Уйти, чтобы вернуться. Исповедь попаданца (СИ)
- На следующей неделе пришлю наладчиков для установки вытяжки, они и кульман доставят! Будь здоров! Заходи.
"Да, пареньку помочь надо. Приглашу я нашего профсоюзного лидера, пусть посмотрит, как надо стенды оформлять! Если понравится и начнет разговор и для себя такие же сделать, расскажу о Кирилле. Пусть с директором договорится принять его на работу оформителем. Хотя, нет, Кирилл еще слишком молод. Можно пока его тетку кем-нибудь оформить! А Кирилл будет работать. Тем более, рабочее место оформителя ему в школе будет подготовлено. Нам меньше забот. А прислать машину, чтобы привезти материалы для стендов и забрать готовые для завода - не сложно. Только надо предупредить директора школы, чтобы она разрешила ему и для завода кое-что рисовать. Но говорить, что за деньги - нельзя, а то попрекать еще будут: люди разные бывают. Ну, все. Сейчас развешу стенды в коридоре перед отделом кадров и пойду в профком".
Работа Кирилла настолько понравилась председателю профкома фурнитурного завода, что и он захотел в такой же манере оформить свою наглядную агитацию. За ним пришел и парторг, покачал головой, и также попросился в очередь. Тут Петр Николаевич и предложил свой план по привлечению Кирилла для работы на заводе. Все вместе сходили к директору, рассказали о Кирилле, попросили "решить вопрос".
Ну, какой умный директор пойдет против парткома и профкома? Тем более, деньги для завода копеечные: 90 рублей в месяц! Вон, "подснежников" полную футбольную команду содержать приходится, а выше десятого места в первенстве района - не поднимаемся! А тут - наглядная агитация на высоте будет!
Директор сходил в отдел кадров, оценил стенды, и вызвал к себе начальника отдела труда и заработной платы. Дал ей команду решить вопрос с оформителем по плану Петра Ивановича: принять тетку Кирилла комплектовщицей в отдел снабжения с окладом 90 рублей. А так как инициатива наказуема, обязал Петра Ивановича осуществлять связь завода с Кириллом, передавая ему заказы и доставляя выполненную им работу на завод. Петр Иванович, для вида помялся, а потом согласился: нагрузка невелика, а дивидендов дать много может. Ведь он станет определять, кому в первую очередь и что Кирилл оформлять будет. А это многого стоит!
Вот так и решился для Кирилла самый главный для него на сегодняшний день вопрос с получением постоянного дохода.
Глава вторая.
Учебный год начался как обычно - с линейки. Потом знакомство с классом: всего в "9-б" училось 40 человек. Определение "своего места" в классе: Кирилл в "передовики" не лез, сразу сказал, что его интересует только рисование, а все остальное постольку - поскольку. Пару раз на него пытались "наехать" сверстники из школы - но что они могли поделать с человеком, прошедшем школу КГБ? Вскоре, все вошло в обычную колею.
По всем предметам он неплохо успевал: не особо напрягаясь, был хорошистом. В плохом поведении замечен не был. После уроков уединялся в декораторской - всем говорил, что рисует декорации. А на самом деле работал по заказам фурнитурного завода, не забывая выполнять и свои обязательства перед школой. "Любочка" на него только не молилась! Когда любопытные одноклассники приходили к нему в мастерскую, включал вытяжку "наоборот" - и все быстро разбегались, хором жалея его, бедненького.
Заказы от фурнитурного завода поступали регулярно, но особенно его не напрягали: он тратил на них не более двух часов в день.
Записался на подготовительные курсы в "Мухинку". Там занятия были два раз в неделю, по вечерам. Еще много задавали на дом: рисунок, акварель, масло. Каждые субботу и воскресенье ходил на "пленер". После премии за первую работу для Петра Николаевича приобрел себе этюдник. Всего остального было достаточно: оставалось после заказов.
Каждый месяц появлялся на заводе, получал зарплату, относил ведомость тетке, которая в ней расписывалась, и возвращал ее в бухгалтерию. Сбоев не было. Так прошла зима, наступило лето.
В июле умер отец. Наверное, он знал о скорой кончине, так как отправил сыну все свои накопления с запиской: потрать деньги с толком. Всего Кирилл получил от него 1200 рублей. Вместе со своими сбережениями у него накопилось уже более 2000 рублей.
На похороны он ездил один - тетка не могла: "не ходили ноги". Леспромхоз взял на себя все заботы о похоронах, даже организовал поминки. Часть вещей, оставшихся после отца, Кирилл раздал соседям, мебель продал за копейки, утварь - привез в Ленинград. Квартиру - сдал в леспромхоз. Больше он там не появлялся.
К осени получил паспорт. Официально прописался у тетки. Оформился на фурнитурный завод чернорабочим, но занимался только оформительством. В школе все было по-старому. Так прошел еще год.
Экзамены за десятый класс сдал без троек, получил аттестат и подал документы в "Мухинку" на специальность художника-конструктора. Все экзамены "по специальности " сдал на отлично, по немецкому языку и истории получил тоже отлично, за сочинение и математику - по четверке, и был принят на первый курс института.
В школе ему предложили оформиться на полставки (сорок рублей в месяц) и продолжить рисовать декорации для школьного театра. Декораторская была в его полном распоряжении.
На фурнитурном заводе также не хотели с ним расставаться. На прежних условиях он продолжил заниматься оформительством.
Все складывалось для него хорошо. Вот только тетке становилось день ото дня хуже и хуже. В первых числах сентября она умерла.
Для Кирилла началась новая жизнь: теперь он был сам себе хозяин.
Приходилось крутиться, как белке в колесе: с утра - занятия в "Мухинке", после обеда - работа в декораторской на два фронта: для школы и для завода, затем подготовка к занятиям. Спасало то, что многие предметы он и так отлично знал: немецкий, историю КПСС и другие. К концу 1964 года он накопил более четырех тысяч рублей. Пора было переходить к следующей стадии его плана: организации побега на Запад.
Первым шагом было приобретение валюты или золота: без этого невозможно было организовать побег через границу. Кирилла больше устроило бы золото: его везде можно превратить в любую валюту. Он должен был решить эту проблему за ближайший год. Среди своих сокурсников осторожно интересовался этим вопросом, искал другие пути. Приходилось очень сильно "шифроваться", он точно знал, что в среде, где он вращается, много "стукачей", и попасться на заметку органам - ничего не стоило. Цены на валюту и золото на черном рынке он уже хорошо знал. За четыре тысячи рублей он мог купить одну тысячу долларов, или две тысячи западногерманских марок, или сто пятьдесят грамм золота.