Соблазн ей к лицу
Она была уверена, что уснет, едва голова коснется подушки, однако минуты шли, а сон все не приходил. Напрасно Дафна вертелась с боку на бок, взбивала мягкие подушки, меняла положение тела — все было напрасно. Не помогало ничто, и часы над камином тикали все так же размеренно, отсчитывая бессонные минуты в незнакомом жилище. Наверное, именно непривычная обстановка была этому виной, думала Дафна, малодушно признаваясь себе в том, что нуждается в компании младшей сестренки.
Ну что она за трусливая гусыня! Разве есть что-то угрожающее в старом замке? Ну, тени по углам, ну, мрачноватая обстановка — и только-то!
Но как бы она ни храбрилась, неожиданный стук в дверь заставил ее подскочить на месте и даже пискнуть в ужасе. Смущенная собственной реакцией, Дафна натянула одеяло до подбородка и постаралась спросить самым твердым голосом, на какой была способна:
— Кто там?
— Это я, Эйприл, — раздался тоненький, дрожащий голосок из-за двери. — Можно мне войти?
— Ну конечно! — с облегчением воскликнула Дафна, садясь в постели и зажигая свечи на прикроватном столике.
В белой ночнушке и розовом халатике, накинутом поверх, Эйприл скользнула в спальню к сестре. Ее кудрявые светлые волосы рассыпались по плечам, глаза были расширены от страха.
— Ой, Даффи, разреши я залезу к тебе в постель? — смущенно бормотала девочка, отводя глаза. — Ты скажешь, что я трусиха и нюня, но мне так жутко в своей спальне! — Она беспокойно обернулась в сторону окна. — Такой ливень и ветер! Умоляю, позволь мне остаться на ночь! Всего одну ночь, Дафна, прошу… конечно, тебе смешны мои страхи, но пожалуйста…
Дафна понимающе улыбнулась и откинула краешек одеяла, приглашая сестру к себе.
— Учитывая размеры этого здания, а также ненастье за окном, не могу винить тебя в трусости. Залезай скорее, пока местечко не остыло.
Приглашение не пришлось повторять дважды, уже через пару секунд Эйприл свернулась клубочком рядом с сестрой, положив голову ей на плечо.
— Ох, Даффи, так гораздо лучше! И теперь совсем не страшно, ну ни капельки! — Эйприл заглянула Дафне в глаза: — А тебе не было жутко одной?
Та сделала серьезное лицо и призналась почти честно:
— Ну, местечко незнакомое, да и погода… Что и говорить, мне было не по себе.
— Такой большой замок, правда?
— Да, пожалуй. — Дафна рассеянно подумала, что величина наследства сэра Хаксли едва ли имеет большое значение для ее семьи. Куда важнее были спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, которые оно сулило.
— Ах, как волшебно переменилась наша жизнь! — Теперь, в теплой постели под боком у старшей сестры, Эйприл чувствовала себя куда более уверенно на новом месте.
В этот момент очередной порыв ветра едва не распахнул ставни, и почти одновременно с этим кто-то нервно заскребся в дверь со стороны коридора.
— Боже, кто это может быть? — пискнула Эйприл, мгновенно растерявшая браваду и натянувшая одеяло до носа.
— Полагаю, это наш дорогой братец, напуганный непогодой, — улыбнулась Дафна.
— Эйдриан? — шепотом спросила ее сестричка. — Что ему надо в такой час?
— То же, что и тебе, милая. Очевидно, ему было неуютно одному в большой спальне. — Она приподнялась на локтях и громко сказала: — Входите.
Эйдриан вошел и при этом так густо покраснел, что хватило и свечей, чтобы это заметить.
— Можно мне постелить себе в этой спальне, прямо на полу? Тут у камина не слишком холодно. Да и одеял я набрал немало. Можно мне остаться?
Сестры не стали возражать, и Эйдриан торопливо приготовил себе постель. Завернувшись, словно большая гусеница, сразу в два одеяла, он довольно вздохнул:
— Вот теперь гораздо лучше. Вполне уютно и тепло. — Повозившись, Эйдриан приподнялся на локте и вытянул шею, чтобы видеть сестер. — Моя спальня еще больше, камин в ней чадит, а ветер так воет за окном, словно там собралась стая волков. Знаете, одному там по-настоящему страшно. В какой-то момент — клянусь — я поверил, что вот-вот появится призрак покойного сэра Хаксли, жаждущий удушить ледяными руками того, кто занял его место!
Эйприл села и уставилась на брата округлившимися глазами.
— Ты думаешь, — взволнованно спросила она, — в замке есть привидения?
— Призраков не существует, — вмешалась Дафна.
— Ну да, — разочарованно протянула Эйприл. — Но если бы они существовали, то в таком замке им было бы самое место. Просто рай для призраков, правда, Эйдриан?
— Они существуют, — хмыкнул тот, бросив на нее хитрый взгляд. — Недаром ты не пожелала ночевать одна, а прискакала под крылышко к сестре. Боялась? А чего?
— Я не боюсь призраков! — не слишком уверенно пробормотала девочка.
— Правда? Тогда надо было остаться в своей спальне. Все знают, что призраки любят бродить по коридорам замков в темные, ненастные ночи вроде этой. А еще больше они любят заглядывать к юным девам вроде тебя…
Эйприл умоляюще посмотрела на сестру:
— Даффи, ведь это неправда?
— Конечно, нет. Я же сказала: призраков не существует. — Она строго взглянула на брата, который явно собирался развить тему: — Хватит о привидениях и духах! Если ты не прекратишь подобные разговоры, тебе придется ночевать в своей спальне.
Эйдриан закрыл рот и хмыкнул:
— Ладно, тогда спокойной ночи. Думаю, что встану с первыми лучами солнца и уйду к себе.
Брат сдержал слово, и когда Дафна проснулась, то не обнаружила его в своей спальне. Спустившись в малую гостиную, она и сестра застали его за столом. На свежей скатерти стояли многочисленные блюда — отварные почки, тонкое кружево нарезанной деревенской ветчины, поджаристые гренки с беконом, яйца, фрукты, джем. Эйдриан отламывал куски белого пышного хлеба и жевал его вприкуску с ветчиной. Аппетит у парня был что надо.
Дафна мысленно улыбнулась. Она знала, что брат сильно недоедал в последнее время. В семнадцать лет он был худым и очень длинным, словно тростинка, хотя плечи уже раздались и окрепли. И похоже, бурный рост еще не окончился — отец был невероятно высоким и статным мужчиной, и Эйдриан, видимо, унаследовал его фигуру вместе с густыми черными волосами и ярко-синими глазами. Дафна была уверена, что ее брат вырастет весьма привлекательным мужчиной, а свалившееся на него богатство сделает его в глазах противоположного пола просто неотразимым. Ну что же, теперь за его будущее можно было не беспокоиться.
Дафна перевела взгляд на сестренку, намазывавшую джемом булочку. Если Эйдриан пошел в отца, то Эйприл — явно в мать. Светлые, пшеничного оттенка волосы, голубые глаза, пухлые капризные губки, изящная фигурка — с подобной выигрышной внешностью сестра могла найти себе подходящую партию даже без денег. Но теперь, когда Эйдриан обещал положить кругленькую сумму на счет девочки, ее шансы увеличились еще больше. Однажды ее дебют в свете наделает много шума, думала про сестричку Дафна. Она даже раскраснелась от удовольствия, прикидывая, как сестра будет выбирать себе жениха из целой толпы претендентов на ее руку.
То, что она вовсе не мать Эйприл, а старшая сестра, личная жизнь которой до сих пор не устроена, Дафну как-то не волновало. Даже когда родители были живы, отец частенько бывал на военных сборах, а мать не успевала следить за тремя детьми, поэтому на хрупкие плечи Дафны ложилась часть ее забот. Мама часто болела, поэтому забот становилось все больше, пока они целиком не перешли к еще совсем юной Дафне. О посещении балов не могло идти и речи, и в возрасте восемнадцати она ни разу не выходила в свет. В те годы у Дафны появился первый ухажер — юный лейтенант, служивший в том же полку, что и отец девушки. Увы, он погиб в бою в какой-то глухой индийской провинции прежде, чем успел сорвать первый поцелуй Дафны, и это разбило все надежды девушки на брак и семейную жизнь.
Дафна принесла свою личную жизнь в жертву жизни семейной, позабыла о себе в угоду заботе о младших брате и сестре, но даже не осознавала, сколь многого себя лишила. Перед ней стояла важная задача, ставшая делом всей ее жизни, — устроить судьбу близких. Счастье, что на семью свалилось наследство: деньги и титул открывали многие двери и сулили безоблачное будущее. Дафна уже представляла сестричку на первом балу в Лондоне, разодетую в муслин и шелк, довольную, раскрасневшуюся после множества танцев, на которые ее будут приглашать поклонники…