Бремя феодала (СИ)
— С собой всё забираем, — выдал я вердикт. — Жрачка по прежнему моя. А по лошадям что? У них должно быть около четырёх десятков только боевых кляч.
— С лошадьми проблема. — Бернардо грустно вздохнул. — Местные наложили лапу и не отдают. И вряд ли герцог уступит — и тут мало что можно возразить. Они были его людьми, и взяли у него аванс… Который он заплатил, но… Ты сам понимаешь, ни воинов, ни денег. — Тут он прав, с точки зрения герцога — некрасиво мы поступили, надо бы аванс вернуть. Но с нашей точки зрения — а с хрена ли? Это в бою добыто, «Псы» — наш враг, а что он им денег давал — не наши сложности. Берни даже не рассматривал вариант с возвращением, это хорошо. А значит коней мы не получим, только если прямо сейчас снимемся и начнём драпать в сторону Рио-Бланко. А мы не можем — есть раненые, да и не солидно.
— Но гужевые есть, несколько кляч, — продолжил Бетис. — Шесть или восемь. Этих я у местных выцарапал. Но, сам понимаешь, какого они качества, что нам их отдали.
— Нельзя «зажимать» всё, — усмехнулся Клавдий. — Чем-то надо откупиться, чтобы забрать большее. Закон преступного мира.
— Весь мир вокруг нас — преступный, — поддерживающе усмехнулся наставник Берни.
— Значит, забираем, — выдал вердикт я. — Повезут хабар бандитов.
Бернардо подумал возразить и что-то взять из коняшек себе, но махнул рукой. Передумал. Видимо и впрямь клячи.
— Значит, решено. Так тому и быть. — Он оглядел всех присутствующих. — Тогда второй вопрос. О планах. Первый момент — сюда едет посланник герцога. Это точная информация — местным из Картагены прислали голубя.
— Не торопится что-то посленник, — констатировал Йорик.
— Есть такое, — согласно кивнул Берни. — Но тем не менее, он скоро будет. И надо будет перетереть с ним по поводу этого боя. — Прямой немигающий взгляд на меня, ибо говорить, как главный, буду я, и от этого разговора будет зависеть, в состоянии ли мы войны с неслабым и очень богатым герцогством.
— И второй момент — а что дальше, Рикардо? Вообще дальше, в целом? Куда теперь?
— Как пройдут переговоры — ты не переживаешь, — поддел я.
— Нормально пройдут, мы в своём праве, — отмахнулся он. — Кроме коней — их уступим и тем откупимся. Ричи, а дальше что?
— Дальше? — Я задумался. — Лично я планирую ехать на Рио-Гранде. Бомбить третий отряд.
— Сумасшедший! — выдохнул Йорик, но не зло, скорее с восхищением.
— Есть такое. Но раз maza, раз прёт — надо доделать работу. Чтобы получить авансом авторитет и обезопасить поползновения на графство со стороны всего света, кого бы то ни было, лет на десять. Чтоб все знали — в Пуэбло лезть опасно, не надо, потом больше потеряешь. Лучше lohov попроще найти. Король, герцоги, соседи, разбойники… Кто там ещё может сделать мне гадость? И спокойно заниматься развитием и границей, не опасаясь ударов на других направлениях.
— Угу, например портом на Рио-Бланко, — понимающе усмехнулся Йорик.
— В том числе. — Я улыбнулся как кот, объевшийся сметаны. — Лодочные сараи и форт отца сожгли «неизвестные». А после этой весны «неизвестные» будут знать, что нашкодь они — и я найду их хоть в самой Таррагоне. Половину страны пройду, два бюджета графства изведу, но, устрою им весёлую жизнь. И это только что касается порта. У меня и другие идеи есть, куда нехорошие «неизвестные» могут влезть. Да хоть тот же Феррейрос — заартачься они сейчас, а не до этого похода — и сеньоры купцы сами бы горячие головы среди своих остудили. И не пришлось бы баронов туда дёргать.
Все дружно замолчали. Информация о Феррейросе, наконец, нас нагнала. Правда пока поверхностная. Мы десять дней бухали на Переправе, за это время Алькатрас и компания осадили город, а Прокопий, обитавший в тех краях, мгновенно восстановил все работы по ВИА, забив болт на любые договорённости с местными. Феррейрос в осаде, но подробностей не знает никто, включая и нас.
— Так что я со своими сотнями иду дальше, сеньоры, — со вздохом заключил я. — Но ты, Берни, задержишься в Картагене. По дипломатическим причинам.
Непонимание на лицах, и одновременно облегчение у Бетиса и его наставника. Бернардо Тринадцатый сам не рвался в дальнейший поход, ибо это уже авантюра, а он не авантюрист, а наследник крутого герцога. И свою задачу — демонстрацию флага — на сей момент выполнил.
— Во-первых, объяснишь всё герцогу в спокойной обстановке, — продолжил я. — И именно ты — ко мне он будет слишком предвзят. Тебя же послушает. Во-вторых… Я не знаю, что будет ТАМ, — махнул я рукой в сторону северо-запада. — Но мне надо туда, чтобы выяснить кое-какие моменты. Это не то, что личное, но… — Вздохнул, ища слова. — В общем, мне туда надо, сеньоры. Именно ввиду грядущей войны. Возможно, получится на что-то повлиять, как-то отсрочить, возможно нет, но я должен попытаться.
— Удачи, Ричи, — уважительно склонил голову Бернардо. — Понимаю. Мудрое решение.
Даже не пытался спорить или отговорить. М-да, думал, он будет уговаривать остаться в Картагене хотя б на пару дней. Но, видимо, я для герцога после этой стычки и по сути взятия на щит его города как бельмо на глазу — лучше даже не заезжать в город. Объедем по дуге, благо тут есть окружная для гужевого транспорта.
— Вольдемар? — посмотрел я на своего сотника. — Как оцениваешь планы? Как у нас с их реализацией?
— Надо дней пять, — задумавшись, покачал он головой. — Поднять раненых. Много раненых, и это чудо, что никто не умер. Натанириэль, низкий поклон, — повернулся он к единственной сеньоре за столом и уважительно склонил голову. Сеньора, к ней больше подходил эпитет «терминаторша», склонила голову в ответ. — И несколько коней — тоже получили ранения стрелами, надо б подлечить. Спешить нам особо некуда — бандиты уже на Рио-Гранде. Но когда выйдем из Лунного Света — надо держать очень высокую скорость, лошади и люди должны быть в идеальном порядке.
— Йорик? Ты что думаешь? — продолжил я перекличку.
— Обеими руками за! — вскинул будущий ярл обе руки. — Я присмотрел полтора десятка лихих парней для того дела, что ты говорил. Но этого мало. Да и смену себе ещё не выбрал. Поехали, покатаемся, понервируем сеньоров.
— У меня одна сломана, — усмехнулся Клавдий, глядя на руку на перевязи, — так что я «за» одной рукой. Хотя ты понимаешь, что это уже просто месть. Ничего нового они нам не скажут.
— Не месть! — округлил я глаза. — Наказание. Нам надо приучить местный владетельный бомонд к идее о его неотвратимости. Хорошо. Наташа?
— Я же отдаю долг? — картинно нахмурилась она. — За своё спасение. Пока ты преследуешь бандитов — я с тобой. Да и от Рио-Гранде до Леса ближе.
— Значит, решено! — хлопнул я по столу. — Эй, человек! Человек! Ещё молока с мёдом, и лучшего вина сеньорам!
* * *У Сильвестра с кабаком была договорённость, и он её соблюдал. И вчера играл, когда я был в отключке, и сегодня как начало темнеть — пришёл. Встал столбом, вытаращив на меня глаза, что-то промычал, указав на пятачок сцены.
— А я что! — воздел руки я. — Ты ж не крепостной. Свободный человек. Играй.
— Но… Э-э-э-э-э… А-а-а-а-а…
— Потом. После выступления. Присядешь ко мне, побакланим, — похлопал по столешнице рядом с собой.
Выступления ждали. Бойцы, коих в таверне было около восьмидесяти процентов, радостно заревели и засвистели. Львиная доля отдыхающих уже была достаточно накушавшейся, но никто не буянил. Впрочем, тут их командиры, это остужает горячие головы. А вот в других тавернах наверняка весело.
Концерт прошёл… Замечательно. Парнишка пел более трёх часов. И ревел, и выл, и выдавал слезливые и сопливые серенады — в его репертуаре было, по ходу, всё. И не сказать, что песни из другого мира как-то особо выделялись. Выделялись, да, но лишь потому, что я их знал и мог сравнить звучание. Для того же Йорика или Вольдемара это были просто песни, просто музыка.
Прозвучало и новенькое. «Леди в красном» Де Бурга, которая «из дансинг виз ми чин ту чин». Как не сорвался и не начал подпевать на англицком — не знаю. Но вершиной, после которой я точно понял, что беру паренька в оборот, стали «Орлы». Бессмертный «Отель Калифорния». Единственная песня, которую помнит пипл, когда называешь эту группу, тогда как сами парни её люто ненавидели и не хотели играть на концертах. Играли, но не хотели.