Запретная нота (ЛП)

Это грязно.
Возможно, противозаконно.
И все же настойчиво.
Я ничего не могу поделать с тем, как сильно хочу его.
И как сильно его ненавижу.
Как сильно эти чувства смешиваются в резком вихре боли.
Если бы дело Слоан не связывало меня здесь, я бы, наверное, сбежала. Подальше от этого города. Подальше от Redwood Prep. Подальше от чёртового Зейна Кросса.
Не потому что мне не хватает самоконтроля.
А потому что он показывает, что я такой же монстр, как и те, кто стоит за убийством Слоан.
Беспринципный авторитет.
Потакает своим страстям.
Попирает законы.
Танцует над могилой приличий.
В ту ночь, когда мы встретились, я искренне не подозревала, что ему всего восемнадцать, и он учится в старшей школе. Но какое у меня оправдание тому, что теперь я дрожу от его прикосновений и прижимаюсь к нему обнаженным телом?
Я ненавижу ту, кем становлюсь.
И все же не могу остановить превращение, точно так же, как оборотень в полнолуние.
Единственной моей защитой от Зейна было расстояние.
А теперь…
Теперь моё самое большое искушение…
Мальчик с небесно-голубыми глазами, который может отменить все, что для меня важно…спит за стеной.
— Грейси, ты в порядке? — Спрашивает мама.
— А?
Я рассеянно смотрю вверх.
— Обычно ты накидываешься на блинчики с шоколадной крошкой. — Мама наклоняет подбородок и с гордостью говорит Зейну и Финну: — Она ест как лошадь. Пусть эта стройная фигура вас не обманывает.
— Мам… — Простонала я.
— Я этого не знал. — Говорит Зейн.
— Нет?
— Мисс Джеймисон никогда не ест с нами за обедом.
— Грейси, почему ты не ешь со своими братьями?
Я кривлюсь. Почему она продолжает называть их моими братьями?
— Учителя не едят с учениками, мама.
— Нет, едят.
Зейн вскидывает бровь.
— Ты должна иногда есть с ними. — Говорит мама. — Семейные узы — это хорошо
— Да, это будет полезно.
Мои глаза перебегают на Зейна и сужаются. Нам не нужно больше никаких сближений. Особенно не в голом виде.
Душевные узы? Это совсем другое дело. Я слышала, что каждый раз, когда кто-то занимается сексом, его душа связывается с партнером. Если так, то у Зейна, наверное, миллион разных душ.
Я просто одна из многих.
Возвращаю взгляд к тарелке.
— Держи. Крепкий кофе. Две порции сливок. Два кусочка сахара.
Зейн ставит чашку на стол.
Его бицепсы напрягаются, когда он наклоняется к маме, даря ей очаровательную улыбку. Кончики его волос слегка влажные после душа, и от того, как они свисают ему на лицо, у меня чешутся пальцы, чтобы зачесать их назад.
— Ах ты, милашка.
Мама щиплет его за щёки.
Так странно видеть, как она воркует с Зейном, словно он младенец. Я удивлена, что он позволяет ей это. Братья Кросс — угроза в школе. Они расталкивают толпы и заставляют первокурсников прятаться в укромных местах. Со своими татуировками, мускулистой грудью и мрачными лицами они не похожи на тех, кто оценит мамину заботу.
Но Зейн улыбается маме.
А Финна, похоже, забавляет её забота.
Зейн занимает место прямо напротив меня и выглядит самодовольным.
Я вздрагиваю от дискомфорта. Он сидит через весь стол и при этом весь в меня. Я все ещё чувствую прохладный кафель на своей спине, жар душа, его язык на моей шее, его грубые пальцы, ласкающие моё лицо.
Глаза Зейна задерживаются на мне, и по столу начинает расползаться напряжение.
Прочищаю горло и отвожу взгляд. Мой взгляд останавливается на Финне. Приемный брат Кросс внимательно наблюдает за всем происходящим. Его истинные мысли скрыты за ледяным выражением лица.
Я заметила, что он мало говорит. Это пугает больше, чем я хочу признавать.
Зейн рассказал ему о нас?
Я всегда подозревала, но теперь у меня появилось ощущение, что братья определенно говорили обо мне. И очень долго.
Эта мысль приводит меня в ужас.
Мама щиплет Зейна за рукав.
— Молодой человек, я до сих пор не понимаю, как ты намочил свою форму. Как будто ты бежал под дождём.
— Я проверил напор воды в ванной. — Говорит Зейн, скользя по мне глазами. — А потом все стало немного… мокрым.
  
Мой рот сжимается в жёсткую, тонкую линию.
Я кладу ладони на стол.
— Спасибо за еду, мам. Нам пора идти, а то опоздаем в школу.
— О, садись и доедай свою еду, Грейси. У тебя ещё есть время.
— Да, Грейси, оставайся.
— Не называй меня так. — Огрызаюсь я.
— Её друзья зовут её Грейс. — Сообщает мама. — Она ненавидит, когда кто-то называет её Грейси, но это было детское прозвище, так что я не могу его забыть.
— Грейс, да?
Глаза Зейна сверкнули в мою сторону.
— Садись-садись.
Мама ждёт, пока я снова займу свое место.
— Еда потрясающая, мисс Мариан. Лучшее, что я когда-либо пробовал. — Говорит Зейн.
— Спасибо.
— Разве не так, Финн?
Зейн толкает его локтем.
Финн кивает.
— Простите его. — Легко говорит Зейн. — Он басист. Должен сохранять таинственность.
Мама задыхается от волнения.
— О, точно! У вас троих есть группа, не так ли?
— Вообще-то нас четверо. — Говорит Зейн, вонзая вилку в блинчики. — Мы называемся «The Kings».
— Я бы с удовольствием послушала, как вы играете.
— В следующем месяце у нас будет концерт. — Говорит Зейн.
— Знаешь… — Мама шевелит бровями. — В свое время я немного пела.
Я закатываю глаза.
— Мам.
— Что? Это правда! Я думала, что стану певицей. Мечтала уехать в большой город и изменить мир. А потом у меня появилась Грейси. — Она мягко улыбается мне. — Теперь я пою только в душе и во время работы по дому.
— Вам стоит спеть в одном из наших сетов. — Предлагает Зейн.
Мои глаза расширяются от удивления.
Мама выглядит тронутой.
— Серьёзно?
Он пожимает плечами.
— Почему бы и нет?
С подозрением я смотрю на него. Почему он так любезен с моей мамой?
— Я никогда раньше не выступала перед публикой. Что, если у меня ничего не получится?
— У же…девушки Датча, — поправляет себя Зейн, — сильная боязнь сцены, но он вывел её на сцену, и она смогла выступить с нами. Мы о вас позаботимся.
Финн ворчит в знак согласия.
Мама хихикает.
— Мне нужно достать свое боа и потренироваться в беге.
— Ты же знаешь, что они играют рок, правда, мам? — Говорю я немного раздраженно. — Это совершенно другой звук.
— И что? — Зейн с вызовом поднимает подбородок. — Арета Франклин — королева соула, и она делала множество рок-кавер-версий. Музыка — это язык, который может понять каждый, независимо от цвета кожи… — его глаза пронзительно смотрят на меня, — или возраста.
— Верно. Послушай этого мальчика, Грейси. Он может научить тебя кое-чему.
Зейн откусывает полоску бекона. — Не волнуйтесь. Я уже научил.
— Мам, а надолго мальчики у нас останутся?
— Пока они не переедут в колледж. — Мама моргает. — А что?
Ужас застывает в моих жилах, и я снова вскакиваю на ноги.
— Я иду в школу.
— Я…
Зейн начинает вставать.
Финн хватает его за плечо и усаживает обратно на стул.
Пользуюсь этой возможностью, чтобы сбежать.
Схватив сумочку, я выбегаю за дверь и бегу на каблуках к ближайшей автобусной станции.
Моя машина в мастерской. Мама предложила купить мне новую, но я не хочу.
Отсутствие машины очень выручает меня, когда я хочу поработать в Redwood Prep во внеурочное время.
Ничто так не кричит «Мисс Джеймисон здесь», как моя ржавая машина, припаркованная на стоянке поздно вечером. Лучше, когда я её не беру.
Я прохожу некоторое расстояние, чтобы сесть на автобус, так как в этом шикарном закрытом поселке их нет.
К тому времени, как сажусь, я уже вспотела.
Проверяю свой телефон.
Новых сообщений от Джарода Кросса нет.
Быстро набираю текст:
Я: Есть новости от вашего друга?
Ответа нет.