Под предлогом ненависти

Правило номер два: восхваляй его. Восхваляй, даже если это все ложь. Даже если эта похвала выблевывается из твоего желудка – все равно хвали!
– В ту ночь, когда ты привез меня в полицию, я даже представить себе не могла, что в наше время еще есть такие порядочные парни, которые в любой момент могут протянуть руку помощи девушке, находящейся в беде.
Господи, если ты меня слышишь, можно, я прямо сейчас сгорю от стыда и поднимусь на небеса? Посидим с тобой за каким-нибудь безалкогольным коктейльчиком и на перемотке посмотрим мой позор… Клянусь, я от души буду ржать над собой.
  
Смотрю на него и понимаю, что с каждым произнесенным мною словом его взгляд становится все тусклее и тусклее. Словно я сейчас не восхваляю его и благодарю, а, наоборот, втаптываю каблуком своей туфли его самоуверенность на самое дно. Что-то не так…
– С тобой все нормально? – интересуется он, приподняв одну бровь.
Ура! Наконец-то он хоть что-то сказал!
– Да… да, все отлично, – утвердительно киваю головой. – Просто… я тут никого не знаю, и хотела подружиться с тобой – с единственным человеком, с которым уже успела немного познакомиться и пообщаться, – произношу я, чувствуя, что меня уже порядком затрах… уже слегка надоел этот странный моно-диалог. – Расскажи мне немного о себе, – прошу я, складывая руки на столе и опираясь о них подбородком.
– Слушай, Скарлетт, – начинает он, в очередной раз облизывая свои губы, – я сегодня не в настроении на общение и обмен любезностями. Может, поболтаем как-нибудь в другой раз? Я о-о-очень спешу, – говорит он, поспешно вставая. Он прячет телефон в задний карман, туда же отправляет наушники, и поднимает поднос со стола, но я решаю прибегнуть к третьему правилу.
Правило номер три: проявлять телесный контакт. Даже если потом тебе придется очень жесткой мочалкой оттирать от своих рук ощущение тепла его кожи.
Я опускаю ладонь на его руку, которую он останавливает на полпути к своему обеду, и резко отдергиваю, почувствовав, что сотворила что-то очень странное.
– Постой, – говорю я, смотря на то, как равнодушно он пялится на меня. – Ты простил меня за тот инцидент?
– Просто забей, – произносит он, поднимает поднос и переводя взгляд за мою спину. От увиденного его губы снова изгибаются в ту самую улыбку, которую я по какой-то причине не удосужилась получить за эти минуты разговора. – Это ведь был всего лишь спор, да? Так что не парься, мне все равно.
Да что за моей спиной такого интересного, черт возьми?! Уже второй раз он просто сбегает к тому, что находится там, а не перед его лицом.
– Тео, я хочу… – Я пытаюсь подняться, но не могу распутать свои ноги, которые скрутила под столом, и снова плюхаюсь на задницу.
– Прости, детка, но не сейчас. Я не хочу сегодня, – произносит он, подмигнув мне.
Детка?! Снова? Выгрызу из твоего мозга это тупое обращение, придурок! 
– Что ты сказала? – Он оборачивается ко мне и смотрит с внезапно возникшим из неоткуда блеском в глазах.
Ну нет, я не поведусь! Я контролирую свои мысли, бурундук. 
Откидываюсь на спинку диванчика, накалываю вилкой лист салата и запихиваю его в рот. Затем тщательно пережевываю, желая специально задержать его от «важных дел», и, проглотив, притворяюсь дурочкой и указываю столовым прибором на себя:
– Ты это мне?
– Тебе, тебе, – уточняет он, склонив голову набок и внимательно следя за моими действиями.
– Сказала, что… – Я отправляю вторую порцию салата в рот и повторяю все, что делала до этого, но в этот раз указываю вилкой на него.
Ты – придурок! Раздражаешь меня с каждой секундой все больше и больше. И если бы у меня была возможность плюнуть в твое лицо сейчас, я бы это сделала.
– Сказала, что все хорошо. Если ты сейчас занят, то поговорим в другой раз.
– Ладно, – говорит он, слегка нахмурившись, а затем отворачивается и уходит.
Смотря на его спину, я с силой сжимаю вилку в руке, желая направить на нее всю свою злость от полученного равнодушия с его стороны. Он даже не дал мне ничего сказать толком. Как я могу чего-то от него добиться, если он опрокидывает мои попытки и просто сваливает?
Терпи, Скарлетт, пусть идет. Пока что. Это всего лишь начало длинного пути, который закончится счастливо для тебя.
Первая стратегия под названием «подружись, а потом влюби в себя» идет очень туго, но, надеюсь, что в скором времени я окажусь на первой позиции в списке его желаний на Рождество.
 
Глава 5
 
СКАРЛЕТТ СКАЙ
Ненавижу сегодняшний день…
Когда я заканчиваю с этим проклятым обедом, я пытаюсь… честно, пытаюсь подняться нормально из-за стола, но все летит к чертям, стоит мне ступить на пол.
Не знаю, или плитка измазана каким-то чудотворным средством, которое вызывает чрезмерное скольжение, или это моя неспособность передвигаться на этих ходулях, но я снова падаю.
Спасибо, что на этот раз рядом не оказалось никаких придурков, которые могли бы оценить мои трусы во всей красе. Или оказалось…
– Все в порядке? – слышу мужской голос за своей спиной, когда уже ровно стою на ногах и оборачиваюсь, узнавая в этом парне того, с кем я успела познакомиться в первый день. Он так же, как и я, новенький в этом месте, но в отличие от меня, желание учиться у него в разы сильнее, так как он выгрызал его зубами.
Кай – брюнет с карими глазами, предпочитающий классический стиль одежды и манеру общения. Но это только здесь. Как только он надевает на свое тело экипировку, а на голову мотошлем, – все кардинально меняется.
Мое удивление было неописуемым, когда через день после моего утверждения в клубе, он подбежал ко мне и сказал, что мне отлично удается комбинировать мозговые и спортивные умения. К слову, он тоже неплохо справляется со своими.
Дружить с этим парнем я не планирую, но вот поддерживать статус просто знакомых – могла бы, точно так же, как и с девушкой с выбритым виском (ее имя я, к сожалению, еще не запомнила). 
В ту ночь я четко очертила свои границы, и он, кивнув, сказал, что все прекрасно понимает и не претендует ни на какие льготы в моей душе.
Кай протягивает мне бутылку воды, слегка поджимая губы. А я принимаю ее из его рук, откручиваю крышку и делаю несколько жадных глотков.
– Ты успел рассмотреть мои трусы? – интересуюсь я и вытираю рукой губы. – Если нет, знай, больше такой возможности не будет.
– Нет, Скай, не успел, и не хочу видеть их, ни сейчас, ни в любой другой день, – усмехнувшись, произносит он. – Тебе удобно в этой обуви? – спрашивает он, кивнув на мои ноги.
– Настолько, что, как только вернусь домой, устрою жаркое прощание с ними и буду наслаждаться запахом сгоревшей кожи, – отвечаю я, мечтательно вздыхая. – Как дела с мистером Баркли?
– Могу тебе в красках рассказать о том, как все прошло, но увы, я слишком интеллигентен, чтобы при дамах выражаться подобным образом.
– Все настолько ужасно?
– Настолько, что что оставшиеся до начала учебы недели мне придется провести в обнимку с…
– С ним? – перебиваю его и иду к выходу, желая скорее отправиться к месту своего заключения, а потом уйти отсюда.
– Скай… – выдыхает он, следуя за мной. – С конспектами по его предмету.
– Видимо, нам везет на неадекватных преподавателей… – произношу я, когда мы останавливаемся у дверей библиотеки. – Что ж, мне пора, Кай. Пожелай мне удачи.
– У тебя какие-то проблемы?
– Совсем незначительные. Я с ними справлюсь.
  
– Тебя ждать сегодня ночью? – уточняет он, поправляя рюкзак на своем плече.
– Конечно.
Читая дверную надпись «БИБЛИОТЕКА», я невольно вздрагиваю. Не люблю это место. Не понимаю, как можно сосредоточиться там, где тебя постоянно что-то отвлекает: кто-то громко дышит, кто-то беспрерывно клацает ручкой, а кто-то так шумно глотает газировку, что хочется подойти и вылить ее ему на голову.