Соблазн ей к лицу
— Это ужасно, — выдохнула Дафна, преисполненная ужаса и одновременно любопытства. — Убийцу бедной девушки нашли?
Миссис Хаттон качнула головой:
— Нет, хотя, видит Бог, сквайр Ренвик приложил много усилий, чтобы раскрыть это дело. Увы, человек, сотворивший это злодеяние, остался безнаказанным.
Решив, что услышала достаточно, Дафна подумала, что лучше будет спросить напрямик. Рассказ о загадочном убийстве ни на шаг не приблизил ее к разгадке ночного происшествия.
— Мне жаль несчастную, но вообще-то, задавая вопрос о таинственных историях, я спрашивала немного не о том. Я имела в виду старинные предания, передававшиеся из поколения в поколение.
Миссис Хаттон усмехнулась:
— Ах вот вы о чем! Тогда вам стоит поговорить с сестрой Гудсона, Анной Дарби. Она у нас вроде… местной ведьмы.
Глаза Дафны изумленно округлились.
— Сестра нашего дворецкого — ведьма?
— Вроде того, — хихикнула экономка. — Знали бы вы, как переживает по этому поводу Гудсон! Анна живет в маленьком домике в предместье Пензанса. Ее муж умер много лет назад, оставив одну с тремя дочерьми. Бедняжке нашла себе неплохой заработок, став предсказательницей и ворожеей. Я не верю и половине россказней о ее способностях, ибо людская молва способна на невероятные вымыслы. Но если Анна и ведьма, то уж точно не злая. Мы выросли рядом, я прекрасно ее знаю.
Дафна кивнула:
— Значит, она хорошо осведомлена о преданиях Бомон-Плейс? Почему именно она?
— Здесь каждый человек — хранитель семейных тайн и легенд, — пожала плечами экономка. — На них мы росли, их слышали от родителей на ночь, так что любой житель замка или предместий — кладезь подобных историй. Но если вы жаждете подробностей… таких, от который волосы встают дыбом, — никто не расскажет их так, как Анна Дарби. — Миссис Хаттон внезапно всплеснула руками: — Ах, но разговор с ней придется отложить. Я совершено забыла, что Анна уехала в Польперро навестить младшего брата. Это дальше по побережью. Впрочем, юная Агнесс ждет ребенка, так что ее мать вряд л и задержится в гостях надолго. Думаю, к началу января она точно вернется.
Дафна ощутила горькое разочарование. На столь долгое ожидание она никак не рассчитывала. Оставалось искать сведения в библиотеке, а также в воспоминаниях местного викария.
— Но вы сказали, что в той или иной мере предания знают все… — попытала удачи она еще раз. — Даже вы?
— Ну… давненько я не ворошила воспоминания, — рассмеялась экономка. — Да они и глупые, в самый раз только для детей. Вряд ли взрослую барышню заинтересуют байки о привидениях, блуждающих по замку и поющих унылые песни…
— А что, поговаривают, будто по замку блуждают призраки? — осторожно уточнила Дафна, не веря, что наконец нащупала золотую жилу.
Миссис Хаттон неопределенно махнула рукой:
— Пара излишне пугливых горничных распускала среди прислуги слухи, будто они видели привидения. Якобы ночами по коридорам блуждают прозрачные создания, которые стонут и напевают какие-то мелодии. Впрочем, бывали и другие случаи. Как-то юная леди из Лондона перебудила всех гостей ужасными криками. Она утверждала, что к ее кровати приблизился призрак, который коснулся ее лица ледяной рукой. Но это полная чушь, полагаю, она просто хотела привлечь к себе внимание. Леди приехала с родителями, поговаривали, что сэр Хаксли собирался просить ее руки. Кажется, избранница была не слишком рада такому пожилому жениху. После того происшествия родители увезли дочь обратно в Лондон, а о женитьбе речь так и не зашла.
— Да, прекрасная возможность расстроить свадьбу, — согласилась Дафна. — Что ж, спасибо вам, миссис Хаттон. Было любопытно узнать столько нового. Не хотелось бы, правда, чтобы истории достигли ушей сэра Эйдриана и моей сестры. Истории о призраках напугают малышку, а уж случай с убийством ужаснет даже моего храброго брата. — Дафна улыбнулась: — Представляю, как он будет подтрунивать над крошкой Эйприл. Ведь она так боится всяких потусторонних сил: привидений, гоблинов, ведьм…
— Разумеется, — кивнула экономка. — У вашей сестры такой нежный возраст. Никакие слухи не достигнут ее ушей. Что-нибудь еще?
Отпустив ее, Дафна осталась сидеть за столом, задумчиво глядя в окно. Она удивилась, как быстро темнеет. Время пролетело незаметно, и вот уже скоро весь замок должен отойти ко сну. Ей придется провести еще одну ночь в огромной спальне, ожидая очередного визита стонущего создания в бледном саване.
Дафна скривилась, заметив, что уже на полном серьезе считает ночное происшествие вполне реальным. Возможно, ей стоило сменить спальню? Но под каким предлогом? Прекрасная комната, огромный камин, великолепная постель. И если бы не призрак в белом… Дафна зажмурилась, ругая себя на все лады. Как нелепо бояться всякой чепухи!
Отмахнувшись от глупых страхов, Дафна позвонила в колокольчик и попросила появившегося Гудсона показать ей путь в библиотеку и достать переписку Бомонов, которую тщательно собрала и отсортировала мать сэра Хаксли.
Библиотека восхищала. Шикарные ковры в розовых, голубых и кремовых тонах поглощал и звуки шагов, серые шторы скрывали высокие окна, огромные дубовые стеллажи и шкафы были плотно заставлены книгами. И нигде ни единой пылинки! Корешки томиков из синей, зеленой, красной с золотой отделкой кожи пестрели на полках. В дальнем конце библиотеки распахнул пасть гигантский камин из мрамора с голубыми прожилками.
Несмотря на подавляющие размеры помещения, Дафна тотчас почувствовала уют, который излучала библиотека. Она легко могла представить, как коротает долгие зимние вечера за чтением увлекательной книги, сидя в кресле и вытянув ноги к камину. И все же стеллажи с перепиской, плотными конвертами и записками, упакованными в пачки и перетянутыми лентами, пугали своим количеством.
Несколько минут Дафна смотрела на полки с плотными упаковками писем, затем подняла подбородок, расправила плечи и сделала шаг к стеллажам. Не следовало терять время.
Когда Дафна встретилась с братом и сестрой за ужином, у нее ныла шея и болели глаза. Чтение чужой переписки оказалось занятием не только не интересным, но, скорее, мучительным.
Однако даже усталость не вызвала в Дафне желания лечь в постель, когда она вошла в свою спальню. Вернулись нервозность и страх. Девушка зажгла как можно больше свечей, переоделась в ночную рубашку, накинула поверх халат и устроилась в кресле у камина с твердым намерением просидеть всю ночь, глядя в огонь. Однако тело предало свою хозяйку, и Дафну довольно скоро сморил сон.
Проснувшись на рассвете, девушка огляделась удивленно. Она сообразила, что ни один призрак так и не почтил своим визитом ее спальню, удовлетворенно вздохнула и перебралась на кровать, в уют одеял, где с комфортом проспала еще несколько часов.
Вся следующая неделя прошла спокойно и без происшествий, и Дафна начала склоняться к мысли, что завывания и стоны полупрозрачного существа ей просто привиделись во сне. Конечно, существовали какие-то предания о призраках замка Бомон-Плейс, но даже экономка с дворецким не считали их хоть сколько-нибудь значимыми, поэтому и Дафна со временем стала придерживаться схожего мнения.
Время шло, и молодая семья Бомонов вполне свыклась с новой жизнью в замке и почти не вспоминали о тяжком быте, который был их вечным спутником в столице. Они познакомились со всеми соседями, за исключением лорда Тревельяна, а также с жителями окрестностей Бомон-Плейс, которые жили за счет барона и его земель. Самое близкое знакомство завязалось с семьей викария Хенли. Его сыновья оказались примерно одного возраста с Эйдрианом: Квентину исполнилось восемнадцать, а Максимилиан был на год его младше. Эйприл подружилась с шестнадцатилетней сестрой юношей, Ребеккой, а Дафна получала несказанное удовольствие от общения с миссис Хенли, радушной хозяйкой и чувствительной особой. Муж миссис Хенли, огромный, неповоротливый мужчина, обожал супругу и всячески о ней заботился. Порой Дафне становилось неловко от того, что теплые, дружеские отношения между их семьями изначально завязались не по причине взаимного притяжения, а исключительно потому, что Дафне требовались сведения о замке и связанных с ним легендах. Да, разумеется, довольно скоро она прониклась к викарию и его близким самыми нежными чувствами, но все равно ощущала себя немного виноватой перед своими новыми друзьями.