Дорожные работы по наследству
– Развлечения без риска – не развлечения. Но риск не должен быть пустышкой. Причина и повод важны, моя княгиня, – посерьезнев, расшифровал свою точку зрения на опасности хвостатый.
«Еще один адреналиновый наркоман, нас уже двое», – поставила я предварительный диагноз. Но, как бы то ни было, Чейр тут ничего не решает, он лишь наемник, исполняющий условия контракта. Значит, беседу о своих перспективах надо вести с тем, кого он назвал хранителем. Я выпила из бокала последний глоток незнакомого сока или морса и встала, предложив:
– Ладно, свободный охотник, куда нам идти, чтобы пройти в Нейссар?
Чейр пожал плечами и резюмировал, будто «Отче наш» процитировал:
– Ты – носитель Архета. По воле его открываются и создаются все мосты, связи и тропы в нашем мире и прочих, он и лишь он соединяет нас с иными владениями и отворяет врата.
– О-о, – протянула я, сама не понимая, почему воспринимаю слова хвостатого как истину в последней инстанции.
Ну раз сказал, и я поверила, приму как руководство к действию. Нет, Киградес, который замок, а не мир, не выталкивал меня прочь насовсем, скорее ненавязчиво подпихивал в спину, чтобы я сходила и поскорее вернулась. И самое дикое было в том, что мне, еще не ушедшей, уже хотелось снова оказаться в замке, побродить по его залам и коридорам, недавно чуть не обернувшимся смертельной ловушкой, разгадать загадки… Но сейчас и в самом деле было пора.
Я поднялась, краем уха слыша, как скрежетнул массивный стул Чейра, и пошла прочь. Почему-то благодарить за еду не хотелось за неимением живой обслуги. Нет, не так! Я понимала, что этого делать не стоит, потому что не положено. Кем? Об этом я тоже подумаю как-нибудь потом, чтобы не вывихнуть мозг прямо сейчас.
Дверь в коридор открылась сама, когда до нее оставалось два-три шага. А за ней оказался вовсе не тот самый коридор, из которого мы входили.
Глава 6. Нейссар, дядюшка и ответы на вопросы
Я еще не успела насторожиться и отступить, или рвануть вперед, как Чейр облегченно выдохнул:
– Нейссар!
«Ага, вроде нам сюда надо», – согласилась я и смело двинулась в указанном направлении. После режущего киселя обычный проход в другой замок, возникший сам по себе, – это даже не шокирует и уж тем более не пугает! Только прошли мы с охотником вовсе не в новый коридор, виденный через проем двери, а в кабинет.
Я так с ходу обозвала просторное помещение, камень стен которого был обшит широкими панелями дерева теплых тонов и очень интересного рисунка. В сравнении с естественной прелестью творения природы изыски мастеров-бариста, изощряющихся над кофейной пенкой, казались жалкими потугами неумех.
В кабинете имелся монументальный стол, плотно заваленный всякой макулатурой, от книг до папок и свитков. А также шкафы с подборкой аналогичного сорта и какой-то, наверное, сувенирной коллекцией небольших (с грейпфрут) шаров из различных минералов.
Во главе стола сидел колоритный дяденька, чей возраст я навскидку определить не смогла. Не сопляк явно, но резких морщин нет. Однако, где точка идентификации по шкале лет, не скажешь. Высокий лоб, тонкий нос с горбинкой, скулы четко очерченные, губы не узкой полоской, как бывает у стариков. Но и не пухлые юношеские. Лицо без возраста, как у каких-то эльфов из фэнтези. Волосы по плечи, натурально серые. Тот цвет, который принимает небо, когда облака застыли в сомнении, а не стать ли им пеленой туч, из которых польется осенний дождь.
Одежду рассмотреть и оценить оказалось проще. Черно-зеленые оттенки и фасон, уже знакомый мне по трупам из склепа Киградеса. Либо тут так модно и принято, либо им так удобно. Не знаю, не пробовала.
– Хранитель, твой заказ исполнен, – довольно доложился Чейр.
Сделав короткую паузу, охотник закончил:
– И даже более того! Княгиня Алира перед тобой!
– Я почувствовал, – коротко согласился дяденька, вскидывая голову, и на миг-другой что-то вроде удивления промелькнуло в его темно-зеленых глазах. Интересно, если почувствовал, то чего удивляется?
Выскальзывая из-за стола, хранитель внимательно разглядывал не столько меня, сколько кулончик на груди. Наконец, завершив осмотр и так и не проинформировав о причинах своего удивления, выдал:
– Счастлив приветствовать в Нейссаре мою княгиню! Архет снова обрел носителя!
– Моя плата, хранитель, – напомнил Чейр и расплылся в довольной улыбке при виде туго набитого кошеля.
Подбросив его на ладони, хвостатый отсалютовал мне и, выдав:
– Буду рад услужить, ригаль-эш! – явно собрался отчалить.
Даже сделал поворот в сторону двери и тут же замер, не завершив движения, с выражением неописуемого изумления пополам с возмущением на морде лица. Кажется, у него даже жесткий хвост изогнулся вопросом, и серебристые рисуночки на скулах из абстрактных узоров стали восклицательными и вопросительными знаками.
Нарочито медленно развернувшись обратно, Чейр прошипел:
– Отпусти!
Я скосила глаза на дяденьку из кабинета. Вроде он ничем хвостатого не держал. К полу, что ли, примагнитил? А зачем? Шутки юмора такие странные у местных?
– Отпусти, княгиня! – повторил уже адресно Чейр.
– Чего? – настал мой черед удивляться. Хотя, может, у них тут по этикету так положено? Пожав плечами, я брякнула:
– Иди, куда надо.
А Чейр только скрипнул зубами.
– Хм, презанятно. Неужели? – вскинулся хозяин кабинета и принялся наматывать круги вокруг Чейра, щелкая черными ногтями с зелеными спиралями. С каждым щелчком с рук падали искорки, которые не гасли, как искры от костра, а взлетали, образуя вокруг хвостатого и меня, кстати, тоже какой-то не поддающийся расшифровке несимметричный узор.
– В чем дело, хранитель Ивер? – психанул Чейр.
– Архет, – констатировал дяденька так, будто этим словом все разом и объяснял.
Я, правда, ничего не поняла, и озадаченный хвостатый тоже.
Легонько вздохнув, дескать, «ну что за неучи, с каким материалом приходится работать», дяденька, которого охотник назвал Ивером, снизошел до расшифровки:
– Артефакт Архет – реликвия, ключ, залог благополучия Киградеса. Он способен связать в единую сеть не только дороги, мосты, все пути нашего мира и миров сопредельных, но и живых по высшему разумению. В последнем случае центр ее не сам Архет, но его носитель, князь, в нашем случае, – легчайшая тень неудовольствия все-таки снова мелькнула на его физиономии, – княгиня.
«Так вот что его не устраивает, шовиниста хренова! Небось, ждал наследника с причиндалами, а Чейр девицу приволок», – запоздало догадалась я. Но обижаться сразу и навсегда не стала. Он же оскорблять меня не кинулся, а что не нравлюсь по половому признаку, так и пофиг.
– У князя Гвенда Архет не работал в полную силу, лишь поддерживал дороги, но почти не создавал новых и не творил связей меж живыми. У Алиры сродство с Архетом оказалось гораздо сильней, – продолжил деловитую лекцию Ивер. Даже перестал морщиться и одобрительно глянул на меня, как заводчик на породистую собачку, соответствующую всем параметрам.
– И что все это значит? Его, – я кивнула в сторону Чейра, – ко мне неизвестно чем привязало из-за Архета? А как отвязать?
– В этом нет нужды, моя княгиня. Архет создает лишь нужные связи. Потому Чейр чувствует эти узы. Некоторая злость его – лишь незначительный побочный эффект образования новой связи. Она больше видимость, чем настоящее чувство. Охотник пытается вызвать ее нарочно, а суть его, связанная истинными узами Архета, ликует. Это свойство уз постоянно, как компенсация. Это нормально.
– Чего-то не особо верится. По-моему, ты приставку «не» в слове «нормально» пропустил, – констатировала я. Уж больно возмущенная мина была у хвостатого. С такой не радуются жизни, скорее молотят боксерскую грушу.
– Не пропустил, моя княгиня, – тихо и уверенно отозвался хранитель.
Приплыли, сушите весла! Нет, вот так, если в общем и целом, все вокруг было жуть как интересно, но непонятности плодятся и множатся в арифметической прогрессии.