Я подарю тебе тьму (СИ)

— Ты что? — пугаюсь я. — С ума сошел? Темный маг ведь должен тебя убить!
— Пусть! Но если это сделает тебя счастливой, если избавит от меня…
— Дурак! — взрываюсь я. — Ты опять решаешь все за меня, да? Да как же ты не понимаешь! — я бью Льерена кулаком в грудь. — Я сама, понимаешь, сама хочу решать, что мне делать, а что не делать! Не смей делать выбор за меня!
— Да какой же это выбор? Падать со мной в пропасть?
  
— Так! — решительно говорю я. — Я еще не во всем разобралась и не все понимаю в этой истории. И вообще, мне кажется, ты мне опять что-то наврал. Как обычно.
— Я ни разу не врал тебе, — глаза Льерена вспыхивают. — Я не все рассказывал, о чем-то промолчал, но не врал.
— Я тебе больше на доверяю, — ворчу я. — И Тиэрену тоже, если на это пошло. Вы оба редкостные вруны.
— Эй!
— Ну ладно. Редкостные молчуны. Мне нужно время, чтобы осознать то, что вы скрывали от меня.
— Разумеется. Как скажешь! Можешь поговорить с матерью. Она знает о нас с Тиэреном.
— А отец?
— Нет.
Я размышляю. Лилия. Говорить с матерью о смерти ее сына, обо всей этой чудовищной ситуации. Нет, на такое я не подпишусь.
— Извини, но твоя мать отпадает.
— Я знаю, с кем ты можешь обо всем спокойно поговорить, — неожиданно предлагает Льерен. — Есть еще один человек, который все знает. Я отведу тебя к нему. Идем!
И маг решительно тянет меня за собой.
  
Глава 47
 
В гостях
В городе Льерен все же берет экипаж. Нет, я не жалуюсь на то, что устала, но шагаю намного медленней. Молчу, разглядывая прохожих и утренние оживленные улицы.
— Свежая сдоба! — кричит лавочница, открывая дверь пекарни. Я улыбаюсь ей, и женщина дарит мне ответную улыбку, которая расплывается на потном и красном от жара лице. Я знаю эту булочницу: сюда меня пару раз посылала за хлебом Арвета.
Мы проезжаем дом мага, потом центр Агнуриса. Я провожаю взглядом магазины и даю себе слово, что обязательно загляну сегодня к своей любимой шляпнице. Потом.
— К кому мы едем? — спрашиваю я Льерена.
— К Марсию, — коротко говорит маг. — Он в курсе. И ответит на любые твои вопросы.
— Ваша милость! — слышим мы крик, и нам наперерез, чуть ли не под копыта коню бросается паренек-секретарь.
— Ольвер! С ума сошел? — сердится маг, когда возница останавливает экипаж. — Жить надоело?
— Ваша милость! — едва переведя дух, торопится сказать паренек. — Я вас везде ищу. Госпожа Арвета сказала, что вы с раннего утра из дома уехали.
— Что случилось, Ольвер? — хмурится маг.
— Там снова… — секретарь испуганно округляет глаза. — Ночью. Похититель душ проявился.
Я ахаю и закрываю рот рукой.
— Жертвы? — сурово интересуется маг.
— Дочь горшечника. Этот гад душу у нее забрал.
Я в ужасе смотрю на секретаря. Льерен бросает на меня мрачный взгляд.
— Адрес, Ольвер! — секретарь говорит, и маг понимающе кивает. — Буду там через полчаса. Гони! — приказывает он вознице.
Ольвер остается стоять на улице, глядя нам вслед, а наш экипаж прибавляет хода. Уже через десять минут Льерен подает мне руку, помогая спуститься у высокого дома, окаймленного аккуратно подстриженными хвойными деревьями.
— Пойдем! — говорит он. — Я тебя оставлю здесь. Сама сможешь вернуться?
— Ну разумеется, — говорю я.
— Только не задерживайся, Астра! — хмурится Льерен. — Я бы тебя одну ни за что не оставил, но ты понимаешь…
— Понимаю! Не беспокойся! Глупостей не наделаю, — горячо обещаю я.
— Если что, на тебе моя метка, — говорит маг и нежно гладит меня по щеке. — Я тебя везде найду.
Хм. Это и лестно, и мерзко. Надо будет об этом попозже серьезно поговорить с магом. Чипирование меня совершенно не устраивает.
Льерен почему-то идет не к дверям дома, а ведет меня по дорожке вокруг дома. За ним небольшой уютный садик с беседкой. Прямо посередине газона стоит столик, накрытый для завтрака, а рядом в кресле я вижу Марсия.
— Льер? — спрашивает хозяин, и в его карих глазах стоит вопрос.
— Да, это я, дружище, — смущенно говорит маг.
— Давненько я тебя не видел, — с добродушным упреком говорит Марсий. — Тиэрен часто заходит, а вот ты…
Уголок губ Льерена дергается.
— Я и сейчас на минуту, — виновато говорит он. — Тут такое дело, Марсий…
— Там снова Похититель душ ночью появился, — выпаливаю я.
Мужчины смотрят на меня: Марсий озадаченно, Льерен с хмурым упреком. Упс! Язык мой — враг мой.
— Опять? — с тревогой спрашивает Марсий. — Не нашли убийцу пока, Льер?
— И даже никаких зацепок, — мрачно говорит маг. — Извини, Марс, служба!
— Понимаю, друг. Зайди на секунду в дом и попроси принести еще горячего чая для Астры.
— Да мне как-то неудобно, — говорю я.
Мой желудок тут же издает протестующий звук, и я со стыдом хватаюсь за живот.
Марсий смеется.
— Поторопись, Льер, а то твоя невеста умрет в муках голода прямо у моих ног. Не хотелось бы, знаешь, стать фигурантом твоего расследования.
Льерен вымученно улыбается, машет рукой и уходит, бросив на меня последний горящий взгляд. Я сажусь в свободное кресло, стряхнув с него листья.
— Люблю, знаешь ли, есть на свежем воздухе, — словно извиняясь, говорит мужчина. — Благо осень стоит теплая. Скоро похолодает, а зимой так заметет, что из дома не выйдешь. Но если хочешь, мы можем перейти в дом.
— Нет, ничего. Марсий, — смущенно ерзая, говорю я. — Я к вам по делу.
— Я внимательно слушаю, — становится серьезным мужчина.
Из двери, ведущей в сад, выходит молоденькая служанка. Она несет плед, перекинутый через руку, и поднос. Здоровается и расставляет передо мной чашку, тарелку. Кладет приборы и салфетку. Ставит еще один чайничек. Бросает на меня любопытный взгляд, кланяется и уходит назад в дом.
— Я сама себе налью, — говорю я, останавливая Марсия, который собирается было поухаживать за мной. — Вам налить еще чая?
— Ну разве что полчашки, — соглашается мужчина.
Он с добродушной улыбкой наблюдает за мной. На его коленях, прикрытых пледом, рассыпаны крошки. И на траве. Воробей, следящий за нами, резво подскакивает, хватает угощение, и упархивает в кусты. Я улыбаюсь. Намазываю хлеб маслом и покрываю сыром — домашним, животно пахнущим и острым, но необычайно вкусным. Впиваюсь в хрустящий бутерброд и разве что не стону от удовольствия. Марсий, стараясь не смущать меня, смотрит в сторону и пьет маленькими глотками чай.
— Я понимаю, что это прозвучит бестактно, — говорю я, прожевав, — но я хотела вас расспросить о том событии, когда Льерен… или Тиэрен… — я начинаю запинаться. — Короче, когда произошло то страшное событие много лет назад.
Я окончательно смущаюсь и утыкаюсь в чашку с душистым травяным чаем.
— Тебя за этим Льер привез?
— Понимаете, — чистосердечно говорю я. — Я совсем запуталась. И, если честно, не доверяю магу до конца. А с Лилией говорить об этом не могу. Вы ведь понимаете?
Я с мольбой гляжу в глаза Марсия. Мне и с ним говорить неловко — он ведь тоже пострадал при взрыве. Но с кем-то же надо!
Марсий задумчиво приглаживает рыжеватые волосы.
— Не волнуйся, Астра, — говорит он. — Ты же член семьи Мирчеллиев и должна знать все. Спрашивай!
— А… А почему граф так ненавидит сына? — неожиданно выпаливаю я.
— Не сына, — поправляет меня Марсий. Он откидывается на спинку кресла. — Льерена.
— За что?
— Но это же очевидно, — пожимает плечами мужчина. — Винит его в смерти Тиэрена и Эвайны.
— Какой он был, Тиэрен? — интересуюсь я.
— Такой же, как и сейчас, — усмехается Марсий. — Он всегда был словно старше и ответственнее нас. Хотя они близнецы с Льером. А я старше их на год. Но Тиэр всегда был рассудительным. Лучший ученик. Послушный сын. Надежда и гордость графа Мирчеллия. Именно он должен был унаследовать графство Кульвэр. А Льер…
  
Я напряженно жду продолжения. У меня так много вопросов! Но Марсий молчит, глядя на зеленую лужайку, где ярко желтеют осыпавшиеся листья ореха. Я намазываю хлеб маслом и черничным вареньем. Ем сладкий бутерброд. Разгоряченное после прогулки тело уже остыло, холод подкрадывается от земли, да и осеннее солнце не греет так сильно, как летом. Я ежусь и кутаюсь в плед. Но я готова померзнуть, пока не узнаю все, что хочу.