Соблазн ей к лицу
Единственным положительным моментом Дафне виделось то, что и Чарлз, и миссис Дарби были едины во мнении, что видели именно призрак. Это означало, что она не тронулась рассудком. А ведь она была почти готова признать, что у нее слишком разыгралось воображение.
Да, одна проблема сменилась другой. Пусть Дафна в своем уме, однако теперь ее преследует призрак покойного мерзавца.
Чарлз тоже верил в то, что они созерцали жуткое потустороннее видение. Похоже, у него не возникло ни малейшего сомнения в том, что именно предстало перед его глазами. Но стоило ли посвящать Чарлза в тайну привидения плачущей женщины? По сравнению с грозным сэром Уэсли бледное стенающее облачко казалось сушей безделицей. Стоит ли о нем упоминать?
Стоп! Дафна застыла на месте. С каких это пор она начала думать о бледном облачке как о «своем» привидении? И почему, собственно, это непременно был призрак женщины? Неужели все дело в жалобном плаче? Или все же в размерах облака? Дафна была уверена, что «ее» привидение женского пола. Более того, его появление явно не таило в себе угрозы. Теперь, почувствовав суеверный ужас перед призраком сэра Уэсли, Дафна точно знала это.
Она горько усмехнулась. Неужели Бомон-Плейс населяют не один, а целых два призрака, один из которых — жуткий черный силуэт с длинными пальцами, появлявшийся из камина, — призрак сэра Уэсли, а второй — бледное стенающее привидение несчастной женщины? А кто же издавал плачущие звуки, которые слышали ночами Эйдриан и Эйприл? Та самая женщина или кто-то еще? Пусть так, лишь бы это не были завывания сэра Уэсли! Впрочем, брат с сестрой говорили именно о плаче, а жестокосердный сэр Уэсли едва ли стал бы рыдать. Скорее, он мог быть причиной таких стенаний.
Дафна охнула. Быть может, несчастная страдалица была когда-то жертвой хозяина замка? Девушка решительно встала из-за туалетного столика, мимолетно взглянула в зеркало, желая убедиться, что щеки не горят лихорадочным румянцем, выдавая взволнованное состояние, оправила подол бледно-розового муслинового платья и вышла из спальни, тщательно прикрыв дверь. Ах, если бы за этой дверью можно было оставить все тревожные мысли, которые терзали ее сознание!
Спустившись по лестнице, Дафна обнаружила, что в гостиной уже собрались почти все. Она положила себе деревенской ветчины, тостов и несколько ягодок мелкой клубники из оранжереи Бомон-Плейс, а Эйдриан налил ей чашечку кофе. Дафна села за стол.
— Как же колдунья все это проделала? — спросил ее брат. Его глаза блестели от любопытства, он явно считал, что сестра знает ответ. — Удивительный фокус! В чем тут секрет?
— Быть может, зеркала? — пожала плечами Дафна. Эйдриан считал происшествие, случившееся накануне, просто ловким трюком, и она не собиралась его разочаровывать. Это неведение можно было считать в данном случае благом.
Эйдриан немного поразмыслил и покачал головой:
— Вряд ли. В одиночку такое не проделать. — Он нахмурился. — У нее был помощник. Как вы думаете кто? Быть может, вся эта напряженность между миссис Дарби и Гудсоном — просто инсценировка? И наш дворецкий каким-то образом участвовал в представлении?
Дафна едва не поперхнулась кофе: мысли Эйдриана переходили всяческие границы.
— Ты действительно думаешь, что он может быть замешан?
Эйдриан нахмурился. Какое-то время он морщил лоб, потом выдал новую идею:
— Да-да, Гудсон не одобряет занятий сестры, так что содействовать ей не стал бы… Значит, нашей ведьме помогала миссис Хаттон!
Чарлз, который в это время изучал лицо Дафны и гадал, почему ее так волновали истории с призраками, перевел взгляд на Эйдриана:
— Зачем вашей экономке этим заниматься? Да и не только ей. Всем вашим слугам? — Он улыбнулся. — Или ты успел показать себя хозяином-тираном, что побуждает несчастных желать твоего скорейшего отъезда из Бомон-Плейс?
— Что вы! — вступилась Дафна. — Эйдриан великодушен. Полагаю, прислуга рада, что у слуг замка появился такой добрый хозяин. Сомневаюсь, что они мечтают от него избавиться.
— А может, дело вовсе не в характере Эйдриана или кого-то из нас, — подала голос Эйприл, взволнованно округляя глаза. — Вдруг в доме спрятаны сокровища и наше присутствие кому-то мешает вести поиски? Мы уедем, и прислуга бросится искать клад!
— Ух ты, сестричка, да это великолепная мысль! — воскликнул Эйдриан, привставая со стула.
— Мистер Винтон сказал, что замок пустовал много месяцев, — напомнила Дафна. — За это время его можно было разобрать по камешку в поисках клада. К тому же мы живем здесь уже довольно приличный срок. С чего вдруг тайные сокровища должны были заинтересовать слуг именно сейчас?
Эйдриан и Эйприл переглянулись. Их лица вытянулись от разочарования.
— Пожалуй, ты права, — сказал Эйдриан расстроенно. — Но если миссис Дарби никто не помогал, как она смогла устроить такое потрясающее представление?
Чарлз поднял брови:
— Может, с помощью колдовства?
Эйприл взвизгнула от восторга:
— Вы так считаете?! Вот здорово! Я и забыла, что миссис Дарби — ведьма. Это же все сразу объясняет.
Эйдриан с сомнением посмотрел на сестру, но Дафна немедленно сменила тему, поинтересовавшись, собирается ли Эйприл навестить викария и поболтать с его дочерью Ребеккой. Беседа свернула на более невинные темы, нежели колдовство. Спустя несколько минут про миссис Дарби и ее «фокус» и вовсе забыли.
Но увы, ненадолго.
Проводив сестру и брата в гости к викарию, Дафна и Чарлз вздохнули с облегчением. Впрочем, расслабляться было рано. Эйприл горела желанием рассказать Ребекке о событиях предыдущего вечера, описав в красках творившееся в гостиной, да и Эйдриан, пожалуй, собирался поведать свою версию истории Квентину и Максимилиану. Скорее всего Эйдриан готовился здорово приукрасить случившееся, потому что любил преувеличивать. Вероятно, уже через пару дней по окрестностям поползут слухи, а спустя неделю вся округа будет рассказывать небылицы про творящиеся в замке странные вещи. Неизвестно, кто из жителей поверит в версию с ловким трюком, а кто — в привидения. Оставалось только ждать визитов соседей, жаждущих удовлетворить любопытство.
Словно прочитав невеселые мысли Дафны, Чарлз развел руками:
— Полагаю, в ближайшее время в замке будет наплыв посетителей. И первыми гостями станут викарий с женой и отпрысками. — Он прошел вслед за Дафной по холлу. — Что вы им скажете?
Пройдя мимо Синей гостиной и едва заметно передернув плечами, Дафна направилась к более официальной — Кремово-Золотой.
Когда Чарлз вошел вслед за Дафной в гостиную и прикрыл дверь, у нее внезапно сильно забилось сердце. Она осознала, что находиться с ним наедине непросто, и даже огромная гостиная казалась такой тесной, что и на расстоянии нескольких метров Дафну бросало в жар от его присутствия. Ах, если бы он прижал ее к себе — так жадно и страстно, как тогда, в конторе мистера Винтона! Она бросила на Чарлза осторожный взгляд. Даже во время невинных разговоров Дафна ни на секунду не забывала о том, что рядом с ней настоящий мужчина, сильный, с крепкими руками, широкими плечами, мягкими, но настойчивыми губами. А какие у него мощные бедра! Как они прижимались к ее бедрам, вызывая дрожь в коленках!
И сейчас же по телу Дафны прошла волна возбуждения. Она с ужасом осознала: ее соски напряглись так сильно, что груди стало тесно в узком лифе. Где-то в самом низу, между ног, стало горячо. Пытаясь хоть немного отвлечься, она постаралась вернуться к разговору, но никак не могла вспомнить, о чем шла речь и какой вопрос ей задал Чарлз.
Дафна подошла к мраморному камину с золотыми виньетками и посмотрела на тлеющие угольки. Ей было трудно повернуться и взглянуть Чарлзу в лицо: слишком велика была вероятность, что он разгадает, о чем она думала.
Чарлз подошел ближе и остановился в каких-то двух шагах позади нее.
— Так что? Какую версию вы расскажете викарию и его жене?
— Наверное, правду. — Дафна обернулась и с вызовом посмотрела ему в лицо. — Я скажу, что миссис Дарби устроила для нас невероятное представление. И оно достойно того, чтобы его показывали в столице.