Земледельцы (СИ)
– Ну, ребята мы попали! Спрячь свою пушку, Тигран, она тебе сейчас не пригодится. Там полно листолазов. Батрахотоксин. Яд. Останавливает сердце и парализует дыхание. Будем мертвы через десять минут, – просветил товарищей по команде Борух.
– Ты знаешь, как от них избавиться?! – хором спросили «бойцы» у бывшего биолога.
– Ну, яд у них прямо на коже, и передаётся через кожу, так что стоит им нас коснуться – и мы обречены… Но смотрите, они прыгают достаточно медленно! От них можно… убежать! Так, я придумал! Нужны все, у кого закрытая одежда!
– Ты чего, Борух? – удивился Эдгард, на котором были лишь шорты, кроссовки и футболка. – В такую жарищу никто курток не надевает!
– Ладно, тогда нужны просто смельчаки, которые побегут со мной в лес.
– В лес?! – вскричали все.
– Ну да. Никто же не объявлял, что за пределы площадки нельзя выходить!
Спорить с монахом было некогда. Древолазы с каждой секундой становились всё ближе и ближе, и участники были вынуждены согласиться на неизвестный им план.
– Значит так, – командовал Борух. – Первым делом мы отвлечём их внимание на себя, чтобы наши «искатели» могли спокойно работать. Надо будет один раз выстрелить и убить хотя бы одну из них. Справишься? – спросил он экс-бандита.
– Запросто! – пообещал Тигран.
– Тогда за мной!
Монах побежал в дальний угол поляны, и все «бойцы» побежали за ним. Остановившись у границы леса, Борух разрешил Тиграну стрелять. Экс-бандит был предельно точен. Пуля, пущенная почти с тридцати метров, разорвала одну «вырви глаз»-жёлтую лягушку на части. «Табун» древолазов резко затормозил в нескольких метрах от «искателей», развернулся и пустился в погоню за раздразнившими их «бойцами». Те подождали, пока экс-бандит перезарядит оружие, и, ведомые монахом, все вместе устремились вглубь леса. Поначалу участникам удалось серьёзно оторваться от преследователей – их почти метровые ноги были куда быстрее мелких лягушачьих лапок. Но когда и амфибии доскакали до джунглей, расклад сил кардинально изменился. Если участникам приходилось по колено проваливаться во влажную грязь, перелезать через поваленные стволы и вручную разрывать хитросплетения лиан, то древолазы спокойно обходили все преграды, забравшись на деревья и перепрыгивая с ветки на ветку. Расстояние между преследователями и беглецами стало неуклонно уменьшаться.
– А куда мы бежим, Борух?! – на исходе сил закричал Эдгард бегущему впереди монаху. – А то я ведь спринтер, а не марафонец!
– Когда мы летели сюда, я видел из окна большое озеро! – ответил Борух, не замедляя темп. – Нам туда и надо!
– Озеро?! – разъярился джуганоид. – Да ты что, совсем сдурел там в своей келье?! Биолог, тоже мне!!! Ты в озере надеешься укрыться от лягушек! Им же ж это дом родной, дубина!
Монах, как истинный учёный, не обращал внимания на претензии дилетанта. Он твёрдо знал, что делает и куда ведёт.
– Да стой же ты, дурень!!! – орал ему вслед Эдгард, чуть не задыхаясь. – В воде нас только быстрее нагонят!!!
– Хватит, Эдик! – осадила его Феличита, бежавшая с ним на одной линии. – Хоть раз попробуй кого-то послушаться, подчиниться! Ещё и жив останешься! Вдобавок!
– «Ох, все четверо подохнем…» – подумал джуганоид, но энергии на споры у него больше не было.
Озеро замелькало за деревьями уже спустя полминуты. Борух издал радостный вопль и крикнул своим спутникам повторять всё в точности за ним. Он ускорился так, как только мог, и, оттолкнувшись от крутого берега, прыгнул прямо в воду. На несколько секунд он провалился куда-то в глубину, но, всплыв, объявил, что с ним всё в порядке. Затем он перебрался на центр озера. Тигран и Феличита, прибежавшие следом, тоже прыгнули, тоже всплыли и присоединились к нему. Эдгард, всё ещё сомневаясь, остановился на краю в нерешительности и на призывы союзников не откликался. Заставить его спрыгнуть в воду смогли только лягушки-древолазы, замеченные им в кроне ближайшего дерева.
Когда все четверо «бойцов» собрались на центре озера, армия амфибий перешла в наступление. Прыгая с веток, нависавших над водой, или просто заходя в неё с берега, лягушки уже, казалось, предвкушали, как дотронутся до открытых участков кожи противников и поразят их своим беспощадным ядом. Всё шло к печальной для «бойцов» развязке. Телевизионные дроны, следовавшие за ними через весь лес и теперь нависавшие сверху и с боков, внимательно следили за происходящим и передавали на экраны любой возможный ракурс.
– Да уж, попались... – проговорил джуганоид, опустив взгляд. – Будь ты проклят, биолог чёртов…
– Не боись! – ухмыльнулся монах. – Гляди!
– Ура!!! – закричали вдруг неоатлант и афимерка. – Борух, ты гений!
Не совсем понимая причину веселья, Эдгард поднял глаза и обомлел: разноцветные амфибии, лишь только попадая в воду, сразу начинали беспомощно барахтаться и камнем шли ко дну! Это не лезло ни в какие рамки мировоззрения джуганоида.
– У древолазов между пальцами нет плавательных перепонок! – пояснил ему монах. – Если б не гипноз, они никогда не бросились бы в озеро!
– Отдаю тебе должное, триодиоид… – поражённо произнёс Эдгард, глядя, как полчища лягушек неумолимо тонут в прозрачной воде.
* * *
Выждав, пока все древолазы до единого спрыгнут и утонут в озере, «бойцы» вернулись к «искателям». Обрадованные своей невероятной победой, они хотели было рассказать им о ней, но те почему-то были крайне расстроены и даже не оторвались от раскопок. Причина нашлась быстро: невдалеке от них лежал, со скрещёнными на груди руками, мёртвый Александр.
– Потеря крови! – констатировал подскочивший к младшему джуганоиду Борух. – Разорвана большая подкожная вена правой ноги, а также некоторые артерии и вены плеч и предплечий.
– Я бы спас его парой перевязок! – взвыл старший брат, падая на колени.
– Не захотел показаться слабым? – пробормотал Тигран себе под нос, вспоминая, как рьяно Александр отказывался от первой помощи. – Ну-ну.
Тело младшего джуганоида унёс дроид-носильщик, и «бойцов» для следующего раунда осталось только трое. К счастью, Феличита по воле случая наткнулась в земле на кинжал и произвела с ним одну хитрую, давно задуманную манипуляцию: она отыскала разорванное пулей тельце древолаза и, взяв его обмотанной в футболку рукой, провела им вдоль по лезвию, как точильным камнем. Отравленный кинжал стал оружием куда более грозным: теперь он вполне мог одним уколом лишить жизни крупное животное вроде буйвола или даже бегемота.
* * *
В третьей волне против объединённой команды вышли, вернее, вылетели летучие мыши. Их, как и лягушек, было не меньше нескольких сотен. Ни модифицированный кинжал, ни пистолет опять не пригодились. Мыши налетали на всех без исключения, не разбирая, кто «искатель», кто «боец», их острые, как у пираний, зубы впивались участникам в конечности и туловище. Раны были не смертельны, но чрезвычайно болезненны. Чтобы справиться с этой новой напастью, Тристан применил нестандартное оружие. Как и Феличита, он был предупрежден о правилах и сути этапа заранее, так что «подстраховался» и взял с собой футболку из особого, легковоспламенимого материала. Выйдя на самую хорошо освещённую точку поляны, он снял эту футболку, положил на неё сверху свои очки и отошёл, чтобы преследовавшие его летучие мыши своими телами не загораживали свет. Футболка была достаточно сухой, а очки – достаточно толстыми, и вскоре ткань, под действием концентрированного солнечного луча, загорелась. Виконт подхватил её и принялся размахивать ею над собой, по многу раз задевая своих мучителей. Крылья мышей загорались, и они, дико визжа, уносились вверх, по пути поджигая десять, а то и двадцать сородичей, создавая цепную реакцию.
Не прошло и десяти минут, как все летучие мыши, мёртвые и обугленные, валялись на земле. Их единственной жертвой стал Клемент, которому одна из мышей умудрилась прокусить сонную артерию. Третий раунд был засчитан судьями в пользу афимеров. Тигран, глядя на счастливое лицо Феличиты, был этому даже рад.