Curriculum vitae (СИ)

– Это и есть стратегия выживания?
– Американцы придумали новый термин – “realpolitik”. Можешь использовать его.
– Не читал про такую стратегию ни в одной книге. Например, доблестный рыцарь Айвенго…
– Баллады и романы о рыцарстве, Жорж, написаны для плебеев и вассалов, а я тебе приоткрыл часть страницы, предназначенной сюзеренам.
– Зачем?
– Хочу сделать своим союзником, пусть даже временным. Прекрасно понимаю, что твои принципы не позволят использовать тебя втемную или в качестве тупого наёмника… Пробовать не стоит, ибо результат может быть противоположным от задуманного, ты это прекрасно доказал в Боснии. Поэтому я решил играть открытыми картами…
– Открытые карты? Хорошо. Тогда предлагаю встречно. Сделка, к которой ты меня так усердно готовишь, состоится только в том случае, если на мои вопросы не последует ответ “Это не твоё дело” и “Это закрытая информация”. Во время службы я успел понять, что за такими фразами обычно стоят глупость и некомпетентность, а вовсе не желание хранить секреты.
– Собственно, я это и предложил…
– Тогда первый вопрос – ты представляешь мировое правительство? Прости, но это единственное объяснение тому, как такой непримиримый к кровожадному Ордену “Опус деи” человек вдруг остался в живых!
– Господи, Жорж! Вместе с четкими, понятными принципами и нравственными рамками в твоей голове намешано столько очаровательной чуши! Нет никакого мирового правительства! Нет, не было и никогда не будет! Это идея-фикс финансистов – Варбургов, Рокфеллеров и им подобных, считающих, что деньги правят миром!
– А это разве не так?
– Деньги – всего лишь функция власти, в основе которой лежит та или иная система идей – светских, религиозных, оккультных, в конце концов. Информация и энергия важнее вещества, а метафизика – физики. Sapienti sat.
– Повеяло масонами…
– Да, они определенно имели вес. Скажу больше – «Вольные каменщики» оказались причастными ко всем революциям с конца XVIII века. Но к началу ХХ их потенциал исчерпался, и потребовались новые формы наднационального согласования. К революциям в Португалии в 1910 или в России в 1917 приложили руку уже совсем другие люди. В первую очередь это общество с кратким, как свист пули, названием “We”. Его создал Сесил Родс и пестовал всю свою жизнь Альфред Милнер. Конечно, масонство никто не отменял, но оно перестало быть единственной и доминирующей формой работы. После Второй мировой войны и краха Британской империи возникла потребность в новом «поколении» структур наднационального согласования. Появились Четвертый рейх Бормана, Бильдербергский клуб, Римский клуб, Трехсторонняя комиссия… Многие их члены оставались масонами, иллюминатами, бнайбритовцами и так далее, но решения принимали принципиально новые структуры, «заточенные» под иные задачи.
– Ты уже дважды сказал про наднациональное согласование. Разве это не есть мировое правительство?
– У всех крупных сил имеются свои долгосрочные планы. Кто-то называет их заговором, я предпочитаю термин «проект». Мировая история – это битва Проектов, их равнодействующая. Единой управляющей кнопки нет ни у кого. “Опус деи” полностью устраивает лордов и герцогов, пока он не трогает их собственность, а разрушает другие государства, способствует потоку дешевых ресурсов с Востока на Запад. В этом заключается главный консенсус, создающий видимость единого управляющего центра. На самом деле это просто единство интересов элиты, куда входит европейская аристократия, избранные финансисты и промышленники. Они, конечно, связаны между собой деловыми, родственными и даже оккультными связями, организованы в закрытые ложи, клубы, комиссии. Но это не пирамида власти, а семейно-деловая паутина, существующая в ее нынешнем виде 150 лет.
– Королева Великобритании входит туда?
– Разумеется. Как и королевская семья Нидерландов, ряд герцогских и графских семей Италии, Германии, Австрии. Это вовсе не декоративные фигуры, не реликты Средневековья, коими их часто изображают, а один из сегментов тех, кого британский премьер Дизраэли называл «хозяевами истории».
 
– А Клинтон?
– Да упаси Бог! Уж если Буш-младший говорит, что единственное, к чему пригоден этот музыкант – приносить кофе в постель, то европейская аристократия не допустит его даже к выносу ночного горшка. Что такое президент и премьер-министр? Высокопоставленные клерки, нанятые элитой для обслуживания своих интересов. Обычно за клерками присматривают специальные сюрвейеры, как, например, полковник Хаус при президенте США Вудро Вильсоне и «помощник» британского премьера Ллойд-Джорджа лорд Лотиан. В реальности президент и премьер состоят при своих «помощниках», а не наоборот. Редкое исключение – Буш-старший и его недоросль-сын. Буши входят в мировую верхушку, они – дальние родственники британской королевы, руководят филиалом иллюминатов в Йелле. Но повторю – это исключение. Как правило, президенты и премьеры – выходцы из среднего слоя, на который англосаксонская аристократия смотрит свысока.
– А Билл Гейтс входит в мировую верхушку?
– Ну, конечно, нет, как и все другие представители «молодых денег», включая русскоговорящих олигархов. Фактически это – живые консервы, неприкосновенный запас на случай острого денежного дефицита.
– Но почему тогда так устойчив миф о мировом правительстве?
– Время от времени появляются сумасшедшие, страдающие манией величия. Иезуиты переболели этой инфлюэнцей 500 лет назад, когда мир был значительно проще. А сейчас он стал слишком велик и сложен, чтобы им управлять из одного центра. Это первое. Второе – аристократия не едина. Кланы, ордена конкурируют друг с другом, понимая, что в мире на всех места не хватит. Самые верхние два-три десятка Семей всегда договорятся. Остальным придется отвоёвывать своё место под Солнцем с оружием в руках… И хотелось бы подойти к горячей фазе веселья во всеоружии.
– И как на эту невесёлую картину ложится стратегия выживания и “realpolitik”?
– Идеально. Я тебе поведал, что аристократы Европы никуда не делись и до сих пор являются хозяевами континента, но ничего не рассказал про то, каким образом это было сделано и чего стоило…
– Знаешь, Петер, не надо про всех аристократов сразу. Расскажи о своей семье…
Дальберг поворошил кочергой угли, красный отблеск огня подсветил его лицо снизу, сделав каким-то неестественно-инфернальным. Хохотнул, но на этот раз его смех звучал натужно.
– Что ж, это вполне справедливое требование, хотя наша история не сильно отличается от других. Изволь. Во время Наполеоновских войн один из Дальбергов до конца оставался с Бурбонами, а другой служил Наполеону, был доверенным лицом Талейрана. Наполеон I сделал его великим герцогом франкфуртским и членом государственного совета. В результате семья избежала репрессий при Бонапарте и не попала в опалу после реставрации монархии. Даже больше – после второй реставрации Дальберг стал пэром Франции и посланником при туринском дворе.
– Надеюсь, родственникам не пришлось стрелять друг в друга, чтобы подтвердить свои верноподданические чувства?
– Всякое бывало, – уклончиво ответил Дальберг. – Рейн – пограничная река, вдоль которой всегда проходили границы чьих-то владений, и надо было приложить усилия, чтобы не оказаться удобной грушей для битья…
– Прости, что задаю много вопросов.
– Ничего страшного. Далее ничего не менялось. Во время Первой мировой старший брат семьи Дальбергов вместе с Вальтером Николаи создавал разведку Второго Рейха, а младший в это же время делал карьеру в Пятом разведывательном управлении генерального штаба Франции, был правой рукой Мориса Палеолога – посла Франции в России.
 
– И это не привело к ненависти внутри семьи?
– Напротив! – краешками губ улыбнулся Дальберг, – братья любили друг друга и ценили больше собственного начальства. Регулярно обменивались конфиденциальной информацией, в результате оба бойко росли по службе…
– Погоди-погоди, – Распутин от изумления выпучил глаза и привстал с кресла, – они сливали противнику секретные сведения собственных служб?