Хозяин дома

Видимо, все дело в предсвадебной лихорадке, подумал Джек, но тут же отверг это предположение. Во-первых, до свадьбы еще несколько месяцев, а во-вторых, нервы — это вообще прерогатива невесты, но что-то все же открыло шлюзы в прошлое. Вот именно, прошлое; оно забыто и похоронено, напомнил себе Джек. Уже во второй раз за утро он сделал над собой усилие, возвращаясь к реальности, и переключил внимание на превосходную еду, только что принесенную официантом. Медальоны из телятины под соусом из зеленого перца являли собой настоящий шедевр кулинарного искусства.
Фелисити лениво ковыряла вилкой одинокий кусочек.
— Как палтус? — поинтересовался Джек.
— Постный, как рыба, — ехидно ответила она.
Однако она улыбнулась и начала есть, причем даже с некоторой долей удовольствия. В конце концов, раз он постоянно пытается ее откормить, подумала Фелисити, так пусть ее испорченная фигура будет на его совести. Джек частенько заявлял, хотя и полушутя, что у нее одна кожа да кости.
Кожа да кости, думал в это время Джек. С такой миниатюрной фигуркой Флисс никогда не распустится. Распустится. Какое странное выражение. На взгляд Джека, она слишком худа, он бы не удивился, если бы узнал, что Флисс страдает анорексией. Ради моды она на все готова, не то что Элла.
Опять он вспомнил Эллу, и снова возникло странное ощущение какой-то неловкости. Теперь-то с какой стати? Джек все утро думал, в чем причина. Он поднял бокал, сделал большой глоток вина и решительно отбросил мысли о прошлом туда, где им и должно быть место, — в самый отдаленный уголок памяти.
Джек позвал официанта и попросил счет.
— Нам обязательно уезжать сегодня днем? — спросила Фелисити с оттенком недовольства в голосе. — Может быть, останемся и уедем утром?
— Это невозможно, дорогая, ровно на девять назначено собеседование с кандидатами, — напомнил Джек. — А поскольку тебе в скором времени предстоит стать хозяйкой дома, то тебе и выбирать прислугу. — Он ободряюще обнял ее за плечи.
— Да уж, привилегия сомнительная. Хотя, если подумать хорошенько, это не такая уж плохая идея, — задумчиво добавила Фелисити. — Если доверить выбор мне, то у нас будут работать только старые толстухи, к тому же страшные как смертный грех. Нам не нужно, чтобы какая-нибудь служанка запустила свои коготки в лорда и хозяина дома. Так ведь, Джек? — поддразнила она его, шутливо ткнув в ребра.
— А вдруг мне нравятся зрелые и пышные женщины? — с улыбкой парировал Джек, вновь оглядывая ее стройную фигуру.
К его удивлению, Фелисити заметно рассердилась; от злобы ее прелестное личико вдруг стало уродливым, но только на миг.
— Некоторые мужчины всегда готовы броситься за каждой юбкой, — прошипела она. — Надеюсь, ты не из таких?
— А ты как думаешь?
Джека обидело, что подобная мысль вообще могла прийти ей в голову. Да, пресса создала ему репутацию плейбоя, но все его похождения остались в прошлом, как и Элла. Если бы репортеры взяли на себя труд копнуть чуточку поглубже, они бы обнаружили, что его стиль жизни был всего лишь чистым имиджем. Обеды в престижных ресторанах в обществе очередной красотки, посещение нашумевших спектаклей в Вест-Энде, танцы до утра в самых модных ночных клубах… все это было. А потом он возвращался домой. Один. Губы Джека изогнулись в лукавой улыбке. Да, репутация та еще. Но он прекрасно сознавал, что правда, как она есть, отнюдь не способствовала бы резкому росту объемов продаж.
Фелисити надула губки.
— Я уже сказала, вы, мужчины, готовы бегать за каждой юбкой.
— Когда в моей постели такая женщина, как ты? — Джек пожал плечами с таким видом, словно само предположение казалось ему в высшей степени нелепым. — Тут и говорить не о чем.
Он встал и проводил глазами Фелисити, когда та застучала каблучками по мраморному полу. Джек видел, как сразу несколько мужчин повернули головы и посмотрели ей вслед, фокусируя взгляды в основном на ее маленькой круглой попке. Он прочел в их глазах зависть и откровенное желание и улыбнулся.
Чемодан Джека уже лежал в багажнике, но перед тем, как выехать на шоссе M1 и двинуться в направлении Стаффордшира, им еще нужно было забрать целую гору багажа Фелисити.
 
— И это всего лишь поездка на уик-энд, — страдальчески простонал Джек, стаскивая по лестнице очередной чемодан. Как, интересно, он сможет втиснуть все это в машину? — Помоги мне Бог, когда ты надумаешь переезжать окончательно. Боюсь, придется нанять реактивный аэробус.
— Хватит и небольшого частного самолета, на котором, кстати, можно вдвое быстрее вернуться в Лондон, — возразила она и добавила медоточивым голоском: — А если ты переезжаешь, тогда и я тоже. Чтобы я оставила тебя наедине с этой ведьмой-экономкой? Ни за что. Кроме того, мы уже несколько недель не были вместе.
— Ты совершено права, любовь моя. — Джек наклонился и поцеловал ее в губы. — И я очень рад этому. То есть, конечно, не тому, что мы несколько недель не были вместе, а тому, что ты переезжаешь. Между прочим, этой, как ты изволила выразиться, «ведьме-экономке» лет семьдесят, не меньше, — напомнил он, улыбаясь во весь рот. — И в конце месяца она уходит на пенсию.
— Тем лучше. В следующий раз, учитывая наши общие интересы, мы наймем мужчину. Мужчину-эконома. А что, по-моему, в этом есть даже некий шик, наверняка такого нет ни у одного из наших соседей.
— Дорогая, по-моему, это называется дворецкий. И насколько я знаю наших соседей, некоторые без труда заткнут нас за пояс. Но если тебе так хочется, ради Бога, нанимай хоть дюжину дворецких, я тебе и слова не скажу… конечно, при условии, что все они будут толстыми, уродливыми и не моложе пятидесяти. — Он лукаво прищурился. — Кстати, боюсь, что тебе не повезло. Айан Сэмпсон показывал мне список претендентов, и, насколько я помню, в нем нет ни одного мужского имени. Так ты готова ехать?
— Готова, — подтвердила Фелисити.
Она устроилась на переднем сиденье, попутно повернув к себе зеркало заднего вида, чтобы еще раз удостовериться, что выглядит безупречно. Джек выехал со стоянки и влился в плотный поток лондонского транспорта. Пока приходилось внимательно следить за дорогой, оба молчали, но как только они выехали на магистраль, машин стало меньше, и Фелисити оживилась.
Вполуха слушая ее непрекращающийся щебет, Джек подумал, что насчет вина Флисс оказалась права: он знал, что придется вести машину, и даже полтора стакана, выпитые за обедом, были совершенно лишними. Но он давно, наверное уже несколько лет, не испытывал такой настоятельной потребность выпить.
Все дело в Элле, неохотно признал Джек. С тех пор как она окончательно ушла от него и Джек прикончил все оставшиеся в доме запасы бренди (столько бутылок, что он сбился со счета, хотя большая часть из них были полупустыми), он несколько лет не брал в рот ни глотка не то что спиртного, а даже безалкогольного пива. Он и сейчас мало пил, только вино во время еды, и никогда — в середине дня. Почему же сегодняшний день стал исключением? Откуда взялась внезапная потребность выпить?
Быстро искоса взглянув на Флисс, Джек подавил усталый вздох. Элла. Бог знает почему, но бывшая жена снова занимала его мысли. Глупо, конечно, ведь их отношения исчерпали себя много лет назад, и сейчас он счастлив. Кажется, целая вечность прошла с тех пор, когда он в последний раз был вот так доволен жизнью. Через полгода он женится на женщине своей мечты, на Флисс. Если быть точным, на достопочтенной Фелисити Фоксвуд, старшей дочери виконта и леди Пламптон. Флисс и Элла — небо и земля.
Фелисити повернулась, перехватила его задумчивый взгляд и заговорщически улыбнулась. Рука, лежавшая на бедре Джека, незаметно скользнула выше.
— Не надо, Флисс, — почти простонал Джек.
На миг оторвав одну руку от руля, он накрыл пальцы Фелисити. В ответ та только рассмеялась и, придвинувшись ближе, легонько куснула его за мочку уха. Язык, скользнув по ушной раковине, послал по всему его телу огненные мурашки.
Стрелка спидометра переползла за цифру семьдесят.