Под предлогом ненависти

Проще учить все в одиночестве, где тебе ничто не мешает, но мисс Штерн настоятельно рекомендовала мне сидеть именно здесь и сказала, что придет проверить то, насколько хорошо я выполнила ее поручение.
Открываю дверь и пробегаюсь взглядом по территории, которая оказывается поразительно чистой, за исключением пожилого библиотекаря, красивой девушки, которая что-то объясняет мужчинам в рабочей униформе у стеллажей, и несколько человек, увлеченно выполняющих работу за учебниками, ноутбуками и тетрадями.
  
Удивительно…
Итак, мне нужно проторчать здесь полтора часа и впустить в свой мозг немного больше информации о введении в право.
Я решаю отправиться на поиски необходимых мне учебников, и, взглянув на список, который мне дала мисс Штерн, иду к стеллажу с соответствующей буквой. Просматриваю стоящие книги на полках и замечаю ту, которая мне нужна на самом верху. Там, куда я, в силу своего роста, не смогу дотянуться. Даже если напялю на свои ноги три пары таких каблуков.
Я прохожусь по сторонам, чтобы попросить помощи у кого-нибудь, но библиотекарь и девушка с рабочими куда-то испарились, человек-наушник, к которому я дважды обратилась, делает вид, что он тут один, второй – отрицательно качает головой, словно я попросила его заорать на всю библиотеку, что он другой ориентации, а третий – просто разворачивается и слишком быстро сваливает, словно я инфицирована чем-то, что передается через помощь мне.
Прекрасно.
Хорошо, сама справлюсь. Уже взрослая девочка.
Наклонившись, я стягиваю со своих ног убийственные туфли и на несколько секунд застываю в таком положении: закрываю глаза и почти стону от этого расслабляющего ощущения.
Схватившись за край, я ставлю ногу на вторую полку снизу и вытягиваю руку максимально высоко, до тех пор, пока кончиками пальцев не касаюсь нужной. И вот, она почти в моих руках, и я могу радоваться. А могу и биться в истерике.
Теперь становится понятно, по какой причине рабочие оказались здесь… теперь понятно, почему в их руках были инструменты…
Гравитация, черт бы ее взял, начинает работать против меня. Я теряю равновесие, полка под моей ногой не выдерживает мой вес, и я просто падаю вместе с книгами. Вместе с незакрепленным стеллажом! Падаю на что-то физически ощутимое. На что-то, что дышит мне на ухо.
Ненавижу сегодняшний день!
Это. Было. Больно.
Я… живая вообще?
– П-п-помогите, тут кто-то у-у-умирает! – кричит кто-то, разрезая уши слишком громким писком.
– Да неужели! Теперь кто-то решил откликнуться на мою просьбу? – шиплю я, а потом чуть громче добавляю: – Никто тут не умирает! Помоги поднять эту чертову полку, пока меня не выгнали отсюда за порчу имущества.
Я пытаюсь опустить ноющую руку, но из-за тяжести это сделать невозможно. Зато эта возможность есть у того, на ком я сейчас лежу.
И этот человек предпочитает не отталкивать стеллаж или раскидывать книги, которые валяются на нас и просто повсюду, а потянуться к подолу моего платья и оттянуть его вниз.
Спасибо, добрый человек, за помощь! Показывать кому-то трусы еще и спереди сегодня в мои планы не входило. 
– Так я знания еще не получал. Надеюсь, больше не получу.
Я напрягаюсь и, кажется, перестаю дышать, когда слышу его голос.
– Скарлетт, это снова какой-то странный спор?
Серьезно? Из всех… всех людей, на которых я могла упасть, этим человеком оказывается он? ОН?!
– Тео? Ты… ты что здесь делаешь? – спрашиваю я, стараясь вернуть себе обладание и не орать, а говорить спокойно.
– Э-э-эм, лежу, а ты?
– И я лежу…
Отлично ты на него производишь хорошее впечатление…
– Удобно? – интересуется он, а я пытаюсь не закатывать глаза, но они делают это сами по себе, даже, когда на мне лежит большое количество бумаги и дерева.
– Не представляешь как…
– Ой, что здесь произошло? – звучит обеспокоенный женский голос. – Вы там в порядке?
Конечно, мы в порядке! Всего-то к ссадинам на моих ногах прибавятся пару синяков на теле.
– Сейчас… сейчас я позову кого-нибудь, вы только не двигайтесь.
Какая бессмысленная просьба… Я не чувствую свои конечности. О каких вообще движениях может идти речь?!
– Расскажешь что-нибудь? Или мне и дальше слушать твои слишком громкие мысли? – спрашивает он, обдавая горячим дыханием мою кожу.
– Я ни о чем не думаю.
– Что ты тут делала?
– Пыталась достать книгу, которая не хотела попадать в мои руки.
– Если посмотреть вокруг, то складывается впечатление, что в твои руки хотели попасть все книги из библиотеки, – отмечает он, умудряясь шутить в такой ситуации.
– Прости, я не специально…
– Ничего страшного, но пообещай, что, как только мы выберемся из книжного плена, ты будешь держаться от меня на приличном расстоянии. А то что-то мне подсказывает, что рядом с тобой я не проживу долгую и счастливую жизнь.
– Верно… – задумчиво произношу я, пытаясь сообразить, что мне дальше делать. – То есть, да, хорошо. Это чистейшая случайность.
К счастью, нам больше не обязательно продолжать диалог, потому что возвращается та девушка с подмогой, и нас начинают в ускоренном темпе освобождать.
Когда стеллаж ставят в вертикальное положение, как он и стоял до этого, я все еще чувствую на своем бедре его руку, которой он продолжает придерживать мое платье.
Прочистив горло, я опускаю вспотевшие ладони на пол и поднимаюсь, не желая даже смотреть на него. Но все-таки делаю это и открываю рот, чтобы произнести отрепетированную в голове извинительную речь, которую в результате прерывает голос девушки:
– Тео, ты в порядке?
Я поворачиваюсь в ее сторону и готовлюсь еще сотню раз сказать о том, какой отвратительный день сегодня выдался.
Эта девушка выглядит так, словно сошла с небес, добрела до модного мужского журнала, а потом пришла сюда. Длинные светлые волосы волнами спускаются с ее плеч, нежное розовое платье в мелкие цветочки и полное отсутствие каблуков.
Ее взволнованный взгляд проходится по человеку, который стал моей подушкой безопасности при падении, и что-то в этом мне не нравится.
Потирая руку в месте, где распространяется болезненная пульсация, я даже не надеюсь получить хотя бы от одного из присутствующих слова беспокойства за мое самочувствие. Я просто продолжаю находиться третьей лишней в этом круговороте взаимного внимания.
– Да, Фелиция. – Тео начинает улыбаться, смотря на нее, а я хмуриться, пытаясь сложить слишком простое уравнение в своей голове. – Хотя, знаешь, вот тут слегка болит, – говорит он, касаясь рукой участка на своей шее.
– Пойдем со мной, у миссис Уолк должна быть мазь, которая тебе поможет, – говорит она, кивая в сторону библиотекаря. И он уходит. Уходит, даже не взглянув на меня. И меня что, это задевает? Бре-е-ед!
– Слушай, я все понимаю, но может ты тоже будешь собирать то, что сама же устроила? – говорит человек-наушник, возвращая меня в реальность, и я перевожу взгляд на него.
– Да все-все, иду я, – произношу я, раздраженно вздохнув. –  Спасибо за помощь, теперь можешь быть свободен. Я сама справлюсь.
Он уходит, а я босиком подхожу и рассматриваю катастрофу, которую сама же и устроила. Прикинув в голове, сколько у меня уйдет на это времени, я осознаю, что теперь даже под дулом пистолета меня не затащат в стены библиотеки.
Подняв четыре книги, я подхожу к стеллажу, и мой взгляд приковывается к тому, как Фелиция слишком нежно трогает шею Тео, растирая кожу мазью.
Как это мило…
Я качаю головой, продолжая ставить книги, но останавливаюсь, застыв на осознании одной интересной мысли:
  
Погодите-ка…
Он и она… Они… встречаются?!
Или…
Нет, нет, нет. Об этом не было никакой информации! Если Карли решила таким образом втянуть меня в эту любовную линию и сделать из нее треугольник, я ее убью. Ни под каким предлогом я не буду встревать в чужие отношения!