Сшивающая (СИ)

Большой зал королевского дворца был полон, когда церемониймейстер открыв белые с золотом высокие двери и стукнув посохом по специальной пластине громко выкрикнул.
— Его сиятельство герцог Мартинес Савейский с Ее сиятельством герцогиней Тинесией Савейской!
В зал вошла пара, перед которой расступалась в изумлении толпа придворных и гостей. Высокий худой пожилой бывший придворный маг и его молодая супруга медленно проходили мимо любопытствующих мужчин и женщин. Лакей, поклонившись, показывал, продвигаясь вперед, место, где было им отведено. Оно находилось недалеко от трона, согласно их родословной, как и любому из королевской фамилии. Рядом с округлившимися глазами и вытянутыми лицами стояли высшие чиновники, члены Госсовета, родственники короля и принцессы. Увидев его, многие здоровались, кивая герцогу, и он отвечал им легким кивком. Одни смотрели с завистью, одни с ужасом, зная силу и мощь бывшего придворного мага, одного из самых сильных в государстве.
И вот прошелся шепот по залу, и побежали слуги и лакеи организовывать проход жениху и невесте и их свитам сопровождения. После объявления имен жениха и невесты, всех их регалий, по проходу начали свое движение король Ричард Седьмой в белоснежном мундире с муаровой голубой государственной лентой на груди и в голубом платье с такой же лентой, только белого цвета, его невеста, будущая королева Илона Кьюрити. После свадьбы и коронации она сменит цвет ленты на голубой, а платье на белое. А пока молодые поднимались на подиум, где стояли два одинаковых кресла с высокими и рядом с одной и с другой стороны кресла с менее высокими спинками для гостей и сопровождения.
И началось действо под названием — обручение.
Есения крепко вцепилась в локоть дяди, когда увидела Рикарда. Он прошел почти рядом, не глядя на толпу придворных. На его спокойном лице была легкая королевская улыбка. Выйдя из поклона, Есения с щемящим чувством потери, наблюдала за церемонией обручения ее любимого мужчины и слезы подступили к глазам, когда король, надев обручальный браслет на тонкую руку невесты, прикоснулся к ее губам, в знак скрепления поцелуем. Сердце сжалось, и она закрыла глаза.
— Ты себя выдаешь, — тихо проговорил дядя, склоняясь к ее уху, — Побледнела. Прикройся веером быстро.
Он видел, какими глазами, смотрел на нее королевский телохранитель, находясь на ступенях подиума, недалеко от своего сюзерена и друга, быстрый взгляд которого, пробегал по лицам приглашенных. Несколько раз он останавливался на паре герцога.
Придерживая Есению уже за талию и чуть прижимая к себе, дядя шептал ей слова поддержки. Он уже знал эту историю и сопереживал своей любимой племяннице.
— Что делать, говорил он ей, — такова судьба всех королей. — Они не могут жениться по собственной воле. Только либо политический, либо на носительнице королевской крови. А ты, хоть и подходила бы ему в пару, но не должна открываться, или можешь быть уничтожена, как и другие Сшиватели, тем более, если поймут твою силу.
Есения не видела, как к трону со спины уже сидевших, проник Тоби и что-то шепнул тому на ухо. Король замер и кивнул.
Через некоторое время церемониймейстер начал объявлять всех приглашенных, что обязаны подойти к королевской паре с поздравлениями. Вскоре объявили и дядю с Есенией.
На подкашивающихся ногах, поддерживаемая им, она склонилась в поклоне перед самым желанным мужчиной на свете. Она не смогла взглянуть ему в лицо, ибо он тут же заметил бы ее еле сдерживаемые слезы, слезы прощания со своей любовью.
— Что же не посмотрит на меня ваша супруга, — услышала она его голос, — или не желает моего счастья?
Есения вдруг почувствовала, как напрягся и закаменел локоть дяди. Повисла пауза. Она тихо вдохнула и подняла на него черные глаза Тинесии.
— Как можно, Ваше Величество, — выдохнула она, — От всей души желаю счастья моему королю.
И еще раз присела в поклоне. Король и принцесса кивнули и дядя, придерживая Есению под руку, повел к выходу в соседнюю залу, где посадил на диван и сел сам. Привлек за плечи и поцеловал в волосы.
 
— Держись, девочка моя. Может быть, сейчас это самые трудные твои испытания. И я горжусь тобой.
Они вскоре вышли в зал, где уже протанцевали свой обрядовый танец жених и невеста и теперь танцевали, пили, закусывали и веселились гости и придворные. Слышалась музыка, которая перекрывала шум от разговоров и смеха. К паре герцога подошел молодой человек и попросил разрешение на танец с герцогиней, на что тот не дал своего разрешения и, откланявшись, увел Есению в на другой конец зала.
— Еще полчаса, — шептал он ей, — И мы можем уезжать домой. Потерпи, девочка моя.
— Я постараюсь, дядя, не волнуйся за меня. Я сильная, — также шепотом отвечала она.
И тут она увидела, как побледнело его лицо и как начали умолкать разговоры рядом стоящих людей. Спиной она почувствовала взгляд Рикарда и вся напряглась.
— Герцог! Разрешите пригласить на танец вашу супругу? — услышала она и резко развернулась к королю лицом.
— Да, конечно, Ваше Величество, — кивнул маг и вложил руку Есении в протянутую руку Рикарда.
Не поднимая глаз, она проследовала в центр танцевального круга. Рикард положил руку ей на талию, она к нему на плечо. Оркестр вступил, и полилась мелодия кружащего танца. Они молчали. Есения не могла унять дрожь, сотрясающую ее тело. Она только молилась, чтобы танец наконец-то закончился, и она уехала бы домой, подальше от терзавшего ее сердце мужчины.
— Надо поговорить, — услышала она шепот короля.
С удивлением взглянула ему в лицо. Его глаза смотрели умаляюще. И она кивнула, соглашаясь, не смея ему отказать.
— После танца, я поведу тебя к герцогу, а по пути в толпе, тебя перехватит Тоби и увлечет в тайный ход.
— А герцог? — вскинула она глаза.
— Скажем, что ты срочно попросилась в дамскую комнату, и тебя отвел мой телохранитель. Через некоторое время он доставит тебя обратно. Сделаем это быстро и незаметно. Если ты, конечно, позволишь, — прошептал он ей в волосы.
Есения кивнула. Она тоже очень хотела оказаться с ним с глазу на глаз. Может быть в последний раз.
— В последний раз, — билась в ней тревожная мысль.
Танец закончился, и через некоторое время она осталась в кабинете короля одна. Через минуту вошел он.
— Тинесия! — услышала она за спиной.
Развернулась и попала в его объятия. Увидела перед собой его умоляющее лицо и вопрошающие глаза.
— Ты любишь герцога? Зачем ты вышла за него замуж? Ты чего-то боишься?
— Нет, — проговорила она, — Отпусти меня. Не надо этого делать.
— Почему? — глухо спросил тот, наклоняясь к ее лицу.
— Ты уже практически женат, а я замужем и это нехорошо, Ваше Величество.
Рикард прижал рукой к себе за талию, другой под волосы и притянул к своим губам.
— Очень хочу тебя поцеловать. Один раз. Можно? — прошептал он ей в губы.
Она замерла, а он уже прикасался, он уже целовал. Ее голова закружилась, сердце сжалось. Обхватив его за талию, она прильнула к нему и застонала под его губами. Он почувствовал и впился страстным поцелуем. Целовал ее и целовал, уже удерживая в ладонях только ее лицо. Отрывался, смотрел на нее и вновь приникал к ее рту, пробуя языком ее зубы, сплетаясь с ее языком. И вновь отрывался, заглядывая в глаза и вновь приникал, как будто жаждал впитать ее всю в себя.
— Есения, любовь моя, — вдруг прошептал он, закрыв глаза.
Она отшатнулась и выскочила из его рук.
— Ваше Величество мы совсем забылись. Мне пора. Проводите к моему супругу, пожалуйста.
— Подожди, Тинесия. Прости, что назвал тебя другим именем, — проговорил очнувшийся король, — Но мне надо с тобой поговорить и это очень серьезно. Та надпись? Я понял, что это сделала ты, мы нашли тот тайный ход. И я хотел извиниться за ту мою пьяную ночь, когда ты пришла ко мне.
Тинесия молчала.
— Ты не отрицаешь? — проговорил король, — Значит все же, это была ты?
Она кивнула и опустила глаза.