Воспитание бабочек

— Я же сказал, чтобы ты не двигался, — повторил Стерли.
«Не двигался»? Почему он обращается к ней в мужском роде? Затем Серена заметила, что взгляд Адоне устремлен не на нее, как ей почудилось, а на кого-то за ее спиной.
Она хотела было обернуться, но тут Адоне бросился на нее и оттолкнул в сторону. Серена упала на мокрую землю, ударилась боком о выступающий камень и от боли застонала. Мобильник выпал у нее из рук, и тьма вдруг стала непроницаемой.
Во мраке слышались звуки борьбы.
Серена различила пятно света: фонарик на смартфоне уткнул луч в землю в паре метров от нее. Морщась от боли, она поползла туда и схватила мобильник, но тот был грязным, скользким и в руки не давался. Серена вытерла его о себя. Как только ей наконец удалось ухватить его покрепче, она направила луч света туда, откуда исходил шум потасовки.
Лицо Адоне Стерли выглядело как сплошная земляная маска, из-под которой виднелись только бешеные глаза. Его противником был мужчина, тоже с головы до ног измазанный грязью. Серена задавалась вопросом, видела ли она его где-нибудь.
Она узнала его по джинсовке и длинным волосам, которые обычно были зачесаны гелем, а сейчас свалялись, как и рыжеватая борода.
Парень Луизы, который всего несколько часов назад напал на нее на парковке апарт-отеля, сейчас защищался от ударов Адоне и время от времени даже, похоже, давал сдачи. Серена не понимала, что происходит. Эти двое — сообщники? Тогда почему они сцепились?
И тут раздалась протяжная трель свистка.
— Сюда! — крикнул кто-то вдалеке.
В чаще замелькали лучи фонариков. Залаяли собаки; приближались какие-то люди.
Через минуту из-за деревьев появились вооруженные мужчины. Полицейские. Новоприбывшие кинулись разнимать драку. Один подошел к Серене.
— Как вы? — спросил Гассер, положив руку ей на плечо.
Серена еще не оправилась от изумления. Впервые с приезда она была рада видеть этого человека и его проклятые усы.
— Нормально, — только и смогла ответить она, держась за ушибленный бок. От боли было трудно дышать. Колени у нее подкосились.
— Я немедленно распоряжусь прислать «скорую», — сказал командир.
Он собирался приказать одному из своих людей, чтобы тот вызвал по рации «скорую помощь», но Серена удержала его за руку.
— Отправьте кого-нибудь в мои апартаменты, там может быть моя дочь. — Произнося эти слова, она поняла, что и сама в них не верит.
Полицейский бросил на нее недвусмысленный взгляд:
— Сейчас там находится наш наряд, но вашей дочери там нет. Зато мы арестовали остальных членов банды.
Банды? Какой еще банды? О чем он говорит?
Серена увидела, что агенты надевают наручники только на парня Луизы, а Адоне Стерли похлопывают по спине. Изнуренный и запыхавшийся, тот смотрел на Серену.
Глаза его снова стали знакомыми.
В грязи у ног полицейских блестело лезвие складного ножа. Чуть дальше свет фонариков освещал что-то на земле. Среди деревьев была вырыта яма. Серене не потребовалось много времени, чтобы догадаться, для кого она предназначена.
Лишь тогда она поняла, что переплетчик потерянных книг только что спас ей жизнь.
  
3
 
Серена резко проснулась в больничной палате. Она была одна, за окном светало. Она поняла, что проспала не больше часа.
Разбудило ее все то же ощущение влаги в районе груди. И Серена снова не помнила, что ей снилось. Это было мучительно.
Она нажала кнопку звонка. Не прошло и минуты, явилась медсестра, женщина средних лет с ободряющей улыбкой, и сразу сообразила, в чем проблема.
— Я принесу вам сменную одежду, — без лишних вопросов сказала она.
В ожидании, пока ей принесут другую больничную сорочку, Серена подумала, что ей хотелось бы иметь теплое одеяло из слез, в которое она могла бы кутаться всякий раз, когда на нее обрушивается боль.
Но с тех пор, как Авроры не стало, она ни разу не плакала.
Даже когда ее увозили из леса ночью после того, как ее чуть не убил парень Луизы. Серена должна была чувствовать отчаяние, но ее просто оглушило осознание того, что на самом деле у нее никогда не было шансов вернуть Аврору. Потому что никакого похищения не было и ее дочь никогда не была ни у кого в заложниках.
  
Для Серены все могло закончиться очень плохо. Но Адоне Стерли это предотвратил.
Когда медики грузили ее в карету скорой помощи, Гассер подошел к носилкам и пообещал, что утром навестит ее в вионской больнице и все расскажет.
Серену передали заботам врачей и медсестер, которые подвергли ее многочисленным обследованиям. Согласно их заключению, если не считать нескольких ссадин, у нее была только пара сломанных ребер — результат падения, когда Адоне оттолкнул ее, чтобы защитить.
Но и физическая боль не вызывала у Серены слез.
В соответствии с принятой процедурой в больнице ей сделали анализ крови. Обнаружив наличие фармакологических ингредиентов «Плюшевого мишки», врачи решили не давать ей других обезболивающих. Кроме того, ей назначили программу дезинтоксикации, которую Серена, впрочем, не собиралась проходить. Тем более сейчас.
Незадолго до рассвета ее отвели в одноместную палату, чтобы дать ей отдохнуть, и заверили, что на следующий день выпишут.
Как и было обещано, предупредительная медсестра вернулась с чистой сорочкой и мочалкой-рукавицей, а затем помогла Серене встать с койки, вымыться и переодеться. С двумя сломанными ребрами тяжелее всего было поднимать руки, чтобы снять или надеть одежду.
— Позже мы проконтролируем, достаточно ли туго затянут бандаж, — сказала женщина, бегло проверяя плотность повязки на ее боках и грудной клетке.
Серене хотелось спросить, есть ли у медсестры дети и сколько им лет. Хотелось, чтобы та рассказала, как горда быть их мамой, — Серена не сомневалась, что у медсестры замечательные дети. Хотелось довериться ей, рассказать, что попала в больницу второй раз в жизни. В первый раз, когда это случилось, она родила Аврору, пока была в коме из-за маточного кровотечения. Хотелось открыть женщине свою тайну. А именно — что она не может оплакивать смерть дочери, но взамен ее тело производит нечто иное, нежели слезы. И что она часто просыпается с мокрой грудью и чувством неприкаянности, от которого потом трудно избавиться.
Ничего из этого Серена так и не сказала. Она просто позволила незнакомке позаботиться о себе. Затем вернулась в постель и снова уснула.
Открыв глаза, Серена увидела перед собой лицо Гассера. Командир сидел у ее койки.
— Добрый день, — улыбнулся он в усы.
Серена еще не определилась, преодолела ли она неприязнь к этому человеку. Но сейчас ее интересовали только его разъяснения.
— Мне жаль, что все так вышло, — сказал полицейский. — И прежде всего, я сожалею, что это случилось с вами.
Серена с трудом приподнялась на подушках и выпрямилась, чтобы лучше его видеть.
— Полагаю, о моей дочери никаких известий нет.
— К сожалению, нет, — признал Гассер. — Боюсь, то, что случилось с вашей дочерью год назад, не имеет никакого отношения к этой отвратительной истории.
— Мошенничество, — произнесла Серена, уже догадываясь, о чем пойдет речь.
— Парня, которого мы арестовали ночью в лесу, зовут Фредди Лоренц.
Серена знала только, как он выглядит. Джинсовка, длинные волосы, зачесанные назад гелем, клочковатая борода с рыжиной. И угрожающий вид.
— Он собирался выжать из вас код для получения выкупа, убить вас, а затем избавиться от тела.
Серена с содроганием вспомнила яму в зарослях. Если бы план этого Лоренца удался, никто не нашел бы ее останков. Или нашли бы спустя несколько веков, случайно или из-за какого-нибудь геологического переворота. Археологи будущего задавались бы вопросом, кем была убитая женщина, но правда так и осталась бы нераскрытой.
— Однако Фредди Лоренц действовал не в одиночку, — добавил Гассер. — Он состоял в сговоре с двумя сообщницами.