Нерушимое доверие (СИ)

— Дуры! Какие же вы все дуры! — шипит Игорь, наблюдая за своей любовницей.
— В общем, не буду вас долго томить и, в первую очередь, хочу поздравить Ниночку с повышением. Она правда заслужила это. Столько терпеть измены и вранье мужа, а потом еще и следствие. Непросто узнать, что твой любимый мужчина убил свою очередную любовницу, потому что та ему просто надоела.
В зале наступает гробовая тишина.
  
— Уходим! — оживает Игорь.
— Нет! Помогите! — кричу, что есть силы.
Но все бесполезно. Огромный поток начинает двигаться из зала ко входу, отрезая меня от Глеба и спасения.
  
Глава 34
 
Кто же убил Юлю Рудину
 
— Шевелись! — рявкает Игорь и тянет меня в противоположную от парковки сторону.
И пока все гости бегут туда, к своим машинам, я стремительно отдаляюсь от спасения.
Темно, Глеба не видно. А еще очень холодно, и я постоянно проваливаюсь в снег. Пытаюсь кричать, но Игорь одергивает меня каждый раз, раскидываясь угрозами.
— Отпусти, — прошу его и кручу рукой, чтобы выбраться из стального захвата.
— Быстрее! — лишь отвечает мужчина, а я не могу быстрее.
На тонких шпильках сложно бежать по скользкому льду. А еще ткань платья начинает сильнее холодить кожу, неприятно прилипая к телу.
— Зачем тебе все это? — продолжаю сопротивляться.
Дергаюсь, тянусь в другую сторону, свободной рукой бью по мужчине, куда достаю со своего роста, но все бесполезно. Игорь действует на каком-то мощном адреналине и не реагирует на мои трепыхания.
А когда мы оказываемся у его джипа, мужчина открывает пассажирскую дверь, копошится в бардачке, продолжая также сильно удерживать меня, и извлекает какой-то предмет.
В такой темноте я не сразу понимаю, что это, но, когда понимаю, прекращаю любые попытки сопротивления.
Это пистолет.
Игорь замечает животный страх на моем лице, победно улыбается и отпускает руку, потому что теперь я никуда не денусь.
— Что, Ниночка? Уже не такая смелая?
— Пожалуйста, Игорь, — умоляюще смотрю на него.
— Садись в машину, — раздается очередной приказ, и я тут же залетаю на пассажирское сиденье. Потому что спорить под дулом пистолета, направленного в голову, не имеет смысла.
Игорь медленно обходит машину, продолжая держать меня на прицеле, садится на свое место и заводит двигатель.
Смотрю на него широкими глазами и понимаю, какой монстр все это время прятался под шкурой моего мужа. Больной, не понимающий, что он творит, и азартный. Последнее вижу по радостному выражению лица и блеску в глазах.
Даже сейчас, когда столько людей узнало о его виновности, когда все видели, как он меня похищает, мужчина все равно верит, что победил.
— Зря ты начала лезть в мои дела, — подает голос Игорь, не переставая направлять на меня ствол одной рукой.
Мы быстро выезжаем на основную дорогу и встраиваемся в густой поток машин. Кто-то едет с работы, спешит домой к близким, а я…
Кажется, я все дальше и дальше от своих близких, и ближе к смерти. Потому что после всего Игорь точно не оставит меня в живых.
— Зачем ты убил Юлю? — начинаю отвлекать мужчину, чтобы потянуть время.
— Она мне надоела.
— Надоела? — чувствую, как на коже появляются крупные болезненные мурашки от его ответа.
— Да, устраивала истерики, ревновала к остальным женщинам. Хотела, чтобы я развелся с тобой и принадлежал только ей. Дура! — кричит Игорь, еще больше пугая меня, — Она залетела, представляешь? — поворачивается ко мне в поисках сочувствия, — Хотела пойти к тебе и все рассказать. Позвонила мне в больницу вся в слезах и поставила ультиматум.
— Но зачем убивать? Мы бы просто развелись. Без шума и драм.
— Развелись? А что бы люди сказали? Спонсоры этой чертовой клиники — все семейные.
Игорь нервничает и из-за этого плохо контролирует себя на дороге. Постоянно выезжает на встречку, подрезает другие машины и вспыхивает каждый раз, когда ему сигналят.
Не понимаю, куда мы едем. Скорее всего к выезду из города, ведь проще убить человека в чистом поле. И там же закопать.
— Ты убил ее и после приехал ко мне домой? — продолжаю засыпать его вопросами, а сама завожу руку за спину, где лежит мой клатч, и медленно просовываю пальцы внутрь. Приходится все делать в неудобной позе, аккуратно, чтобы Игорь ничего не заметил.
Мне нужен телефон. Пока не понимаю зачем и как я смогу связаться хоть с кем-нибудь в этой машине, но все равно ищу его.
— Я зарезал эту тварь, — вот так просто Игорь рассказывает о своем преступлении, — Она визжала, умоляла меня, но я избавился от нее без каких-либо сожалений. Даже на душе легче стало. Как будто избавился от груза.
— Да, — поддакиваю дрожащим голосом, понимая, что телефона в сумочке нет. Я все обшарила, но его нигде нет.
Черт-черт-черт!
— Я постарался стереть все, прошелся по каждой комнате, по каждому миллиметру ее дома, но все равно умудрился пропустить пару пальчиков. Если бы не отпечатки, менты бы никогда не вышли на меня.
— Но твои вещи лежали у нее дома.
— Да, здесь я тоже сглупил. Все-таки не каждый день человека убиваешь, — соглашается со мной Игорь, — Торопился, стирал кровь с себя и пропустил, что эта фетишистка везде по дому любила разбрасывать мои вещи.
— А дальше? Ты купил цветы и поехал ко мне?
— Да, — утвердительно кивает, воодушевленно продолжая рассказывать мне про убийство, словно это достижение для него, — Пришлось перемещаться по поселку обходными путями, через лесную дорогу, чтобы никто не заметил. Я вернулся на работу, принял там душ, чтобы смыть все с себя до конца, переоделся в точно такой же костюм и поехал за цветами. Знаешь, жутко хотел в тот вечер трахнуть тебя, чтобы спустить этот бешеный адреналин. Но полицейские помешали.
Игорь опять поворачивается ко мне, наплевав на дорогу, и жадно осматривает. Шею, грудь, ноги, поднимает взгляд к губам и облизывается.
— Следи за дорогой! — вскрикиваю на него и прикрываю вырез на груди руками.
Мужчина усмехается, но все же прекращает пялиться на меня.
— Впрочем, я бы и сейчас трахнул тебя. Только надо уехать подальше от города.
Вся сжимаюсь от его слов и отворачиваюсь к окну.
Не хочу, не хочу!
Ни видеть его, ни слышать, а, тем более, находиться рядом.
— Тебе не жалко Яну? — спрашиваю его осипшим голосом спустя полчаса пути.
Мы уже давно мчим по трассе, освещая дальними фарами медленно падающий снег.
— Яна… — задумывается мужчина, — Она справится, и моя мама отлично воспитает ее.
— Как тебя и Глеба? — усмехаюсь.
Воспитание у Аллы Анатольевны отличное! Какого сына вырастила — жестокого и лживого убийцу.
— А вот про Глеба ты зря… — зловеще проговаривает Игорь, молниеносно меняясь в настроении и вынуждая меня вновь повернуться в его сторону, — И зачем ты спуталась с этим шутом? Трахалась с ним? Признавайся!
Резкий удар дулом ствола в живот, и я на секунду теряю ориентацию в пространстве от вспышки боли. Всхлипываю и складываюсь пополам, переставая сдерживать слезы.
— Больно…
— А ты как хотела? Думала, что сможешь раздвигать ноги перед другими и не отвечать за это?
— Но ты первый начал мне изменять? — не могу не возразить. Очень глупо с моей стороны, но обида и непрекращающаяся боль не дают молчать.
— И что? — вновь переходит на крик Игорь, ударяя обеими руками по рулю. Машина тут же начинает петлять из стороны в сторону, то и дело выезжая на встречную полосу.
— Успокойся! Держи руль!
— Мужчина имеет право на измены. Ты не знала?
— И кто ему дал такое право?
— Природа! В природе так заложено. Ты ведь тоже училась на медицинском или годы безделья дома лишили окончательно мозгов?
  
— С такими аргументами нет смысла спорить, — язвлю, но все еще пытаюсь отдышаться от удара.
— Правильно, — уже спокойнее реагирует мужчина, — Твое дело было маленькое — сидеть дома, улыбаться, когда я скажу, и рожать мне детей. Но нееет! Она, видите ли, не хотела второго ребенка. Хотела учиться и работать.