Наша Няша (СИ)
Всё-таки он поразительно чуткий человек. Уловил в её интонациях постанывание грядущей бури и соизволил-таки развернуться:
– Ты злишься.
– Я в восторге. Ты не ответил.
– Хотел пригласить тебя на свидание.
– Ой, а я не могу, – моментально замурлыкала предательница душа, ещё минуту назад жаждавшая отмщения. – Мне нужно срочно сделать сразу три дела. Не знаю, за что хвататься.
– Давай список, – протянул руку этот умник.
– Откуда знаешь про список? – удивилась она, протягивая все три замусоленных петиции Бабая.
– Мы за тобой шпионим, – мягко съязвил корд.
Пробежался взглядом по спискам и предложил:
– Первой решим проблему людей. Пока есть стоящие. Герои только что профукали большой посёлок. У них открылась новая точка нашествия машин. От посёлка ничего не осталось, так что неписи бесхозные. Как раз чуть больше сотни.
– Это клан «Герои дня»? – уточнила Маняша. – Ваши соседи?
– Герои месяца, – усмехнулся корд. – Заняли верхнюю строчку рейтинга лохов.
– Думаешь, они позволят увести у них людей? – засомневалась Маняша. – У меня и без того полно недоброжелателей.
– Бажичи народ свободный, – успокоил её Тур. – Куда хотят, туда идут. И предпочтут не разделяться. Герои, конечно, соорудят им новый посёлок. Но НПС бывают очень злопамятными. И вряд ли предпочтут тех, кто их подвёл. Тем более что есть шанс переселиться вместе.
– Хорошо. Спасибо. Только нужно дождаться с охоты моих ребят, – предупредила Маняша.
– Зачем? – иронично поинтересовался он. – Пойдёшь на свидание с конвоем? Полетели, – вновь протянул он руку.
– Полетели, – подала свою Маняша.
И воровато зыркнула в сторону деревни: вдруг Батя уже там и заметит, как она смывается без него?
– Ты поразительное создание, – констатировал Тур, когда она открыла глаза после улёта.
– В смысле?
– В первый раз вижу, чтобы игрок так пресмыкался перед НПС.
– Я не пресмыкаюсь! – разозлилась Маняша и попыталась выдернуть руку.
– Мне нравится, когда ты злишься, – не выпустив её, ухмыльнулся Тур.
– Экспериментируешь? – догадалась Маняша и моментально успокоилась: – Прощупываешь, насколько меня щекочет твоё мнение?
– Точно.
– Тогда ликуй: я прямо-таки смотрю тебе в рот. А где мы? – принялась озираться она. – Те развалины и есть пострадавший посёлок?
– Точно. Идём?
И они пошли. Держась за руки. С этой стороны воровская экспедиция за населением действительно напоминала свидание. Правда не с кордом-задвушником, а с печальной памяти бойцом сто двадцать восьмого уровня под ником Турок_99.
– Ты ради меня приоделся? – хмыкнула Маняша от неожиданности.
– Не хочу возбуждать у женщины комплекс неполноценности, – отшутился Тур, подтянув девушку поближе. – С вами это даром не проходит. А теперь сконцентрируйся на проблеме. Сейчас время респа машин. Нашествие не слишком масштабное. С ним справятся быстро. Так что у нас не больше десяти минут на уговоры.
– Погоди, – резко затормозила Маняша, уперевшись ногами в землю. – У меня сорок семь единиц болтаются. Забыла пристроить. Думаю, сейчас пригодятся.
– Сорок семь, – проворчал корд-задвушник. – Тут ради одной корячишься, как раб на галере. А у неё…
– Не мешай, – отмахнулась Маняша. – А то запутаюсь.
Первым делом она вбухала сразу десятку в новое умение: заботу. Прямо, как по заказу подвернулось. Именно на такой вот случай. Ещё пару единиц докинула в щедрость, и перки чуть-чуть подравнялись:
Честность – 15 Щедрость – 10 Забота - 10
Силовую ветку опять проигнорировала: зачем при таком-то кавалере? А вот активные умения абсолютно точно требовалось укрепить в преддверие охмурения целой толпы обозлённого народа. Причём, харизму придётся эксплуатировать на полную катушку.
Харизма – 50 Эмпатия – 30 Единение – 30 Проницательность – 30 Дипломатия - 30
Просто залюбуешься. Ещё по два очка добавила в стойкость и реген – в этом мире нужно ежедневно крепить тылы. Хвостик из четырнадцати единиц Маняша решила сэкономить: не за горами овладение консерватизмом. Нужно постоянно держать под рукой запас свободных средств выживания.
– Я готова, – доложила ответственная землевладелица и попечительница народов. – Тур, – вновь затормозила она, не успев сделать и десятка шагов. – Это же не НПС. На развалинах полно игроков. Они что, налетели разбирать моих бажичей?
– Качаться, – пояснил он, потащив её дальше. – Сейчас респ. Герои открыли общий доступ к своей новой клановой качалке.
– А, что это?
– Место, где происходит постоянный респ большого числа мобов. В течение какого-то продолжительного времени. Посёлки не ставят в таких местах. Здесь было место нейтрала. То есть сюда мобы забредали только случайно. А теперь игра подкинула нашествие, которое будет повторяться с завидной периодичностью. Значит, посёлок бесполезно восстанавливать. Зато можно качать свой народ и продавать кач другим игрокам. Вот те и набежали. А вон там, – махнул он рукой, свернув в сторону от набиравшего силу столпотворения истребителей машин, – смазали пятки твои бажичи. Видишь?
– Да, вижу.
– Сбегают. Чтобы не затоптали. А мы их перехватим, пока всем не до них.
Форсировать события корд не стал. Двинул наперерез беглецам прогулочным шагом. Маняша крепилась-крепилась, но всё-таки не выдержала:
– Почему не торопимся? Вдруг, их перехватят другие?
– А пускай зайдут за ту рощицу. Видишь, впереди? Тогда с места респа их не будет видно. И герои не заметят, как у них воруют работоспособное население.
– Я бы не додумалась, – призналась помещица-дилетантка и придирчиво поинтересовалась: – Кстати, а почему тебе вдруг вздумалось тратить время на такие пустяки? Разве тебя не ждут героические свершения?
– И восторженные улыбки поклонниц? – договорил он за привереду почти дословно.
– Куда герою без этого? – хмыкнула Маняша.
– Героя больше интересуют не восторженные поклонницы, а влюблённые в него по уши. Они как-то понадёжней.
– Это комплимент?
– Ещё какой.
– Какой-то сомнительный.
– Сомнительный, зато искренний.
– Искренний комплимент не всегда хорош.
– Хорош привередничать. Как умею, так и ухаживаю.
Маняша не сразу сообразила, что её насторожило. А когда сообразила, чуть не остановилась, поражённая нелепой мыслью, которая так и напрашивалась. Это же их игра: её и Лобачевского. Которая однажды – в их краткие лучшие времена – сложилась сама собой. Начинать фразу с последнего слова собеседника. Не ломая логики беседы.
Тут же услужливая память вернула её на вторую встречу с верхушкой бесов. Когда ей объясняли суть необъявленного квеста, в который она загремела с подачи Мишки. Тур же ещё тогда прокололся. Когда присел перед ней и держал за руки. Как он тогда успокаивал счастливую несчастливицу?
Дескать, решать только ей. А она терпеть не может сложных проблем. И старается при каждом удобном случае увильнуть. Что может сделать и на этот раз. Откуда случайный человек мог знать о её пагубной привычке неизменно трусливо отступать перед неприятностями? Как истинными, так и мнимыми.
А ещё эта его манера не смотреть на неё, а разглядывать – ну, точь-в-точь, как у Лобачевского. Или взгляд человека-скальпеля – такой ни с чем не перепутать. Или особый прищур, когда внешние уголки бровей взлетают в крутом изломе. Игра точно копировала мимику игрока в капсуле на лицо персонажа. Наконец, привычка перескакивать с человеческого тона на нечеловечески ледяной. Значит, всё-таки…
Тур покосился на спутницу в поисках причин заминки. Её привычка к спасительному притворству выручила и на этот раз: Маняша дурашливо надула губы и капризно изрекла:
– Ухаживаю за тобой я. А ты ломаешься, как гусар, которого заставляют пересесть с коня на страуса.
Тоже любимая присказка дедули, пришедшая на ум сама собой.
– Страуса не ел, – нашёлся Тур, несмотря на выбивавшееся из контекста пикировки слово. – А вот обольстительной женской ложью сыт по горло.