Соблазн ей к лицу
Остановившись на довольно широкой площадке и в очередной раз подняв свечу повыше, Маркус сказал:
— Посмотрите-ка! Вон там, видите выступ? Держу пари, если убрать эти деревянные панели, откроется щель для стрелков. Отсюда неплохо целиться в неприятеля.
Подобных выступов было несколько, и мужчины пришли к выводу, что Маркус прав.
— Кстати, убрав панели днем, можно впустить на лестницу солнце, — сказал задумчиво Чарлз. — Вот почему в стенах нет подставок под канделябры — освещать проход можно и снаружи.
— А также впускать свежий воздух, — добавил Джулиан.
Эйдриан хмурился.
— Но амбразуры проделаны выше человеческого роста, зачем? Лучникам приходилось использовать подставки?
— Не исключено. — Маркус поводил свечой туда-сюда, осматривая стену. — Или лестницы-стремянки. Тогда в проходе не было бы столпотворения и остальные воины могли бы свободно перемещаться по лестнице.
Эйдриан восхищенно выдохнул:
— Вот это да! Какая предусмотрительность! Я горд за своих предков. Позже надо будет принести стремянку и попытаться отодвинуть панели.
Мужчины продолжили спуск.
Чарлз чувствовал: чем ниже они спускались, тем холоднее становилось. Запахнув плотнее свой шерстяной сюртук, он напомнил себе, что в подвалах всегда прохладнее и бегущие по коже мурашки связаны с промозглой сыростью, а не с чем-то сверхъестественным. Впрочем, легче ему не стало.
Лестница внезапно ушла в сторону, свернула за угол и привела мужчин к довольно широкой площадке, на которой могли разместиться, не толкаясь локтями, все четверо. Они остановились и огляделись. Чарлз хмурился.
— Сдается мне, раньше здесь был проход, но его заложили. — Он провел пальцами по сырой, замшелой стене. — Когда-то тут был вход в помещение, я чувствую это.
И вдруг, словно распахнулись двери в Арктику, Чарлза обдало ледяным холодом. Он уже дважды испытывал это ощущение, когда волоски на коже встают дыбом, а вниз по спине мурашки пробегают так быстро, будто спасаются бегством. Он осторожно огляделся и с облегчением осознал, что никаких клубов тумана или черного дыма поблизости не наблюдается. Кого он ожидал увидеть? Кэтрин? Сэра Уэсли?
— Вот дьявол! — воскликнул Джулиан, растирая свои плечи ладонями. — Это только мне так холодно? Словно мы оказались на севере в дикую стужу!
— Я тоже мерзну, — согласился Маркус, который выглядел озадаченным. — Кажется, еще минуту назад было теплее.
— Это точно, — согласился Эйдриан и посмотрел на Чарлза: — Напоминает тот вечер, когда миссис Дарби устроила нам представление. Помните, как мы замерзли тогда в гостиной?
— Происходящее не похоже на представление, не так ли? — спросил Чарлз. Не мог же он объяснить Эйдриану, что миссис Дарби не имела к могильному холоду в Синей гостиной ни малейшего отношения.
— Может, где-то выпал кусок стены и холод проникает снаружи? — предположил Маркус. — Другого объяснения я не нахожу.
— Ты полагаешь? — вяло поинтересовался Чарлз, прекрасно зная, что причина не в этом. Ему вспомнилось распятие Гудсона, крестик, защитивший всю семью в тот момент, когда из камина появился сэр Уэсли. Стоило подумать об этом прежде, чем соваться в потайную дверь.
Маркус подошел к Чарлзу и принялся изучать стену.
— Кажется, ты прав. Раньше тут действительно была дверь. Видишь, в этом месте каменная кладка отличается от остальной. Она явно более свежая.
Джулиан, бросивший гадать о причинах внезапного холода, тоже принялся разглядывать камни.
— В самом деле, кладка здесь иная, чем в других местах. Вы же знаете, любое старинное здание время от времени перестраивают. Возможно, тут был склад оружия, который просто заложили, когда в нем отпала надобность. А может, тут хранилось что-то другое, кто знает? Планы здания остались?
Чарлз покачал головой.
— Эх, надо было захватить лом! — сказал Эйдриан с досадой. — Разломали бы стену и посмотрели, что за ней. — Он понизил голос и зашептал: — А если там сокровища или фамильные реликвии?
Понимая, что следует вести себя как ни в чем не бывало — невзирая на леденящий душу холод и подозрительную каменную кладку, — Чарлз хлопнул Эйдриана по плечу:
— А если там просто пустая кладовка? И кучи крысиного помета?
Эйдриан хитро улыбнулся:
— Может, и так, но я хочу убедиться в этом сам.
— Это твой замок, — пожал плечами Чарлз. — Поступай, как сочтешь нужным.
— Если Даффи разрешит, — пробормотал Эйдриан.
— Она так же любопытна, как и ты, мой друг.
— Точно! — Эйдриан просиял. — Она уже уничтожила одну стену, так что и эта не устоит.
В этот момент стало так холодно, что даже пар пошел изо рта.
— Что, черт побери, творится? — изумленно воскликнул Джулиан. — Здесь холоднее, чем снаружи!
— Сквозняк, быть может? — пробормотал Маркус, не переставая изучать стену.
Конечно, Чарлз был вполне в силах объяснить своим родным, какого происхождения этот холод, который они все испытывали, однако не решился. Не хватало еще, чтобы его сочли безумцем или глупцом. Однако ощущение подступающей опасности росло с каждой секундой. У него уже дрожали руки, и от этого пламя свечи прыгало, бросая всюду неровные блики. Конечно, каменную кладку стоило изучить получше, и даже разломать, однако никто не мог предположить, какая тайна ждет мужчин за ней, а защиты в виде золотого крестика Гудсона при них не было.
Чарлз понял, что пришло время срочно возвращаться, пока не случилось беды.
— Думаю, следует вернуться. На сегодня хватит, — сказал он твердым голосом. — Дамы, должно быть, волнуются.
— Но мы еще не спустились в самый низ! — запротестовал Эйдриан.
Джулиан с любопытством посмотрел на Чарлза:
— Ты уверен, что пара минут сыграет большую роль?
— Вот именно. — Маркус хмыкнул. — Я хочу получше осмотреть стену, чтобы знать, где ломать.
Не зная, что возразить, Чарлз пожал плечами. Возможно, все было не так уж страшно, а он просто переоценивал опасность. Ведь до сих пор ничего не произошло. Вдруг ему просто чудится, что этот могильный холод имеет потустороннее происхождение?
Маркус и Джулиан принялись тщательно изучать каждый камень кладки, Эйдриан стоял чуть позади и тянул шею, стараясь быть в курсе. Маркус постукивал ладонью по камням, прислушиваясь. Чарлз стиснул зубы, чтобы они не стучали в такт ладони кузена. Оглядевшись украдкой, он не увидел ничего страшного и подозрительного. Пока не увидел, мысленно добавил Чарлз.
— Кажется, за этой стеной действительно скрыто помещение, — сказал наконец Джулиан, отступая на шаг назад. Он улыбнулся Эйдриану: — Насчет сокровищ не уверен, но удостовериться любопытно, не так ли, мой юный друг?
— Вернемся завтра! — воскликнул Эйдриан возбужденно. — Это же мой дом, я имею право знать, что в нем находится, правда? Начнем с утра. Сначала отодвинем заслонки амбразур, чтобы впустить свет, а затем разломаем стену и посмотрим, что за ней.
Вдруг мужчин обдало таким порывом ледяного, колючего ветра, что мгновенно погасли все свечи. Какая-то невероятная сила отшвырнула Чарлза к стене, в темноте вскрикнул Эйдриан, раздался звук падающего тела.
Извергая проклятия, Чарлз зажег трясущимися пальцами свечу. Судя по всему, он разбил себе голову, потому что по лицу текло что-то теплое, заливая глаза, а протерев их ладонью, он увидел, что пальцы стали красными. Особой боли не было, поэтому Чарлз решил, что его рана вовсе не опасная, и принялся озираться. Эйдриана не было. Подняв свечу выше, он все равно не увидел брата Дафны. Ему мгновенно представилось переломанное тело, распростертое на ступенях какого-нибудь нижнего пролета…
Он снова поводил свечой, а затем бросился вниз по лестнице. Все больше ступеней озарял неровный свет, лестница казалась бесконечной, сердце Чарлза скакало в груди. Наконец где-то впереди послышался стон, и, опасаясь в спешке наткнуться на несчастного мальчишку, Чарлз остановился.
— Эйдриан, — позвал он. — Где ты? Я иду за тобой.
Еще один пролет, и Чарлз оказался на небольшой площадке, чуть меньшего размера, чем та, возле которой мужчины разглядывали каменную кладку.