся оргазм.
— Папочке нужно кончить, маленькая девочка. Скажите, чего ты хочешь.
Она громко стонет, когда я надавливаю на ее клитор, яростно его потирая.
— Пожалуйста, пожалуйста, войди в меня головкой. Пожалуйста, растяни мою дырочку и трахни меня в задницу.
— Спасибо, черт возьми.
Я захватываю зубами кремовую кожу на ее плече и тяну, прижимая головку своего члена к ее заднице. Ее дырочка растягивается вокруг меня, и я сильнее впиваюсь зубами в ее плоть, пытаясь удержаться от оргазма, прежде чем возьму ее девственную попку.
— Аааа! — кричит она, когда ее настигает оргазм, и три моих пальца массируют ее все быстрее и быстрее. Кровь покрыла каждый из них.
— Папочка!
  
Она прижимается к моему члену, позволяя мне сжать себя в кулаке, в то время как кончик моего члена набухает внутри ее растянутой задницы. Вид того, как я вхожу в ее дырочку и туго растягиваю, губит меня.
— О, черт. Черт возьми, маленькая девочка, — мой член пульсирует, вены набухают, а головка расширяется, позволяя сперме выплеснуться из меня во взрыве волнующего удовольствия.
— Черт возьми.
Я держу ее на месте, пока наше дыхание не выравнивается.
— Ммм, я мог бы спать и быть в тебе, Джейд. Я целую место укуса, и она вздрагивает, заставляя меня улыбнуться, глядя на ее рану. Затем, когда мы обессиленные лежим на кровати, я покрываю нежными поцелуями все ее тело.
Она оглядывается через плечо.
— Я истекаю кровью, не забывай.
Она кивает на свою талию, заставляя меня смеяться над тем, как она переживает о том, что испачкала меня.
— Я знаю, — ухмыляюсь ей в ответ, отчаянно пытаясь опустить пальцы в ее кровавую дырочку и показать ей, насколько меня действительно не волнует тот беспорядок, который мы создали.
Вместо этого я даю ей расслабиться, зная, как она этого жаждет. С тяжелым вздохом я вынимаю член из ее задницы, и чувство гордости наполняет меня, когда из нее вытекает моя сперма.
— Блять, ты выглядишь горячо, когда из тебя вытекает моя сперма.
Она замирает, все ее тело напрягается, заставляя внутри меня грохотать раздражению. Я поднимаю трусики и шорты и переворачиваю ее на спину, чтобы видеть ее красивое личико и сверкающие зеленые глаза.
— В чем дело? — спрашиваю я, осматривая ее лицо.
То, как она замерла, как будто внезапно запаниковав, заставляет меня отчаянно пытаться исправить то, что я мог сделать не так.
Она облизывает губы с огоньком в глазах, затем отводит их. Я неохотно засовываю член обратно в боксеры, а затем хватаю ее за подбородок, поворачивая к себе, — теперь на ее подбородке пятна крови. Зрелище чертовски красивое.
Ее дыхание касается кончиков моих пальцев, посылая сквозь меня волну желания. Но сначала мне нужно знать, почему она так отстранилась.
— Джейд, — резко предупреждаю я.
Она закусывает губу, как будто не уверена, что готова сказать, что у нее на уме. Мои пальцы сжимают ее крепче, давая понять, что от меня никуда не убежать.
Она закатывает глаза, прежде чем снова посмотреть на меня.
— Со сколькими женщинами ты делал это? — она медленно сглатывает. — Нужно ли мне после сегодняшнего провериться?
Огонь наполняет мое тело, а ярость заставляет кровь бурлить, но когда я вижу непролитые слезы в ее глазах, смешанные с уязвимостью, мой гнев рассеивается. Мне вдруг захотелось ее успокоить. Не сводя с нее глаз, я честно говорю:
— У меня никогда не было незащищенного секса, Джейд.
Ее губы раскрываются, а зрачки расширяются от недоверия.
— Никогда?
— Никогда.
Я отпускаю ее и кладу голову обратно на подушку, притягивая ее к себе, чтобы она легла мне на грудь.
— Даже находясь в единственных отношениях, которые были у меня, — скромно признаюсь я.
Она поднимает голову, кладет ладони мне на грудь и ложится на них головой, глядя на меня. Я не упустил из виду, насколько чистой и невинной выглядит ее кожа рядом с моей татуированной и оливковой. Абсолютная невинность и чистота, смешенные с моей грязью. Отпечатки пальцев крови на ее подбородке показывают мне, насколько тускнеет она под моим прикосновением. Мне следует оставить ее в покое, а не пачкать еще больше. Оставь ее такой же идеальной, как сейчас. Но я не могу. Я не буду даже пытаться. Я чертовски жажду ее.
— Почему вы расстались?
Тяжело вздохнув, я смотрю на нее, не зная, позволить ли не только ей, но и мне тоже копаться в моем прошлом. Я буду обсуждать это впервые за многие годы с единственной девушкой, к которой я когда-либо что-то чувствовал.
— Она бросила меня, — говорю я просто.