Место в жизни (СИ)

Схватив с крышки пианино вазу, Морган запустил ей в голову разгоряченного Роба, следом перехватывая занесенный кулак кого-то еще и несколько раз крепко ударяя под дых. Со спины напрыгнули, а горло сдавило какой-то палкой. Артур закашлялся и захрипел, но стиснул зубы и рывком нагнулся вперед. Движение оказалось слишком резким и дезориентирующим. Потеряв равновесие, Артур сшиб собой и противником стол. Это помогло освободиться и врезать локтем напавшему по ребрам.
— Ну что, кто еще хочет?! — выпрямившись, Морган тут же получил удар в скулу и ощутил во рту привкус крови.
Боль рассекала туман опьянения, была желанной и мотивирующей. С рыком Артур бросился на полноватого мужика, прописывая ему ответный хук с одной и другой руки, вырубая.
— Ты… сукин сын!
Пытаясь встать с пола, Роб потряс головой. Кровь заливала ему лоб, но он с упрямством барана принимал вертикальное положение. Держась за уцелевший стул, он, покачиваясь, сплюнул на пол.
— Ты… мать твою….
Делая неуверенный шаг, Роб оскалил желтые зубы.
— Моего….ик….Брата! Да я тебя… Гниду… Вытрахаю….!
Кулак рассек воздух, но не достиг цели. Мир снова закрутился и Роб увидел потолок. Он не ощутил, как от удара полетел назад, успев лишь взмахнуть руками. Падая на пол, громко и тяжело, точно мешок с дерьмом, фермер застонал. Зубы клацнули с, как ему показалось, громким лязгом, чудом не откусывая своему владельцу язык.
Но драка на этом не закончилась. Вскипевшая кровь горожан, далеко не белоручек из городов типа Сант-Дени, все же требовала выхода.
— Эй, ублюдок!
Кулак косоглазого Майлза прилетел прямо в бок Артура. Ловкий и худой, как щепка, он был очень быстрым. И почти трезвым, если не считать трех рюмок виски. Поддавшись всеобщему запалу, он совсем позабыл, что чаще всего огребает в драках. Свидетельством тому было отсутствие передних зубов.
Джеймсу Фостеру давно не приходилось видеть такое побоище.
Вопящие девушки жались в углах, но на них никто не обращал внимания, за исключением толстяка Кирби. Он тянул свои потные руки к юбкам и пытался ущипнуть девушек за груди. Отчего визг подымался еще выше. Пощечины его не останавливали, а лишь раззадоривали. Рыча и злясь, он пытался ухватить хоть одну за запястье и утащить подальше, пока имелась возможность.
Фостер на пару секунд даже растерялся — кого останавливать первым?
Кирби, уже выдергивающего девчонку, которая укусила его и теперь получила тяжелый удар по лицу? Дерущихся Донована и Ксавье — двух фермеров, в вечном состоянии «на ножах» из-за своих фермерских угодий и попыток забрать себе лишний кусок земли, несмотря на закон и решение мэра?
Или этого чужака, сопротивляющегося нападениям беззубого Майлза и Стоуна?
Кулак Майлза снова достиг цели, попав в скулу. Но сам мужчина не успел уклониться и схватился за живот. Шляпа слетела с головы. Когда Морган схватил его за волосы и придал удару силу, заставив встретиться лицо с поверхностью стола, он истошно заорал:
— Мой нос… Аргх… нос!
Трясущейся рукой накрывая сломанный нос, Майлз сполз на пол и заскулил.
— Кусок дерьма… — звук затвора коснулся слуха Артура.
Щелчок со спины не предвещал ничего хорошего. Спутать его нельзя было ни с чем. Покачивающийся Роб стоял и смотрел на троящегося Моргана, пытаясь взять его на прицел. Палец лег на курок и соскочил.
— Конееб… Ты не двигайся… Я тебе мозги выпу…щу!
Выбор? У Джеймса его не было.
Сбивая с ног Роба, выбивая из его руки оружие, Фостер запустил новый виток драки. Кто-то приложил его по спине. Шляпа покатилась по полу. Но Роб оказался обезоружен.
С губ шерифа сорвался рык. В попытке встать он оказался отброшен в сторону. Сбив с ног Диккенса, схватившего стул и опустившего его на чью-то спину, Джеймс поднялся и выцепил взглядом чужака.
— Мать твою! Данко!
Окрикнув своего помощника, Фостер перепрыгнул через поваленный стол и отбил метивший в его бок удар. Ножка стула в руках Диккенса постаралась теперь уже достать его спину. Блокируя удар, поднырнув под руку фермера и ударив в челюсть, Джеймс оказался в центре зала. Спина внезапно врезалась в чужую.
Резко разворачиваясь, Джеймс не медлил и секунды. Тот, с кем он столкнулся уже нашел новую цель. Упавший на пол Роб, неизвестно как добравшийся до своего оппонента, уже не кричал. Он кашлял и судя по всему терял сознание. Его лицо было залито кровью. А кулак, опускающийся с силой на побитую морду, продолжал свое дело.
Пальцы сомкнулись на локте чужака. Джеймс перехватил его руку. Второй, придерживая за плечо, довольно грубо дернул на себя назад в попытке не дать добить задыхающегося Роберта Стентона.
— Тебе тоже навесить, приятель?! — развернувшись на перехват, Артур ударил шерифа в солнечное сплетение.
Левой рукой вышло слабее, чем могло бы быть правой, а потому вырваться с первого раза не получилось. К тому же в ногах мешался отключающийся Роб, зацепившись в шаге за которого мужчина едва не упал.
Шум, треск и крики лились со всех сторон. Несмотря на запал, Артур чувствовал, что выдыхается. Нанося второй удар по почкам, уже встав напротив Джеймса, он высвободил руку и схватил шерифа за грудки, отталкивая в сторону. В груди болезненно закололо, а дышать стало сложнее. Измождённым легким требовалось больше воздуха, сердце заходилось от адреналина и разгоняло кровь, изнашиваясь.
Туберкулез был вылечен, но оставил в пораженном теле пожизненный след о себе.
— Сучий потрох… — рыкнув под нос, больше обращаясь к своему состоянию, Морган пошатнулся и успел зацепиться за стол, тряхнув головой.
Ничего, бывало и хуже. Намного хуже. Когда он закашливался и готов был выплевывать по кускам свои легкие на грани потери сознания. Когда кулак едва сжимался, а удар больше напоминал детский толчок в грудь. Когда ноги подкашивались от поражающей тело слабости, а впереди его поджидали пинкертоны. Но тогда спасало оружие. Переходить на расстрел сейчас Артур не собирался.
Нужно было выдохнуть и собраться. Уложить этого спесивого и уходить.
— Ро-о-о-о-б!
Держащийся за косяк двери Чарльз пытался не упасть и отыскать своего брата. В общей суматохе и неразберихе он не сразу заметил лежавшего младшего Стентона на полу.
Роб не шевелился. Перевернувшись на бок и подтянув ноги к груди, он казался мертвым. Несколько раз его пнули, спотыкаясь о немаленькую тушу. Носок сапога ударил аккурат в бок, но движения не было. Только тонувший в общем крике и ругательствах тихий стон.
Сознание уплывало от Роба. Он не видел ничего кроме размытых силуэтов; свет гас, перед глазами вспыхивали черные круги. Они взрывались. Когда чьи-то руки подхватили его и потянули с пола, придерживая за плечи, он скривился и охнул. Заплывший глаз не открывался, разбитый нос хлюпал, а голова как у сломанной куклы болталась из стороны в сторону.
— Давай, Роб… Ну же…
Его оттащили к стене и усадили на пол, не давая снова упасть. Подпирая стену спиной, младший Стентон клевал носом. Похлопывания по щекам вызывали едва заметное раздражение, которое не достигало выхода.
— Мнх…
Промычав и уронив голову на грудь, Роб не замечал, что из его разбитых губ кровь текла прямо на и без того порванную рубаху. Его голову снова вздернули, и он проскользил мутным взглядом по салуну.
Расплывчатая картинка прерывалась темнотой. Вот в одну секунду Роб видел, как Джеймс Фостер оттолкнул от себя налетевшего Ксавье. Лицо шерифа исказила гримаса злости; кулак с силой врезался в лицо. Фостер что-то крикнул, перехватывая и отталкивая от себя очередного летящего на него фермера. В следующую секунду Стентон увидел, что Кирби орет с расцарапанной рожей. Захотелось засмеяться и сказать: «Так тебе, сука, и надо! Ты же только со своими свиньями справиться можешь, Кирб!»
— Данко!
Голос шерифа звучал издалека. В сознании Роба наступила темнота. Но через неё продолжали доноситься вопли.
«Темно. Темно. И горячо, лицу очень горячо. Где этот конееб? Я ведь так и не добрался до ублюдка, хоть был совсем рядом. Вон он… Сука! Шатается и пытается идти на выход. Сука, сука! Почему снова так темно…?»