Шанс на счастье

– Это невозможно, – решительно заявила я и, шагнув к ним, забрала дочь из мужских рук.
Плач сразу же усилился. Дашка начала выгибаться и орать погромче, чтобы точно все услышали.
– Майя, давай я просто перестегну кресло, – предложил Кирилл. – Тут работы на две минуты.
– Нет, – решительно заявила я и буквально насильно усадила упрямицу на ее место. Дарья стала вырываться, пинаться, а потом перешла на визг.
  
Не обращая внимания на выкрутасы маленькой капризули, пристегнула ее ремнями, а затем просто захлопнула дверь автомобиля.
– Так нельзя, – Кирилл отодвинул меня в сторону. – Она же маленькая. Посмотри, как громко плачет.
– Она капризничает и пытается слезами добиться своего, – пристально посмотрела на мужчину. – Но у нее ничего не выйдет. Рядом с тобой сижу я, и точка. Ей придется это принять.
– Майя, ты сейчас ведешь себя как дитя неразумное, – в его голосе появились металлические нотки. – Не хочу с тобой ругаться, но ты не права.
– Права, потому что я ее мать и точно знаю, когда слезы по поводу, а когда – впустую.
Кирилл нахмурился и процедил:
– Мой дочь сейчас захлебывается слезами, а ты стоишь и споришь.
Шагнув ближе, заглянула в мужские глаза и уточнила:
– Ничего мне объяснить не хочешь?
– Ты сейчас о чем? – на лице Кирилла появилось недоумение.
– О том, что твое поведение выглядит крайне странным. Складывается впечатление, что Дашка – твоя дочь, а я ей – всего лишь мачеха. Ты сам не замечаешь, как вознес малышку на пьедестал в доме.
– Майя, – у мужчины дернулось веко на глазу. – Не выдумывай того, чего нет.
– Ты уже сам этого просто не замечаешь. Твои поступки выглядят странными, как и привязанность к маленькой девочке. Я была бы рада, если бы ты стал ей настоящим отцом, но… Твое слово теперь решающее в любой ситуации. Ты сам лучше знаешь, что для Даши надо, и даже меня стараешься отодвинуть в ваших отношениях на задний план. Это ненормально!
– Садись в машину, – рявкнул Кирилл и так на меня посмотрел, что спорить я не решилась.
До дома мы ехали в тишине. Дарья, наревевшись, уснула.
Я украдкой поглядывала на мужчину, уже понимая, что наговорила лишнего и чем это аукнется было пока непонятно.
Въехав во двор, Кирилл молча вытащил малышку из кресла и бережно передал в руки няни, а потом бегло бросил:
– Идем.
– Куда? – автоматически уточнила я.
– Ты же хотела поговорить, – рыкнул мужчина в ответ. – Кабинет для этого самое подходящее место.
Он решительно направился вперед, а я едва поспевала за ним.
Как только оказались в небольшом помещении, Кирилл плотно закрыл дверь и кивнул на кресло для посетителей:
– Присаживайся, – сам же он присел на краешек стола, демонстративно сложил руки на груди и рявкнул. – А теперь рассказывай, какая ерунда зародилась в твоей хорошенькой голове. Что ты там выдумала такого?
– Я просто говорю, что твое поведение выглядит странным. Ты позволяешь малышке все, решил ее удочерить, даришь украшения и тигром бросаешь на любого, кто, на твой взгляд, обидел Дашу, даже если это ее мать. Конечно, можно сказать, что ты – идеальный мужчина, безумно полюбил чужого ребенка, но так не бывает.
– А как бывает? – послышалась насмешка в ответ.
Я подняла взгляд на Кирилла, внезапно осознав, что наш разговор, видимо, мужчину забавляет.
Приподняв брови, повторила его позу и уточнила:
– Да всякое бывает, тут даже придумывать не надо. Может, расскажешь, зачем тебе чужой ребенок? Ты же понимаешь, что, удочерив Дарью, сделаешь ее своей наследницей?
– Чужой? – мужчина помрачнел. – Конечно. А ты не допускаешь мысли, что сердцу не прикажешь? Что эта девочка стала мне дочерью? Я вообще пока не пойму сути твоих претензий? Может, мне надо стать злобным отчимом и гнобить ребенка, только потому что он не мой?
Я невольно замерла. Подобную ситуацию даже представить было страшно.
– Или давай, – Кирилл чуть наклонился вперед, – сдадим ее в детский дом. У нас же будут родные дети, вот их будем воспитывать. А эта девочка – балласт.
– Спятил?! – невольно закричала я. – Знаешь что… Я свою дочь обижать никому не позволю!
В ответ Кирилл спрыгнул со стола и шагнул ко мне. Положив ладони на плечи, он заглянул в глаза и прошипел:
– Майя, тогда определись. Я уже выбрал – вы моя семья, а раз так, все и всегда решать мне, потому что мужчина несет ответственность за близких. Нравится или нет, но всегда будет так.
– Кирилл, – я попыталась объяснить свои чувства, но мне не позволили.
Мужчина бесцеремонно перебил:
– Майя, ты уж реши, мы – семья? Или кто?! Потому что сейчас твое поведение выглядит странным, и знаешь, я даже больше разговаривать с тобой не хочу.
После мужчина вышел, напоследок грохнув дверью.
Оставшись в одиночестве, обхватила лицо ладонями и невольно закачалась.
Кажется, я совершила ошибку… Кирилл действительно полюбил Дашку, а я… В голову сразу полезли дурные мысли. Вспомнился тот момент, когда пришлось выживать, считая каждую копейку, размышляя купить себе булочку или лучше отложить денег на очередную пачку памперсов.
Наверное, меня сможет понять лишь тот, кто жил впроголодь, когда каждый рубль – сокровище. Сейчас у меня был Кирилл, обеспеченная жизнь, спокойствие, а я… Сама все испортила, своими руками… Я не знала, что будет дальше.
Поднявшись в комнату дочери, махнула рукой няне. Она молча вышла, а я, зависнув над детской кроваткой, вздохнула.
Внезапно за спиной послышался шорох. Обернувшись, увидела Кирилла. Он встал позади, обняв меня за талию и тихо спросил:
– Майя, Дашка же моя дочь?
Понимая, что решается наше будущее, кивнула:
–Твоя.
 
Глава 3
 
Погладив обручальное кольцо на руке, невольно улыбнулась. Даже не верилось, что наконец-то моя мечта сбылась, и я стала законной супругой господина Алферова… Все, к чему я так долго шла, наконец-то осуществилось. Теперь рядом со мной был достойный мужчина, который станет настоящим защитником для меня и Дарьи. Кирилл официально удочерил малышку, чем еще раз подтвердил – мы очень для него важны.
Наша церемония бракосочетания была весьма скромной. Мы просто поставили подписи в документах и обменялись кольцами, а потом направились домой, где меня уже ждал парикмахер из салона красоты.
Праздничный банкет был назначен на семь вечера.
Пока мастер занимался моей прической, Дарья постоянно крутилась рядом. Ее очень привлекли парикмахерские инструменты. Она хватало то одно, то другое, едва не обожглась щипцами, перевернула косметику и, в конце концов, так утомила своим непослушанием, что я была вынуждена попросить няню увести ребенка во двор и занять ее игрой.
Маленькой капризуле это совсем не понравилось. У нее явно были свои планы. Осознав, что спорить со мной не получится, дочка закатилась в истерике, и успокоить ее оказалось весьма непросто.
Даша в последнее время стала вести себя очень плохо, потому что поняла – желаемого можно добиться слезами. Едва ей стоило заплакать, тут же появлялся Кирилл и позволял ей практически все. Он с безумным трепетом относился к дочери и безмерно баловал малышку. Мне это не нравилось, но любые попытки поговорить на эту тему, мужчина прерывал. У него всегда был один ответ на мои претензии: «Детей нужно любить, и тогда они тебе ответят тем же». Никакие мои аргументы не действовали. Кирилл все равно делал так, как считал нужным.
– Любимая, ты готова?
Услышав голос уже мужа, поняла, что, задумавшись, совершенно забыла о времени.
Кирилл в черном элегантном костюме вошел в комнату и окинул меня восхищенным взглядом.
  
– Ты невероятно красивая, – тут же послышался комплимент.
– Спасибо, – я шагнула к зеркалу и замерла, придирчиво рассматривая свое отражение.
Свадебное платье с открытыми плечами, расшитое мелкими драгоценными камнями, выгодно подчеркивало фигуру. Воздушная многослойная юбка с необычными серебристыми узорами, придавала наряду волшебства и сказочности. Каждый камушек к этому великолепию тщательно отобрали и отшлифовали, каждый стежок казался безукоризненно ровным, а вся вышивка сделана исключительно серебряными шёлковыми нитями вручную.