Приобщение (СИ)

— Понятно, наверно есть, что скрывать, и нет желания, чтобы произошло разглашение этого. Хорошо, тогда даю слово, что ничего и никому не говорила, кроме Виктора Петровича, и впредь не скажу. Хотя догадок и подозрений имеется немало, но если есть пожелание хранить это в секрете, то для меня существует понятие врачебной тайны. А сейчас больному нужен отдых и желательно поспать, так что я просто посижу рядом и дождусь прихода лечащего врача.
Я с самого начала был уверен в благополучном выздоровлении, уже имелся такой опыт — воспаление легких в роддоме всего нескольких дней от роду, и тогда семнадцать лет назад вытащили обычным пенициллином, так что и сейчас управятся. Тем более, что профессор держала слово и каждый день, как штык приходила проводить осмотр. Потом они что-то решали с лечащим врачом и далее лечение продолжалось. Общались они теперь вдали от меня, чтобы не встревал в их профессиональный разговор. Да и бог с ними, и с их гильдейскими предрассудками. Пусть тешатся.
Но временами становилось совсем не до шуточек, когда температура сильно повышалась, и приходилось применять жаропонижающие препараты. Теплый чай с малиной глотал почти без конца. А потом, естественно, пропотевал и приходилось переодеваться в сухое и перестилать постель. Бедная бабуля с лица сошла, и на Верочку тоже было жалко смотреть. Они были все на нервах, и при них я изображал из себя бодрячка и почти здорового. Марину Павловну подговорил, чтобы она им чего-то успокоительного выдавала для профилактики. При дедушке тоже изображал орла, разве что немного ощипанного, так как надо было их всех успокоить, чтобы кто из них не слёг.
Бабуле и так приходилось всё время стирать и сушить моё белье, постельное в том числе. Так что к концу недели все были основательно вымотаны. А ещё и постоянные визиты соседей. Они приходили узнавать как моё здоровье. Первыми пришли ближайшие соседи, то есть моя семья. Вернее, до них забегал джуниор и выспрашивал как самочувствие, не надо ли чего-то купить и принести, а то все остальные со мной крутятся, так что им некогда идти в магазин. Вот его и нагрузили заданиями, что нужно приобрести. Даже Марина Павловна попросила некоторые мелочи купить в аптеке.
А когда он побежал за покупками, пришли остальные. Мама распереживалась, и все остальные её успокаивали, в первую очередь я сам. Напомнил про роддом и прежнее воспаление, ведь справились тогда, а я старше и лекарства более современные, а назначают самые лучшие. Опять же — у меня личный врач, а ещё профессор на подхвате. Так что за мной уход круче, чем в ЛечСанУпре [12].
А так как мы были одни в комнате, то я и напомнил, что нет смысла так переживать, и за довольно продолжительную жизнь немало было простудных болячек. А случались они и в те годы, когда скорая помощь не выезжала из-за отсутствия бензина, а если приезжала, то с почти пустым чемоданчиком, без большинства лекарств. А в больницах больной сам должен был бегать в аптеку и покупать лекарства для своего лечения. В больницах были только самые дешёвые, да и то далеко не все.
Вроде они стали успокаиваться. И я начал шутить, чтобы они не переживали из-за меня. И чтобы отвлечь от дурных мыслей, поднял перед отцом вопрос насчет связи. Непорядок, связисты, как в каменном веке, сидят без связи. Или они берут пример с сапожников? Так без сапог тоже нельзя, вон какая грязища вокруг. Надо прокладывать кабель и ставить мини АТС, координатку или что-то более современное, но это уже его область и он сможет выбрать наилучший вариант, из выпускаемого отечественной промышленностью. Главное, чтобы не занимала много места и была надёжна. Я бы нарисовал схему электронной, но где же для неё детали достать? А современную элементную базу мне ещё изучать придётся. Что-то квазиэлектронное делалось в Союзе, но возможно позднее.
Отец задумался и ответил, что на VEF в Риге выпускается, но их почти полностью забирают военные, и очень сложно достать. Но он попробует узнать через министерство и по комитетским каналам, вопрос действительно срочный, как показала жизнь.
 
Связь надо обеспечить, а кабель проложить до городка будет несложно. Это можно провести через министерство связи, как срочную работу. И хотя бы несколько телефонов будет на первое время. Он считает, что правильным будет установить тут миниАТС и сразу прокладывать соответствующий кабель.
Разговор я перевел в конструктивное русло, хотя крепиться пришлось, чтобы не показать слабость, а когда они ушли домой, еще посидев у меня некоторое время, я попил теплого чая и уснул, притомившись от разговора и показухи.
Джуниор позже забегал и занес всё купленное, но увидев, что я сплю, не стал будить. А разбудили меня только, чтобы покормить ужином. Перед тем переодели, так как опять был весь мокрый, а врач на ночь кроме остальных препаратов дала таблетку димедрола, и я от него отключился практически до утра.
Вот странно постоянно много пил теплого чая и молока, а на горшок просился лишь изредка, всё выпотевало. Но, несмотря на это, температура временами подскакивала почти до 39 градусов. С терморегуляцией у детского организма ещё не все устоялось, поэтому даже приходилось на лоб влажные компрессы ставить. Голова почти переставала соображать, и сам находился, как в полубреду. Но это было на третий день, а после вроде стало становиться лучше.
Не думал я, что Марине Павловне придётся провести всю неделю у нас в доме, из-за такого длительного периода высокой температуры. Ей я мог откровенно рассказывать о самочувствии, пока не слышали остальные, и просил им не рассказывать. Врача тоже успокаивал, что всё будет нормально. Просто маленький организм ещё не приспособился вот и кидает то в жар, то в холод. Но к концу недели обнаружился явный прогресс, а то ведь приходилось применять жаропонижающее, чтобы температура не слишком повышалась.
Вот только с этими шприцами проблема, они многоразовые, а стерилизованные довольно быстро почти все закончились, а на плите в стерилизаторе несколько раз выкипела вода, и шприцы пришли в негодность. Чуть огонь не так отрегулируешь и всё. Автоклава то у нас нет. Но ничего, помогла дочка врача, принесла еще целую кучу разных шприцов в стерильной упаковке.
Смешная девчонка, стесняется того, что вся такая ярко рыженькая. Несмотря на зимнее время у неё полно веснушек по щечкам и носу. Еще годик-другой и начнёт комплексовать по этому поводу, так что надо её отучать от этого. По имени я её никогда не называю, а только Огоньком, и постоянно убеждаю, что когда она заходит в комнату, то в ней становится светлее и радостнее, всегда просил посидеть и поговорить со мной.
И действительно становилось легче. Может быть, отвлекался от болячки в беседах со светлым человечком. А ей всего 11 лет, и возможно ещё верит в Деда Мороза. С ней всегда необычайно легко говорить, без оглядки на всякие взрослые проблемы и присущий им цинизм.
Я постоянно её поддразнивал, когда она обижалась, что её называют Огоньком. Если ты Алёнушка, то где твой братец Иванушка? Попил из отпечатка козлиного копытца и стал козлёночком? Она так смешно обижалась, что её считают совсем маленькой, чтобы верить в детские сказки. Ну, я ей и пересказал фильм «Чародеи», где Иванушка в изнакурноже [13] пожелал от волшебной палочки, чтобы появилась Алёнушка, и получил — шоколадку, куклу, корову — все «Алёнушки», и ещё кучу других ненужных вещей, даже мебельный гарнитур «Алёнушка». Пересказывать старался в лицах, и девчонке так понравилось, что она настолько задорно смеялась, и её мама несколько раз заглянув в комнату, потом и сама присела послушать.
Мне тоже стало несколько легче, а грудь немного прочистилась от скопившегося, так как я постоянно откашливался, рассказывая фильм. Но затем её мама нас разогнала, меня обязала отдыхать и спать, а её домой — учить уроки на завтра. А мне взаправду полегчало, что я спокойно проспал почти до самого вечера. Меня привычно переодели и сменили постель, накормили ужином, надавали разных лекарств и скомандовали спать.