Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Я сжала кулаки, чувствуя, как меня охватывает бессилие. В Лураписе я знала, кто я и на что способна. Здесь же все казалось чужим, непостижимым. Вдох, выдох. Я должна была понять этот мир. Должна была узнать его законы, научиться играть по его правилам.
Но пока я могла сделать только одно: сидеть в этой скрипучей телеге, окруженной туманом и неизвестностью, и надеяться, что впереди нас ждет нечто большее, чем смерть.
  
На миг мне даже показалось, что, если я произнесу какое-нибудь глупое слово вроде «Абракадабра» и махну рукой, то передо мной вырастет дерево или вспыхнет огонь. Эта нелепая мысль заставила меня тихо усмехнуться. Но, конечно, все оказалось куда сложнее.
Здесь никакие заклинания не работали сами по себе. Никаких магических слов, никаких простых движений рукой. Все требовало сосредоточенности, внутренней силы и понимания. А что было у меня? Ничего. Только страх, неуверенность и эта бесконечная неопределенность.
Я попыталась сосредоточиться на своих ощущениях, вспомнив слова Черныша. Он говорил: «Магия — это не просто сила. Это ты сама. Ты должна научиться чувствовать ее, как чувствуешь холод или тепло. Она внутри тебя, но ты должна найти ее».
Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, стараясь отгородиться от всего лишнего. Сначала — ничего. Только тишина. Но потом, где-то на самом краю моего сознания, я уловила что-то. Это было похоже на слабый, едва ощутимый ток, пробегающий по всему телу, как легкое дуновение ветра или первое прикосновение воды к коже.
Словно внутри меня действительно что-то было. Я сосредоточилась на этом ощущении, пытаясь уловить его, удержать. Оно было зыбким, как сон, который ускользает, стоит проснуться.
Но тут телега резко качнулась, и я потеряла концентрацию. Все исчезло, будто его и не было.
Как же это сложно! В Лураписе все было иначе. Там я бы просто открыла меню, выбрала нужный раздел, настроила параметры — и все. Легко, быстро, эффективно. Там я чувствовала себя уверенной, знала, что делаю.
А здесь... Здесь мне приходилось полагаться только на себя. На свои чувства. На ту самую магию, о которой я пока ничего не знала. Это было пугающе. Я чувствовала себя беспомощной.
Но где-то глубоко внутри я понимала: я должна продолжать. Потому что без этой силы, без этой магии я в этом мире не выживу.
Конечно, кое-что у меня уже получалось, причем на удивление интуитивно. Например, я могла выпускать молнии из рук. Но это было скорее рефлекторным действием, чем осознанным. Я совершенно не понимала, как именно это происходит, и уж тем более не могла повторить это с полной уверенностью.
К счастью, Монти, который устроился позади меня в трясущейся повозке, решил немного просветить меня. Он лениво подпер голову рукой, наблюдая за пейзажем, мелькающим мимо, и, похоже, искренне наслаждался возможностью поделиться своими знаниями.
Монти жил в те времена, когда магия была неотъемлемой частью жизни каждого, когда она не зависела от технических устройств и программ, как сейчас в Лураписе. Он понимал ее, как никто другой.
— Тут все дело в ощущениях, — задумчиво начал он, проводя пальцами по своей щеке. — Например, когда я начинаю говорить очень медленно, я чувствую, будто изнутри меня выходит нечто вроде маленького облака. Оно окутывает собеседника и… гипнотизирует его.
Я скептически прищурилась.
— Облако? — переспросила я.
— Да, облако, — не обратил он внимания на мой тон. — Его вижу только я. В этот момент я добавляю в него контрольные фразы, действия и ключевое слово, например «выход».
Я невольно вспомнила, как он однажды пытался загипнотизировать меня. Неудачно, к его досаде. Тогда мои слабые, но все же существующие защитные навыки сорвали его попытку. Хотя я так и не поняла, было это их заслугой или моим подсознательным сопротивлением.
Значит, гипноз — это его внутренняя сила. Интересно, какие еще способности скрыты у Монти? Он редко рассказывал о себе, и его загадочность только подогревала мой интерес.
— Видишь ли, если в Лураписе мы полностью полагаемся на механизмы, — продолжил он, слегка откинувшись назад, — то здесь тебе придется сосредотачиваться на своих ощущениях. Чтобы вызвать магию или способности, нужно слушать себя. Все, что у тебя есть, уже внутри тебя. Оно проявится само. А дальше ты научишься с этим работать. Это как… — он задумался, подбирая слова, — это как учиться плавать.
Я молча кивнула, пытаясь осознать его слова.
— Только не забывай, — добавил он, глядя куда-то вдаль, — это не всегда безопасно.
Предельно ясно, конечно. Как всегда. Я нахмурила брови, чувствуя, как раздражение, смешанное с легким страхом, нарастает внутри.
Все внутри меня, да? Отлично. Вот только как до этого добраться, если я даже не знаю, что искать?
Я решила попробовать вызвать магическую карту с отмеченными точками «одержимости» на Лили и кентавре. Это казалось логичным шагом, чтобы убедиться, что мы все еще направляемся туда, куда нужно. Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях.
Сначала — ничего. Только мягкий гул повозки, скрип колес и теплый ветер, обдувающий лицо. Я попыталась заглушить внешние звуки, сосредотачиваясь на том, что происходит внутри меня. Как только почувствовала в груди легкое тепло, мысленно произнесла: «Карта».
Перед глазами, как я и настроила ранее, в правом углу возникла схема нашего маршрута. Она выглядела так, словно кто-то встроил в мое сознание интерфейс наподобие «Яндекс.Карт» — привычный, почти домашний. Линии дороги, окружение, даже небольшие обозначения лесов и холмов. Вдали, в нескольких точках, я заметила свои красные метки «одержимость».
Я облегченно выдохнула. Похоже, мы двигались в нужном направлении.
Но внезапно повозка резко остановилась. Настолько резко, что я едва не врезалась лбом в спину Шелли.
— Что за...? — я осеклась, глядя вперед.
Черныш, наш молчаливый возница, нахмурился, вглядываясь во что-то вдалеке. Его лицо стало суровым, а глаза напряженными. После короткой паузы он срывающимся голосом бросил:
— Надо срочно укрыться!
Он соскочил с бревна-телеги, молниеносным движением выдернул из-под нас покрывало и ловко соорудил из него шалаш. После этого шмыгнул внутрь.
Мы остались сидеть на своих местах, совершенно не понимая, что происходит. Ну а как иначе?! Я ведь привыкла полагаться на свои характеристики — например на встроенное «предчувствие», которое всегда било тревогу в нужный момент, на привычный интерфейс, который оповещал красными буквами «опасность», на свой «встроенный компьютер», который никогда не подводил. Все это работало, как часы. Но не сейчас.
Моя «интуиция» давно перестала быть чем-то живым. Она стала аналитической, сухой, почти бездушной. Я училась действовать, опираясь на данные, а не на собственные ощущения. И вот теперь, когда все привычное молчит, я чувствовала себя словно ослепшей. Думаю, ребята ощущали себя точно так же.
Инстинкты у нас, можно сказать, убила технология. Все за нас делала машина, нейросеть. Календарь жизни, напоминания, рекомендации — мы привыкли, что система подсказывает, что делать, когда и как. Мы доверились ей полностью. А здесь… Здесь — полная внутренняя тишина. Только сердце глухо отбивало ритм: «тук-тук».
Эта тишина была пугающей. Она давила, как будто весь мир внезапно погрузился в вакуум, и даже воздух вокруг стал тяжелее.
И в этот момент из шалаша вытянулась рука Черныша. Его истошный, почти панический крик разорвал эту тишину:
— Мне пофиг, пусть вас сожрут, но я один не справлюсь! Кто-нибудь может призвать еще одно защитное покрывало?! Накройте этот шатер и закупорьте дырки! Быстро сюда! Я жить хочу!
  
Мы соскочили с бревна, нервно оглядываясь вокруг, пытаясь понять, что так напугало Черныша и зачем он устроил всю эту суету. Все казалось странным и словно бы нереальным. Не было никакой очевидной опасности, никакого врага, ни единого признака угрозы. Тишина. Покой. Никого вокруг.