Золотая туфелька для гувернантки (СИ)

  
30.
 
Эсси поймала меня в конце недели. И, пригласив к себе в комнату, с волнением спросила:
— Уна, что происходит? Я думала, это ты папе подсказала с нами пообщаться и всё рассказала. Но он столько раз спрашивал то, о чём ты знать не можешь.
Я только ласково улыбнулась:
— Эсси, ваш папа любит вас куда сильнее, чем вам казалось. Он постоянно присматривает за вами и очень гордится. Просто, как и многие мужчины, не знал, как стать с вами ближе. Я всего лишь намекнула ему, что вам очень нужна его поддержка, вот и всё.
  
И хоть мне казалось, что я не сказала ничего особенного, но Эсси внезапно порывисто бросилась мне на шею.
— Спасибо тебе большое!
Пробормотала она, слегка меня обескуражив. — Не знаю, что бы мы без тебя делали.
— Да ладно тебе, ничего я такого особенно не сотворила, — несмело пробормотала я, однако вдруг почувствовала, что старшая принцесса, с которой я общалась как с равной, всё ещё молоденькая девочка. И ей очень не хватает немножечко человеческого тепла.
Я обняла её несмело и осторожно, боясь вызвать неловкость, погладила по спине. А Эсси только сильнее ко мне прижалась. Наверное, когда я уйду, мне будет её немного не хватать.
Как к совместным трапезам добавились ещё вечерние посиделки, я не поняла, но в один момент это превратилось в традицию. Мы расстилали покрывала прямо на полу, рассаживались, а потом каждая принцесса рассказывала о том, как прошёл день. Ари обязательно готовила какие-нибудь лёгкие вкусности на вечер, Эсси пела, Мэдди читала сказку.
И поскольку фиктивной гувернантки из меня не получилось — я занималась делами весь день — где-то в этот момент я засыпала.
Первый раз, когда я обнаружила, что лежу в кровати и совершенно не помню, как туда добралась, я запаниковала и, поймав Фресу, которая первая попалась мне под руку, напрямую спросила, как так произошло.
— Папа тебя вчера отнёс, — без стеснения пояснила она, а я за голову не схватилась. В буквальном смысле.
_ Уна, ну ты чего. Не на полу же тебя было оставлять?
— Да ткнули бы пару раз, я бы доползла сама, — пробормотала я удручённо. Как я теперь его величеству в глаза смотреть буду?
— Смотри как обычно — папу явно не обременило, — назидательно сообщила Фреса. — Если бы он не хотел, то просто позвал кого-нибудь из слуг.
Я лишь обескураженно помотала головой. Сложно было объяснить романтичной сентиментальной Фресе, что именно в этом и проблема. Мне требовалась ягодка из сада, а не лишняя симпатия короля!
Потом ситуация с моим несвоевременным сном повторилась ещё раз. И ещё. После третьего я воспользовалась своим правом зайти к королю без очереди. Точнее, скромно попросила его задержаться послед ужина на пару слов.
— Что-то случилось, леди Унара? — заботливо поинтересовался Терренс, а в его голубых глазах плясали чертята.
Кажется, он прекрасно понимал, что случилось и почему я чувствую себя неловко.
— Ваше величество, меня слегка смущает об этом говорить, но не могли бы вы в следующий раз, кота я засну, меня попросту растолкать.
делали.
делали.
— Зачем? — притворно изумился король.
— Чтобы я могла дойти до кровати сама, своими ножками, — сообщила я словно неразумного ребенку.
  
31.
 
Но, на мою беду, разговаривала я с коварным хорошо соображающим взрослым, поэтому в ответ получила лишь недоумённо вскинутые брови и взволнованное:
— Вы же так устаёте за день! Как я могу позволить себе тревожить ваш сон?
— Как-нибудь, пожалуйста, — не повелась я на благие намерения.
— Леди Унара, — проворковал Терренс, приближаясь ко мне, и внезапно мы оказались в укромной нише, которая успешно скрывала нас от чужих глаз. - Я не понимаю, почему вы не позволяете мне немного позаботиться о вас. Я всего лишь проявляю вежливость, как мужчина.
Подхватив мою руку, он почти поднёс его к губам. Ему не хватало только пары сантиметров, чтобы коснуться моей кожи. А я заглядывала ему в глаза и тяжело дышала. Грудь вздымалась от нашей внезапной запретной близости, и у меня едва повернулся язык сообщить:
— Но мы ведь не просто мужчина и женщина.
— А кто мы? — хриплым шепотом отзеркалил Терренс мой вопрос.
— Мы работодатель и подчинённая, — напомнила я.
— Кому и когда это мешало? — деланно возразил его величество.
Действительно, неудачный аргумент:
— Вы король, а я всего лишь гувернантка из соседней страны, — перешла я на другой уровень. — Я не могу позволить себе подобные вольности.
— Леди Унара, — сообщил мне Терренс. — Вы аристократка империи, а у меня восемь дочерей, с которыми вы отлично ладите. Не вижу никаких проблем, чтобы и нам пообщаться поближе.
Да господи! Я шпионка, которая должна украсть у вас ценную ягоду! Но нельзя же прибегать к настолько кардинальным доводам...
— Но вам же, наверное, всё ещё нужен наследник, — намекнула я, стараясь надавить на больную мозоль. —С хорошей родословной. От местной аристократии.
— Не принципиально, — вдруг отрезал Терренс. — Уж одна-то из девочек выйдет замуж за достойного местного аристократа. Им власть и передам. Или из внуков выберу наследника — я мужчина в самом расцвете сил!
Заявление оказалось неожиданным, и буквально выбило меня из равновесия. Король словно бы одним движением взял и перевернул доску, смешав все фигуры. Как будто бы в этот момент он уже не просто флиртовал с симпатичной леди, надеясь на лёгкую интрижку, а заходил в своих планах намного дальше.
Только я-то ещё и на интрижку не соглашалась. Тем более, я понятия не имела, а как же реагировать на подобные слишком серьёзные намёки. Хотелось бы хоть пару минут подумать и немного привести себя в чувства, но в этот момент дыхание Терренс, наконец, опалило тыльную сторону моей ладони.
Это касание смотрелось как дежурная вежливость, однако я чувствовала нечто большее. Мурашки пробежали по всему телу, внутри словно всё переворачивалось, трепетало. Я прекрасно знала, что Терренс не зайдёт дальше, чем я ему позволю, но позволить мне ему хотелось всё и сразу!
— Ладно, я вижу, что у меня нет никаких шансов вас отговорить от дежурной вежливости, — пробормотала я, осторожно забирая свою руку, а потом бочком-бочком, протиснулась мимо короля и выскользнула из ниши. —Прошу прощения за беспокойство.
Удирала я так, словно меня опять сняли со священного дерева на месте преступления. И совершенно не знала, что же с собой делать. Ведь настоящая проблема была не в Терренсе, а во мне.
  
32.
 
Дни шли. Мы вместе ели, я с поразительной стабильностью засыпала за вечерними посиделками — ничего не помогало. Возможно, я могла бы просто раньше уходить к себе, но девочки смотрели на меня с такой мольбой... Хотя, конечно, я и сама бессовестно поддавалась соблазну. Ведь иногда я всё же просыпалась, пока король нёс меня на руках. И чувствовать в полудрёме, как бережно он прижимает меня к своей тёплой груди, было потрясающе приятно.
В тот момент я сообразила, что из-за этого распорядка просто начисто лишилась возможности украсть нужную ягоду. И даже начала переживать, не пропущу ли я сезон, но Цеса успокоила:
— Священное дерево плодоносит до холодов. Думаю, у тебя ещё прилично времени.
— А когда у вас примерно холода наступают? — поинтересовалась я, чтобы случайно не промахнуться.
Конечно, я надеялась, что справлюсь быстрее, но никогда нельзя было исключить крайние варианты.
  
Включая тот, в котором меня садят в тюрьму, и я уже оттуда инструктирую других агентов.
— Не раньше декабря, — обрадовала меня Цеса, а потом и вовсе добавила: — Но, думаю, как бы вообще в этом году не пришлось на Зимний бал в летних платьях идти.