Граф Суворов 2 (СИ)
У них даже своя гильдия есть и герб — посох Асклепия. Медики пользуются не только повсеместным уважением, но и немалой властью, создавая свои клиники и собственные госпитали. Даже в войнах и конфликтах они хоть и клянутся помогать каждому страждущему, но в первую очередь спасают своих.
— Сегодня столкнутся сильнейшие роты. Геннадий поведет Альфовцев, а им будет противостоять сотня княжича Долгорукого. — сказал Строганов, когда я уже собирался уйти. — Советую, как следует посмотреть на это зрелище. Будет познавательно.
— Думаешь нам придется столкнуться с ними в финале? — в соответствии с тоном Василия перешел я на ты.
— Ну, до финала еще добраться надо. — усмехнулся Василий. — У вас ребята уже на поправку идут? Раненых много?
— Двадцать человек с ушибами. Ни одного перелома, так что у нас все отлично. — ответил я, не став лукавить. На самом деле проблемы у нас были. Парочка ребят попала под перекрестный огонь, уже в конце обороны, и противники просто срывали на них злость. Так что пули, хоть и резиновые, смогли оставить трещины на костях. А ведь это несмотря на защиту и бронежилет. Но благодаря своим навыкам я перенаправил энергию в их телах на заживление, и вскоре они оба вернутся в норму.
— Действительно отлично. — с удивлением хмыкнул Строганов. — Сейчас они успеют отлежаться, но позднее будет сложно. Сейчас у вас перерыв больше недели, повезло, а вот следующий этап пройдет в куда большем темпе. Ну а финал вообще через два дня после полуфинала. Так что учитывай это.
— Понял, спасибо. — кивнул я, задумавшись. — А могу я попросить подкрепление? Резерв там?
— Нет. Я слышал о вашей идее с девушками-пилотами, и она прошла обсуждение. Так что сейчас вы еще можете сменить часть роты, но не позже. Раненных на здоровых поменять не получится. — покачал он головой.
— А если за очки? — попробовал исхитриться я.
— Не… хм… а может и да. Я предложу эту идею командованию. — чуть замявшись ответил Василий. — Ладно, иди уже.
— Честь имею. — откланялся я, быстрым шагом направившись к нашей ротной палатке, и на ходу обдумывая необходимые перестановки. Василий шутить не станет, а значит менять состав роты придется прямо сейчас, и еще при этом девушек уговаривать. С другой стороны — мне от них нужны только пилоты. От владеющих я бы тоже не отказался, но… «съест то он съест, да кто ж ему даст?»
— Какие новости, старшой? — улыбаясь от уха до уха спросил Шебутнов. Ясно. Кот из дома — мышки в пляс. Стоило мне уйти, как рота объявила отдых и сейчас все вернулись в расположение. Не худший вариант, благо все были заняты делом, а не филонили. Кто чистил оружие от краски, кто ремонтировал броню.
— Не радостные. Все наши изобретения придется сдать. — с ходу огорошил я товарищей. — А еще придется поменять состав роты, так что… Десятники подъём! Сбор командования! Идем к девушкам, на переговоры. Леха, у тебя есть чем их задобрить?
— Ну… я на более личное рассчитывал. — замялся на несколько секунд Шебутнов, поморщившись. — Но в принципе найду.
— Значит доставай, потом компенсирую. — припечатал я, и понурый Леха ушел куда-то за палатку. Ну да, в кругу друзей не щелкай клювом. А в армии и приюте нет слова украли, только «проебал». Так что никаких иллюзий никто не испытывал, сохранность только личных вещей, да и то, могут напакостить.
— Вот. — через несколько минут вернулся он, отряхивая от земли коробочку. — Хотел на новый год подарок сделать…
— Хм. Может еще и сделаешь. — проговорил я, задумчиво рассматривая явно недорогую серебряную подвеску. Даже камушка какого-то завалящего нет. И хотя для детдомовца это несметное сокровище, даже обычные девушки не то, что аристократки, лишь посмеются, гладя на подобные украшения.
— Ладно… план меняется. Подаришь это своей зазнобе, может и она тебе в ответ что даст. — вздохнул я, приободрив залившегося пунцовой краской товарища. — Идем.
К женской роте мы подходили всем командным составом. Полный взвод. Смотрелось это правда несколько странно. Я и большинство товарищей — первокурсники, на фоне дружков Тарана казались реально малолетками, хотя разница у нас всего три года, в этом возрасте существенная. Даже многие девушки одногодки — выше.
Кстати, о прекрасных птичках. На подходе к женскому общежитию, или ротной палатке Ж, стало заметно что настроение у девушек отвратительное. Не удивительно, учитывая, что их схватка была только вчера, и почти треть личного состава валяется в лазарете, да и тех, кого лишь задело — ходят с синяками.
— Сашка! — довольно крикнула моя рыжая, без стеснения бросившись на шею. Это она так остальных от меня отгоняет или… впрочем я был не против проявления ее чувств, благо мы уже достаточно близки, чтобы не скрывать. Почти официальная пара, но при этом с существенными оговорками. Ту же девственность она до сих пор хранила, хотя захоти я, и в любой момент мог воспользоваться слабостью девушки.
— Привет, красавица. — улыбнулся я, отвечая на поцелуй Ангелы. — Тебя вчера не задело, надеюсь?
— Пфф, нет, я же из легкой пехоты. — отмахнулась лиса. — А у вас чего?
— Дело к вашей старшей. — ответил я, подставив локоть, который девушка тут же взяла, примостившись рядом. — Все так плохо как я вижу?
— Нет… все гораздо-гораздо хуже. — поморщившись ответила Ангелина, и буквально через минуту мне пришлось в этом убедиться лично. Треть коек в палатке была занята и даже две печки не спасали трясущихся в спальниках девушек. Ротная, огненно-волосая третьекурсница Лена Жарская, по слухам бастард знатного княжеского рода, сидела у буржуйки, подбрасывая мелкую щепу. И выглядела она не лучшим образом.
— Привет. — поздоровался я, помахав рукой. — Как ваше «фигово»?
— Раз видишь, чего спрашиваешь? — хмуро спросила Лена. — Спасибо за ратников, если бы не эти доспехи — нас бы вперед ногами князьки вынесли.
— А так просто вы их выбили. — ответил я. — Поздравляю. Правда чувствую, что цена оказалась… слишком высока.
— Да. — снова поморщившись сказала Жарская, — Новые правила слышал? Так что прости, помочь вам в следующем бою ничем не сможем. У меня самой бойцов не осталось. Вон, десяток в горячке.
— А что с лазаретом? — на всякий случай уточнил я.
— Дворяне. — ответила Лена, дернув плечами. Ну да, она сама то из бояр, но если бы парня признали и сделали кем-нибудь из младших в роду, то девочку просто послали. Хотя нет, не просто — с подвывертом. Если она станет ведьмой, и сама сможет подняться до двенадцатого ранга — ее скорее всего возьмут обратно. Нет? Изгонят из рода окончательно, разве что помогут на теплое место занять, не больше.
— Хочешь сказать, что вы из так удачно намолотили что они весь армейский лазарет заняли? Тогда дважды поздравляю. — хмыкнул я. — Понятно, что у Суворовых просто нет возможности вернуть деточек «поломанными». Но как их за порог выставят — и до вас очередь дойдет.
— Да без разницы. Это вы, черти везучие, первые отыгрались, последними на второй раунд пойдете. А у нас бой через четыре дня. — вздохнула Жарская. — И куда мы, в таком состоянии?
— Да, тут нам реально повезло. — согласился я, хотя все чаще на меня накатывали подозрения что никакого везения в этом не было — только сухой и грубый расчет. Ведь именно в моей роте одаренных прошедших инициацию — меньше всего. Многие нас и как противников то не воспринимали. Надеюсь, так будет еще хоть раз.
— Строганов дал принципиальное разрешение на смешение наших рот. — сказал я, задумчиво. — Запретил менять раненых на здоровых, и только до следующего раунда.
— И что? — хмыкнула Ленка. — Я последних своих боеспособных девчонок тебе не отдам. Это же сразу проигрыш.
— Верно. Но что если… — хмыкнув я аккуратно высвободился из захвата Ангелы и подойдя к Жарской протянул ладонь. — Куда ранили? Скидывай куртку и вставай.
— Тебе что, одной девки мало? — фыркнула недовольно Ленка, когда я начал ощупывать ее ребра через футболку.
— Достали очередью? — спросил я, убедившись, что кости целы, но ушиб очень обширный. — Ты в доспехе была?