Земледельцы (СИ)

– Подлежит утилизации, – произнёс он в тоне приговора. 
– Не горячись, друг! – спокойно посоветовал дроид, даже не шелохнувшись. – Я, конечно, не знаю, что конкретно они тебе показали, но ведь это очень высокоточный считыватель! Товарищ министр не подарил бы тебе хлам. Почему бы не допустить, что они сказали правду? 
– Это не может быть правдой. Мы… общались… меньше десяти минут… 
Михаил в доли мгновения догадался, каких «мы» имел в виду его товарищ. 
– А! Ха-ха! – воскликнул дроид, потирая руки. – Если не ошибаюсь, пурпурный! Да, точно, мы же её дом сейчас пройдём! Ну-ну, Фейрис четвёртый, попадёт тебе от Земледельцев!
Дуло бластера неожиданно развернулось в сторону Михаила. 
– Ты молчишь, – проговорил принц. – Или замолчишь навсегда. Ты прекрасно знаешь, для Земледельца любовь к землянке – расстрельная статья! Если обо мне пойдёт такой слух... Это крест на всех моих мечтах! 
– Я – могила! – поклялся дроид, не отпуская с лица ехидную улыбку. – Если ты не станешь переходить установленную грань, всё будет замечательно! Мне, если честно, даже в радость, что тебя посещают столь благородные чувства! В твоём возрасте положено думать… совсем о другом, ха-ха! 
Тут Фейрис не удержался и выстрелил. Раскалённая плазма, разогнанная до сверхскоростей, пролетела у Михаила над левым ухом и опалила волосы на виске. 
– Да я ж пошутил!.. – пролепетал тот, осознав, что друг сейчас специально промахнулся с пяти шагов. 
– За такие шутки… в зубах бывают промежутки! – процитировал принц любимую дядину фразу. 
– Оправдываешь титул… – с уважением произнёс дроид. – А часики ты всё-таки не тронь. Они не виноваты, что ты настолько влюбчивый. 
Не зная, как расценивать подобную себе характеристику – как комплимент или как порицание, Фейрис промолчал и, нагнувшись, надел считыватель эмоций обратно на руку. 
– Зря ты, конечно, всё это затеял… – сказал Михаил, когда принц наконец-то спрятал бластер обратно в куртку. – Она – землянка, ты – неоатлант, вам априори нельзя быть вместе… 
– Я не специально, оно само собой! – перебил его Фейрис. – Это просто подсознание! 
– Неважно. Вы ведь уже изучили Основной Мирный Договор? 
– Да, целиком, – ответил принц, вспоминая школу, организованную для него Земледельцами. – Все шесть частей. 
– Помнишь пятый пункт четвертой части? 
– «Земледельцам под страхом смерти запрещается вступать в родственные отношения с людьми». Один из основных законов, регулирующих наши действия в колонии. 
– Вот, прекрасная память! И после этого ты ещё можешь о чём-то задумываться? 
– Но я ведь ещё... Не Земледелец... Я обычный неоатлант... На меня пятый пункт не действует... 
– Обычный неоатлант ни под каким предлогом не сможет попасть на поверхность Земли! «Туристов» не существует! Так что суд для тебя будет такой же, как для Земледельца, уж поверь. 
– Да уж… Как же жалко, что это всеобщий, международный закон! Не наш, не Нибируанский, не внутренний! 
– То есть, хочешь сказать, против «внутреннего закона» ты бы пошёл? – Михаил насмешливо прищурился. 
– Нет, но... ладно, да. Не буду врать, если бы у меня появился шанс стать первым в истории неоатлантом, женившимся на землянке, я бы преступил любой закон! Включая ОМД!
Дроид цокнул, закатил глаза, вздохнул, как бы объявляя: «Ты – безнадёжен», и, не став даже напоминать принцу о Межгалактическом суде, отвернулся и прекратил беседу. Именно в те секунды у него родилась идея любым способом убедить Фейриса и завтра же покинуть Мурманск, перебравшись с ним в более «приятные» районы планеты, подальше от прекрасной северной девушки. 
Товарищи прошли мимо того самого дома с красной крышей, будто бы и вовсе его не заметив. На самом деле, оба они опознали здание ещё издалека и сильно удивились, так как в нём в столь поздний час ещё вовсю горел свет. Сначала принц даже захотел проверить, всё ли в порядке у Лизы, но потом подумал, что причин не выключать свет ночью существует очень много, и не стал делиться своими опасениями с Михаилом. Ход мыслей дроида был почти аналогичен и привёл его к тому же выводу. На том, собственно, этот эпизод мог бы и закончиться, если бы с ними не приключилось одно очень радостное для Фейриса и досадное для Михаила событие. Когда они удалились от Лизиного дома метров на тридцать, позади них послышался резкий скрип и, спустя секунду, дребезжащий стук металла о металл. Спустя ещё пару мгновений, грозовую ночь прорезал пронзительный крик:
 
– Товарищ майор!!! Товарищ сержант!!! Стойте!
Принц и дроид вздрогнули. От испуга Михаил чуть не выронил дипломат. К ним, сквозь ливень, слякоть и непроглядную темноту, бежала, собственной персоной, Лиза, защищённая от дождя резиновыми сапогами, прозрачным комбинезоном-дождевиком и гигантским зонтиком, под которым спокойно могла бы разместиться и она сама, и оба товарища. Сократив расстояние до нескольких метров, землянка остановилась и дала себе отдышаться. Фейрис смотрел на неё хоть и с недоумением, но с большой и истинной радостью, а дроид – наоборот, раздражённо, с негодованием и даже отчасти озлобленно. Её внезапное появление могло серьёзно пошатнуть все планы Михаила «образумить» принца и в срочном порядке улететь с ним из Мурманска. 
– Что вам угодно, Елизавета? – как можно обходительнее спросил Фейрис, не скрывая своего ликования и широко улыбаясь.
– Я не старше вас и не выше по званию, ко мне можно обращаться и на «ты»! – вежливо заметила она.
– Ну, тогда, что тебе угодно, Лиза? – поправился принц. – Зачем ты догнала нас на улице в полпервого ночи, да ещё и в такую погоду?
– Я… я сама не знаю, что на меня нашло… – смутилась землянка. – Я не спала, мы с мамой только что досмотрели фильм… Я подошла к окну, увидела вас и… подумала… что у вас что-то не так… Вы шли так медленно… и хмуро… с опущенными головами, без зонтов, без капюшонов… вы показались мне такими грустными и… как бы это сказать… изнеможёнными, что мне стало… не то что бы интересно… но просто непонятно, что вас до такого довело! Я подумала, может, вам нужна какая-то помощь… Может, вы заблудились, или что-то вроде того… Ну поймите, я не могла поступить иначе!
– Конечно, мы ведь таинственные «бойцы невидимого фронта»! – произнёс дроид раздражённо. – Мы притягиваем, как магнит, разумеется! В наши дела нужно вмешиваться как можно чаще, да! Мы ведь не можем и дня прожить без подсказок «квалифицированных экспертов»! 
– Я, вообще-то, ничего вам не подсказываю…
– Неважно! В любом случае, нам не нужна ничья помощь. Вы ошиблись, подумав, что можете быть нам полезны! Всё. Теперь можете возвращаться туда, откуда пришли. И вот вам мой… дружеский совет… – Михаил поставил дипломат, подошёл к ней почти вплотную и, напустив на себя вид свирепый и пугающий, закончил фразу. – Больше никогда не попадайтесь мне на глаза. Я до сих пор в ярости от того, как товарищ сержант отмазал вас от обыска! Детектор лжи, тоже мне! Это было грубейшее нарушение устава, и я…
– Да помолчи ты, Миша! – оборвал его Фейрис, встав между ними и в буквальном смысле оттолкнув дроида от девушки. Лиза, впервые в жизни увидевшая такой разговор подчинённого с начальником, изумлённо подняла брови. – Гражданка, может, из добрых побуждений, а ты!
– Я же каждый раз прошу! – грозно прошипел Михаил, пытаясь сохранить свой сценический образ властного офицера. – При посторонних – только «господин майор»! 
– Хорошо. Тогда отойдите-ка, «господин майор»! Гражданка вас и так вон уже боится! Давайте я сам объясню, что ей не о чем беспокоиться, и сделаю это без вашего «психологического давления»!
Дроид был шокирован такой наглостью. Идея следующим утром покинуть Мурманск уже буквально «витала в воздухе», оставалось ждать всего несколько часов… А принцу вдруг приспичило пообщаться с землянкой! Да ещё и так, чтобы он, дроид, не слышал их разговора! На кону стояли все их дальнейшие земные похождения, и Михаил не мог допустить, чтобы Фейрис с Лизой разговорились, даже если бы эта беседа продлилась у них не более минуты. Возникновению любви или привязанности между землянкой и отпрыском королевского рода неоатлантов, даже чисто гипотетическому, надо было препятствовать всеми доступными способами.