"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— В смысле? — Татьяна, недоуменно переведя взгляд с дверки на собеседника, нахмурилась, — Ты что, тут останешься?
Хранитель памяти устало вздохнул.
— Я просто не хочу эпатировать публику своим появлением, только и всего. Если что, можешь ловить меня за гриву… И да, Татьяна, — он строго глянул на спутницу и, подняв указательный палец, внушительно добавил, — Существуют некоторые условности, о которых ты не должна забывать. Я не могу вернуть память хозяину просто так, потому лишь, что он начал вспоминать, понимаешь? Он должен приказать мне, потребовать вернуть воспоминания. И показать ему, кто я есть, я без приказа не могу. Поэтому туда я пойду как лев, а вот обратно… — он вздохнул снова и на мгновение сжал губы, — Посмотрим. Поняла?
  
— Ага, — невесело кивнула в ответ девушка и, глядя на то, как ее спутник принимает вид огромного хищника, чуть поморщилась, — Все-таки идти, держась за твою руку, было удобнее, чем за гриву.
Винсент негромко рыкнул и, демонстративно подойдя поближе к девушке, подставил голову. Татьяна, чуть усмехнувшись, аккуратно оперлась на нее ладонью и, нервно облизав губы, решительным, хотя и нетвердым шагом, направилась вперед. Идти им оставалось совсем немного…
В гостиную девушка и ее четвероногий спутник вошли как раз в тот момент, когда Эрик, постукивающий в ожидании обещавшей вернуться через пятнадцать минут девушки, пальцами по столу, уже почти собрался идти ей навстречу. Роман, который, находясь тут же, слегка покачивался на стуле, упершись ботинком в стол, заметив нетерпение брата, закатил глаза.
— Эрик, девушки в принципе не умеют одеваться быстро! Я вообще не понимаю, как ты мог столь наивно надеяться увидеть свою ненаглядную Татин через каких-то пятнадцать минут, — юноша на мгновение задумался, — До этого она где-то гуляла куда как дольше.
Эрик, пропустивший почти все слова виконта мимо ушей и уловивший лишь то, как он назвал Татьяну, медленно перевел взгляд на него.
— Что?.. — голос его прозвучал несколько растерянно, рука машинально метнулась к виску, пронзенному мгновенной болью.
— Что? — в свой черед не понял Роман и, услышав негромкий скрип двери, и последовавшие за ним шаги, сливающиеся с цокотом когтей, обрадовано перевел взгляд на вошедших, — А вот и она, дама с собачкой! — он перевел взгляд на Винсента и, почесав макушку, милостиво поправился, — С кошачкой, — затем изучил хранителя памяти еще раз и поправился вновь, — Ну… Со львячкой. А зачем тебе, кстати, львячка-то нужна, дама Татьяна? Для моральной поддержки, что ли?
— И как ты догадался? — беззлобно огрызнулась девушка, совершенно не реагируя на шуточки молодого человека. «Львячка» же Винсент, обычно довольно остро реагирующий на выпады в свой адрес, на сей раз и вовсе предпочел сделать вид, что почти ничего не слышал и, бросив на виконта де Нормонд очень голодный и очень многообещающий взгляд, улегся на пол, явно стараясь прикинуться ковриком.
Татьяна, лишенная столь удобной подставки, оперлась рукой на ближайший к ней стул и уже даже начала в спешном порядке придумывать, с чего начать объяснения, когда Эрик решительно подал голос.
— В самом деле, Татьяна, для чего ты привела льва? Ты обещала все объяснить, а не… — он замолчал, явно не находясь, как продолжить. Девушка мысленно вздохнула.
— Если честно, я хотела скорее привести того, кто все объяснит, — проговорила она и, глянув на безмятежно лежащего Винсента, чуть кивнула в его сторону, — Вот и привела.
— По-твоему, лев сумеет что-то объяснить? — граф де Нормонд чуть приподнял брови. Его брат, как обычно, не вынесший муки молчанием, поспешил вставить свои три копейки:
— Татьяна, сознайся честно — давно ли ты билась головой о стену?
— Недавно, — уже несколько более раздраженно огрызнулась девушка и, вздохнув уже вслух, попыталась объясниться, — Он сможет объяснить. Не по львиному, конечно. Он не то, чтобы совсем лев… То есть, он конечно, лев, но все же расскажет.
Винсент, выслушавший вместе с обоими братьями эти пояснения довольно внимательно, дернул хвостом, слегка хлестнув им девушку по ногам. Та недовольно поморщилась и, бросив на него суровый взгляд, процедила сквозь зубы:
— Сейчас сам объяснять будешь!
— Татьяна? — Эрик, приподняв брови выше, с интересом созерцал столь мило беседующую со львом девушку.
— Мы все еще здесь, — не преминул расшифровать это короткое слово его брат и, очаровательно улыбнувшись, провокационно прибавил, — Сколько раз ты билась головой о стену сегодня, дитя мое? Лучше сразу сознайся и я, быть может, пощажу тебя.
— А если не признаюсь? — сумрачно отреагировала девушка, избегая пока что прямых ответов. Юноша разочарованно пожал плечами.
— Ну, тогда я позову скорую помощь и попрошу забрать нашу сумасшедшую Татин, которая обвиняет Винсента во всех смертных грехах.
Эрик схватился за голову. Молодые люди, увлеченные перепалкой, даже не заметили этого.
— Боюсь, скорая сначала захочет проверить, не надо ли во всех смертных грехах обвинить тебя!
— Не выйдет, — Роман довольно ухмыльнулся, — Я чист, как белый лист.
— Оно и видно, — фыркнула в ответ девушка, — Особенно, если заглянуть тебе в голову…
— Тихо! — голос графа де Нормонд, легко перекрыв голоса спорщиков, раскатился по гостиной, заставив задребезжать остатки стекол в оконных рамах. Молодые люди мгновенно замолчали; Винсент обеспокоенно вскочил на все четыре лапы.
— Винсент… — забормотал молодой граф, закрывая лицо руками и облокачиваясь на стол, за которым сидел, — Татин… сестра, его сестра… Винсент… Друг… Хранитель…
Хранитель памяти тихо заскулил и, не в силах сносить дальше такого немилосердного издевательства над его мозгом, потер морду лапой. Эрик, отвлекшись, отнял руки от лица и, приподнявшись в кресле, обеспокоенно взглянул на льва.
— Винс, что такое?
Лев опустил голову. Татьяна, вопреки графу присевшая на стул, за спинку которого до сей поры держалась, сочувственно взглянула на хищника.
— Ему больно, — негромко проговорила она и, вновь подняв глаза на графа, так же тихо добавила, — Больно, потому, что ты пытаешься вспомнить.
— Потому, что я пытаюсь… — граф де Нормонд, почти упав назад в кресло, растерянно заморгал, — Но почему??
Девушка тихо вздохнула. Похоже, настало время отвечать на вопросы прямо, не ограничиваясь различными экивоками…
— Потому, что он Винсент, — твердо произнесла она, — Твой друг. Твой… хранитель памяти.
— Кто? — вопрос, одновременно вырвавшийся и у Романа, и у Эрика, показался, по сравнению с только что звучащим тихим говором Татьяны, необычайно громким. Девушка чуть заметно поморщилась и, потерев лоб, решительно повторила:
— Хранитель памяти. Он не лев, Эрик, и никогда им не был, он принял эту форму только, чтобы помочь тебе. И, если ты скажешь… Станет человеком. Ну, или почти человеком…
Молодой граф, откинувшись на спинку кресла, в свой черед потер лоб, с откровенным непониманием и недоверием взирая на стоящего с повинной головой льва. Роман, видимо пораженный прозвучавшими откровениями и не находящийся, что сказать, а быть может и попросту не желающий снова беспокоить брата, молчал.
— Это… как-то… — медленно начал произносить Эрик, одновременно со словами приподнимаясь с кресла и не прекращая вглядываться во льва.
— Глупо? — Татьяна слабо улыбнулась и покачала головой, — Что ж, проверь. Однажды после таких твоих слов он уже доказал, что все правда, докажет и сейчас.
— Однажды доказал? — хозяин замка, уже поднявшийся на ноги, перевел непонимающий взгляд на девушку, — Татьяна, я вовсе не…
  
— Да брось, — Роман, которому в конце концов надоело быть молчаливым наблюдателем, кривовато ухмыльнулся, опять откидываясь на стуле назад, — Ты видишь — девушка с головой не дружит? А просьбы сумасшедших лучше выполнять, а то вдруг кинется и разозлится? То есть, в обратном порядке.
— Кинется… — медленно проговорил граф де Нормонд и, на несколько секунд закрыв лицо рукой, прерывисто втянул воздух. Когда же он вновь обратил взгляд на Винсента, в глазах его застыла едва ли не та же отчаянная решимость, что совсем недавно наблюдала девушка, глядя на его прошлый разговор с хранителем памяти.