Камень 1993. Книга 3 (СИ)
Права из всей нашей честной компании были лишь у меня — купленные — и у Сани еще с армейки. Как он сам сказал, хоть шерсти клок с паршивой овцы, и тут он, конечно, поскромничал, потому что категорию ему открыли двойную — BC. У Валерки, который тоже служил, права были только на грузовик, да еще на трактор, и то получил он их в деревне. В общем, с водителем мы определились. Потом еще обзаведемся машинами, а заодно и правами для всех ключевых фигур.
Но были, конечно, и сложности. Во-первых, никуда не делась некрасивая история с поджогом фирмы Судакова и смертью Ромахи. В понедельник меня даже снова вызвали на допрос, который увертливо назвали опросом, но Эренштейн снова подсуетился, и вышел я от следователя с простой русской фамилией Смирнов с видимым облегчением. Во-вторых, город по-прежнему страдал от настоящей эпидемии наркоты. Я помнил предупреждение Нестеровой, что меня запросто могут подставить, и это было особенно неприятно в свете приезда китаянки.
— Здравствуйте, Лэй, — девушка все же вняла уговорам Сани с Илюхой и не пошла в клуб сразу после приезда в Новокаменск. Наверное, поняла, что девять часов вечера по Москве не располагают к работе. Тем более что в ее родном Шуньдэ совсем другой часовой пояс. — Прошу прощения, что задержался, был вынужден решить кое-какие вопросы.
— Все хорошо? — спросила китаянка, и непонятно было, насколько она довольна или нет. Вроде и улыбается, а интонации чужие, не наши.
— Да, все отлично, — легко подтвердил я, хотя недавно как раз и вернулся из отделения милиции, где общался со следователем Смирновым. — Желаете осмотреть наши залы или сразу же поедем инспектировать площадку будущего завода?
Правильно я договорился с тем самым переводчиком из Москвы, который составлял нам коммерческое предложение и учил Саню с Илюхой. Они его, кстати, и захватили по дороге из аэропорта, когда встречали китаянку. Лэй, конечно, понимала по-русски и даже пыталась говорить, но в целом это были базовые знания, которые заводили в тупик, едва мы отходили на шаг в сторону. Она ведь, как сама призналась, начала учить русский только после того, как мы определились с сотрудничеством. Времени слишком мало прошло!
— Госпожа Сунь говорит, что ей было бы приятно осмотреть все, — перевел Дима Волков, тот самый востоковед, парень лет тридцати, сам похожий на китайца, потому что бурят. — И если господин Каменев не против, то начать лучше с игровых залов.
— Что ж, — улыбнулся я. — Тогда прошу прямо сейчас.
Мы начали с самого первого зала, где стояли родные глазу Лэй китайские восьмибитки ее же фирмы. Не все, но свое она сразу узнала и, улыбаясь, довольно закивала. Ребята-игроки поначалу напряглись, когда в их уютное помещение зашла целая делегация, но вскоре перестали обращать внимание на Сунь Лэй и Диму Волкова, которого они тоже приняли за китайца, просто говорящего по-русски.
— Это Алексей, наш старший администратор, — представил я одного из своих лучших работников. — Он следит за порядком, помогает новичкам, да и вообще поддерживает работоспособность залов. Охрана — это отдельная тема, ею занимается Александр.
— Санья? — заискрив белоснежными зубами, переспросила китаянка, и начальник нашей службы безопасности довольно зарделся.
— Да-да, он, — подтвердил я. — С Ильей вы знакомы, он сейчас как раз на объекте вместе с еще одним нашим партнером, Андреем Зиновьевым, там я вас друг другу и представлю. Именно эти два человека в нашей фирме отвечают за производственные мощности, технологии и прочее. Ну что, идем дальше?
Лэй с удовольствием рассматривала помещения, а когда мы завели ее в видеосалон, который дорабатывал последние дни, то заодно познакомилась с Жогиным и Озиком. Собственно, по-хорошему надо было провести собрание, чтобы всех друг другу представить как полагается, но товарищ Смирнов из милиции попутал мои планы. Да и сама Лэй рвалась в бой, ее только джетлаг после перелета сморил, а так бы мы еще вчера ночью все посмотрели. Вечером уже соберемся в кафе, закроем его на часик на спецобслуживание и там уже все сблизимся за чашечкой кофе. И да — жадина Серый все-таки поставил американскую машинку Nespresso. В то время их собирали именно в Штатах, и стоили они просто космических денег.
— У вас очень… — Лэй старательно подбирала подходящее слово, вновь перейдя на русский. — Уютно.
— Спасибо, — я расплылся в благодарной улыбке. — Мы этого и добивались, чтобы клиенты чувствовали себя желанными гостями, а не людьми, с которых хотят поиметь денег. Но, конечно, стремиться еще есть куда, будем улучшать сервис. Ну, что — теперь на площадку?
Мы вышли на крыльцо, перед которым стояла наша синенькая «девятка». Надо бы, кстати, потом логотип «Кибертроникс» на бортах разместить. Фирменные авто — имиджевая вещь. На охране от Севера по-прежнему стояли Ерема с Башкой, их сменщики Драный и Казак дежурили в ночь. Среди толпы желающих поиграть сновал Лелик со своим другом Гариком, регулируя запись. А вот пока еще не совсем привычное новое лицо. И вместе с ним морда.
— Доброго дня, Аркадий Никитич! — поприветствовал я Рожкова, который с деловитым видом обходил территорию.
— И вам не хворать, — со знакомым добродушным ворчанием ответил кинолог.
Перед собой он вел на поводке лабрадора Басю, обученного и натасканного на наркотики. На самом-то деле его звали Бас, но как-то уж он быстро приглянулся нашей компании, вот и кличку переиначили на более ласковую. И… я понимал, что собачий патруль не панацея, захотят и подкинут, однако совсем уж конченых дураков не так много, а у кого более-менее развит инстинкт самосохранения, тех собачка и отпугнет. Да и мужик при деле, он аж расцвел, когда я ему работу предложил.
— Поехали, — напомнил я, дождавшись, пока Лэй с позволения Никитича ласково помурлычет с собакой и потреплет ее за шерсть.
— Это охрана? — перевел Дима Волков вопрос девушки.
— Антинаркотический патруль, — с важным видом ответил я. Тоже имиджевая вещь, кстати. Чем больше свистелок и перделок мы покажем представительнице китайской конторы, тем круче мы будем в их глазах.
Глаза девушки округлились, когда Дима передал смысл моих слов. А вот я удивленно смотрел на лихо паркующуюся напротив нас «девятку». Как раз вишневую, из песни группы «Комбинация». Ерема с Башкой лениво мазнули по ней взглядом и тут же потеряли интерес, так как машина была знакомой.
— Привет, — поздоровалась сразу со всеми Нестерова. — Каменев, ты от меня лично прячешь иностранных инвесторов или от всех?
— Здравствуй, Соня, — улыбнулся я. — У нас сейчас деловая встреча, официальный пресс-подход еще не объявлен. Но ты, конечно же, можешь рассчитывать на аккредитацию.
Девушка нахмурилась, слушая поток канцелярщины в моем исполнении, потом улыбнулась и хохотнула.
— Ты знаешь, Каменев, я предпочитаю эксклюзив.
— Наглость — второе счастье, — резюмировал я. — Ладно, против не буду, ты тоже знаешь. Двигай за нами к АРПу, мы туда. Хотя… Саня, на тебе Лэй с Дмитрием. Встречаемся на объекте. А мне нужно с госпожой журналисткой обсудить пару тем.
— Понял, — коротко кивнул начальник охраны. — Прошу вас, Лэй. Димон…
Переводчик вытаращил свои узкие глаза, он все еще не привык к особенностям общения нашего Сани. Впрочем, парень он был неплохой, без столичного выпендрежа. Так что и «Димона» скоро примет как должное.
— Машиной разжился и мне не сказал, — начала Нестерова, когда я пересел к ней, и мы тронулись вслед за синей «девяткой».
— Это служебная, — я махнул рукой.
— Сам, небось, на «кабана» глаз положил? — хихикнула Соня. — В Москве уже «Логоваз» ими торгует, можно по заказу из Германии привезти с нужными доработками. Броней, например.
— Потрясающе, — я хмыкнул и покачал головой. — «Мерседесами» торгует «Логоваз»… Нет, ты знаешь, сто тридцать тысяч долларов мне пока жалко.
По текущему курсу почти полторы сотни лямов, если в родных «деревянных», тут же прикинул я про себя. От полумиллиарда, полученного за находку в старом особняке, без малого треть. Нет, мы еще не настолько богаты, чтобы так спускать бабло. Вот расширим сеть по области, залезем в соседние регионы… А там уже и о всяких «кабанах» и «Чероки» можно думать. Хотя на последнюю модель у меня еще с прошлой жизни аллергия.