Восхождение мага призывателя. Том 2 (СИ)

Лена поставила меня на пол и принялась чертить синим огнем руны в воздухе. Пока что всё делала правильно, как и полагается отличнице. Уравнения записала верно и начала искать неизвестное. Но решила она его неверно, и у меня язык чесался подсказать, однако нельзя было.
Но к счастью, она быстро исправилась и разобралась всё таки с уравнением. Однако, ничего не изменилось — я по-прежнему оставался кроликом. Какого хрена?
  
— Вячеслав Борисович, может, тоже дадите ей подсказку? — взмолился я и от нервов начал умывать мордочку лапками. Не знаю, как это работает, но я не мог остановиться. — Она ведь в верном направлении идёт, ошибок нет.
— Да, Волхонская показала себя с хорошей стороны, — кивнул он. — Но мои советы — это скорее новые знания для вас, — сомкнул он руки за спиной. — Елена, вам стоит лучше сконцентрироваться и представить Царева в его прежнем образе, детально. Держа этот образ в голове, запишите параболические формулы из рун — две справа, символизирующие вершины его состояния до перевоплощения, и две слева, символизирующие состояние после. Проще говоря, X и Y. Но рунами, разумеется. И между ними нужно провести энергетически верную параболу.
Когда же он это сказал, я увидел панику в глазах Ленки. Задача была не для новичков — малейший промах, и всё насмарку. Ей нужно было держать в голове мой образ и при этом чертить энергетическую параболу, а это высший пилотаж даже для опытных магов. Потому я немного занервничал, ведь сомневаюсь, что сам бы справился на ее месте с первого раза. А времени в обрез — пара не резиновая.
А Ленка уже тревожно взгянула на меня и начала чертить руны. Потом наступила гробовая тишина — она пыталась провести параболу. И через минуту зал взорвался хохотом. Борисович же отвернулся, будто увидел что-то непристойное. А сама Лиса выпучила глаза и пискнула.
Что за хрень она сотворила? Смотрю — я всё ещё кролик, только уже чёрный, с накачанными лапами и здоровенным мужским достоинством между задних лап. Какого ху… Значит, таким она меня видит⁈ Прекрасно, теперь я — кролик-мачо из порно-анимации какой-то.
— Вячеслав Борисович, исправьте это немедленно! — закричал я. — Как я буду учиться в таком состоянии целую неделю? Мне нельзя!
— Прости, Царев, но не могу — правила для всех одинаковы. Оставляю как есть, чтобы всем был нагляден пример важности моего предмета. Чем больше трудностей испытаете сейчас — тем легче будет в будущем.
— Но я же не виноват! Это она не справилась, — во мне закипела ярость. — Я свою часть отработал безупречно.
— Ты получаешь сто очков, а Волхонская минус сто, — развёл он руками. — Но ты бы прикрылся что ли, — кашлянул этот изверг в кулак.
Сука, я ему когда-нибудь точно рожу набью. Вроде учит хорошо, но почему я должен терпеть такой позор?
— Чем, блин, прикрыться? — взвыл я в бешенстве. — У меня же лапки!
А студенты начали падать со стульев от хохота и я зыркнул на них
— Всех, кто смеётся, запомнил. Потом пеняйте на себя! — зловеще процедил я.
— Ой, смотрите, нам угрожает кролик с большим хером! — Корсиков тыкал в меня пальцем.
— Тебя первым пришибу на дуэли! — лязгнул я зубами.
— Да ладно, Царев, ты чего — шутка же, — он мгновенно заткнулся. — Не хочу я с тобой на дуэль, — ну ещё бы.
Делать же было нечего — нужно срочно обратиться за помощью к тому, кто действительно поможет. А таким человеком сейчас мог быть только декан. Его бы не назначили на эту должность, не владей он профессионально всеми дисциплинами. Денис Владимирович разбирается во всей магии, и хоть он не всемогущ, но мой прежний облик точно сумеет вернуть. И я знаю, как на него надавить.
И плевать мне было, что пара не закончилась. Я поскакал из аудитории — а скакать было чертовски тяжело. «Прибор» оказался настолько внушительным, что приходилось делать передышки. Еще, к тому же, при каждом прыжке я больно ударялся им об пол — невыносимое унижение.
А студенты в коридорах смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Они не знали, кто я такой — я ни с кем не говорил — но прекрасно понимали, откуда я возвращаюсь в таком виде. И некоторые откровенно потешались, другие смотрели с сочувствием — их ведь тоже могла ждать подобная участь на занятиях Борисовича.
В общем, кое-как допрыгав до учебного отдела, я привлёк внимание гнома-секретаря. Но он меня не унюхал, а услышал стук моего «прибора» по полу.
— Цалев? — спросил он совершенно серьезно. Ему было не привыкать к таким зрелищам в нашей Академии, да и не юный он студентик, чтобы хихикать над каждым подобным случаем. — Я чую твою ялость! Куда наплавляешься?
— К декану! И лучше не вставай на моём пути! — я оскалился от злости.
— И не собилался, — поёжился гном. — Твоя палка между лап лазмером больше меня всего.
Он даже спустился со стульчика и помог мне открыть дверь в кабинет декана.
— Спасибо, — бросил я.
Запрыгнув в кабинет, я с трудом вскарабкался сначала на стул, а потом на стол к декану. Тот как раз пил кофе с пончиками. При виде меня его лицо осталось невозмутимым — за годы работы здесь он и не такое повидал. К тому же, он прекрасно знал о методах обучения Вячеслава Борисовича и, разумеется, одобрял их. По его мнению, мы должны были познать на собственной шкуре всю суть проклятий, чтобы потом эффективно бороться с ними. Да и все магические Академии Империи нацелены не только на образование по специальности, но и на подготовку студентов к войнам.
— Денис Владимирович, вы должны снять с меня проклятие, — выпалил я, отдышавшись.
И он отодвинул пончики и, прожевав, сказал.
— Да, Царев, аппетит ты мне как рукой отбил.
Но едва он это произнёс, я заметил на столе вазу с фруктами. Среди них были груши, и меня словно накрыло волной безумия. Сочные, ароматные — я набросился на них без всякого разрешения и стал пожирать одну за другой. Опустошил всю вазу за считанные минуты, и мне даже стало плохо от переедания. Я повалился на спину, а на пузо мне давил мой огромный болт. Декан же терпеливо ждал, пока я закончу обжорство, а потом спросил.
— С какой стати мне снимать проклятие? На следующем занятии через неделю Вячеслав Борисович всё сам снимет, — голос его звучал невозмутимо. — Ты же знаешь, для чего это делается. Все как-то ходят с этими проклятиями и ничего. Или ты у нас особенный?
— А учиться мне как? — вздохнул я.
— Как все — будешь прыгать на пары, слушать лекции, а потом ходить на сдачи, когда вернёшься в привычный облик. Это показательная дисциплина. Иначе из вас не сделать будущих воинов для Империи. Вы должны быть готовы ко всему, — отчеканил декан.
— Да? — в моем голосе прорезался сарказм. — А Лолу я в кроличьем виде как защищать должен? Мне нужен человеческий облик, чтобы потреблять нормальное количество пищи и поддерживать прежние силы. Да и на охоту мне, всю неделю не ходить? Я обязан заботиться о княгине и помогать ей прокачиваться. Такая пауза никому на руку не сыграет.
Декан задумался, сложив руки над столом. А спустя пару минут он погладил седую бороду и тяжело вздохнул.
— Если я сниму проклятие, у остальных возникнут вопросы. Студенты решат, что ты мой любимчик. А это далеко не так! У меня нет любимчиков, Царев, — отрезал он.
— Я в любом случае сниму это проклятие на этой неделе и найму опытного мага за деньги, — парировал я. — К вам же, обратился лишь, чтобы сделать это быстрее. А на недовольство остальных мне плевать. Им никто не запрещает обращаться к магам по найму. Да и вы сами будете виноваты, если кто-то нападёт на княгиню, а я буду кроликом. Неужели хотите потерять такую перспективную студентку?
  
— Перспективную, говоришь? — усмехнулся Владимирович. — Она же лабораторию взорвала.
— И что? Я за это заплатил, никто не пострадал, — я не собирался сдаваться. — Она только на первом курсе, не знает многих нюансов зельеварения и алхимии. К тому же, поступила она почти в конце учебного года. И вы сами говорили, что Лола из древнего мощного рода и умна. Из неё выйдет достойная студентка, приносящая очки, и охотница. Клан боевых мёртвых волков — большая польза для Империи и статус для Академии, где она училась.